Степашин не любит слова "менты"
Сергей Степашин сделал одну из самых головокружительных за последние годы карьер в правительственных структурах. Начав четверть века назад со скромной должности политработника внутренних войск, он возглавил вчера кабинет. Впрочем, у ближайших соратников Степашина новое назначение удивления не вызвало.

Степашин родился в бывшей китайской колонии России — Порт-Артуре, а в Ленинград его семья вернулась после того, как отец Степашина, морской офицер, вышел в отставку. В 21 год, окончив Высшее политическое училище МВД СССР, Сергей Степашин получил специальность "офицер-политработник" и восемь лет прослужил политработником во внутренних войсках и противопожарных подразделениях. "Пожарная" специализация Степашина не в последнюю очередь была обусловлена тем, что его мать в блокадном Ленинграде тушила бомбы-зажигалки, за что получила медаль "За оборону Ленинграда".
После окончания Военно-политической академии им. Ленина по специальности "педагогика" Степашин до 1990 года преподавал в Высшем политическом училище МВД, параллельно с 1987 года являясь замначальника кафедры политической истории Ленинградского высшего политического училища МВД СССР им. 50-летия ВЛКСМ. В 1986 году он закончил аспирантуру Ленинградского госуниверситета и защитил диссертацию на тему "Партийное руководство противопожарными формированиями" (позже защитил докторскую диссертацию по теории ведения боевых действий и аспектам обеспечения безопасности России и стал профессором).
В 1990 году Сергей Степашин был избран депутатом Верховного совета РСФСР, где возглавил комитет по вопросам обороны и безопасности. С этого момента и начался его стремительный карьерный рост. После августа 1991-го на него впервые обратил внимание Борис Ельцин. Именно Степашин возглавил Госкомиссию по расследованию деятельности органов госбезопасности СССР. Сотрудники тогдашнего КГБ и люди из нынешнего окружения Степашина говорят, что ему удалось найти "оптимальную схему, которая позволила сохранить традиции госбезопасности, привнести в деятельность КГБ новые демократические взгляды и уберечь ведомство от полного разрушения". Степашин был одним из тех, кто резко выступил против идеи Виктора Баранникова объединить трансформировавшееся из КГБ МГБ и МВД: он усмотрел в этом борьбу политических кланов.
До 1995 года Степашин работал в органах госбезопасности. Он последовательно был замгендиректора Агентства федеральной безопасности РСФСР — начальником управления АФБ по Петербургу и Ленинградской области, замминистра безопасности РФ, первым замдиректора и директором ФСК. Одновременно являлся членом Совета безопасности. Все это время он открыто называл себя сторонником президента и пользовался его поддержкой.
В ближайшем окружении Степашина отмечают, что президента всегда подкупала не только готовность нынешнего и. о. премьер-министра к диалогу с противниками, но и жесткость в обращении с ними.
Казалось, что после трагедии в Буденновске, когда Степашин в числе прочих "силовиков" пытался обезвредить банду Басаева, его звезда закатилась. И хотя Госдума не поддержала его отставки (в то время как Ерин и Грачев получили вотум недоверия), он ушел из ФСК. Но и после этого продолжал ездить по Чечне в сопровождении всего нескольких охранников. Иногда на его встречи с населением полевые командиры присылали по несколько сотен боевиков, но те Степашина не трогали. Как позже объяснил Аслан Масхадов, чеченцев подкупала его смелость. (В январе 1995 года, перед штурмом Грозного, Степашин не добился от Виктора Ерина бэтээра, а от Павла Грачева вертолета, чтобы добраться до чеченской столицы. Тогда он отправился в город на случайном "КамАЗе" и с территории консервного завода руководил подчиненными.)
Без работы Степашин оставался недолго: его назначили начальником административного департамента правительства РФ, который курировал деятельность силовых структур.
В 1996 году он стал членом Совета обороны РФ и ответственным секретарем Госкомиссии РФ по урегулированию кризиса в Чеченской республике.
Но в полную мощь о себе Сергей Степашин заявил в июле 1997 года, когда возглавил Минюст. За девять месяцев на базе неавторитетного министерства он создал новое силовое ведомство. За это время были решены вопросы передачи ГУИНа из МВД в Минюст, создания института судебных приставов, а также обеспечения министерства спецтехникой. Кроме того, сотрудникам Минюста втрое повысили зарплату, что позволило удержать или пригласить специалистов высокого класса.
28 апреля 1998 года Сергей Степашин стал министром внутренних дел. Первым делом он очистил свое ведомство от людей Анатолия Куликова, большинство которых были выходцами из внутренних войск и имели смутное представление об оперативной работе. Кстати, именно Степашин ввел потом в практику так называемые широкомасштабные зачистки. Его подчиненные очищали от криминальных структур и коррумпированных чиновников не только города (Новороссийск, Находка, Тольятти, Санкт-Петербург), но и целые регионы — Дагестан, Кузбасс и Красноярский край. Теперь МВД, уже под руководством нового министра (о кандидатах см. материал на стр. 3), планирует разобраться с преступностью в Якутии и Адыгее.
Говоря о громких делах, которые находились на контроле у Степашина, в МВД приводят примеры успешно завершенных расследований взрыва на Котляковском кладбище, чеченского теракта на вокзале Пятигорска и хищений на АвтоВАЗе. Но имя Степашин себе сделал не уголовными делами, а политикой. Как неоднократно говорил сам Степашин, МВД он считает не силовым, а политическим министерством: "Глава МВД — должность политическая". Именно поэтому он практически никогда не появлялся в центральном аппарате МВД в форме генерал-полковника: "В политическом ведомстве нельзя давить на подчиненных звездами на погонах".
Политикой Степашин занимался прежде всего на Северном Кавказе. Именно Степашин стал инициатором силовой блокады Чечни, укрепления административной границы и создания группировки внутренних войск для проведения силовых операций в регионе. Его далеко идущий план по нанесению точечных ударов по базам чеченских террористов так и не был утвержден болевшим тогда президентом и Евгением Примаковым. Но новое назначение представляет Степашину новые возможности.
Подчиненные Степашина отмечают, что чисто по-человечески с ним приятно общаться. Он предпочитает не употреблять матерных слов, без переводчика говорит по-английски. На ночь читает детективы Вайнеров и Николая Леонова — расслабляют. Слово "менты" он не любит, предпочитая "полицейские", хотя и наградил участников телесериала "Улицы разбитых фонарей" (в видеоварианте он называется "Менты").
Сергей Степашин любит город, где вырос: "Лучшую часть жизни я провел в Петербурге, там живут мои родители и друзья, например Олег Басилавшили, и я хотел бы, чтобы меня похоронили в этом городе". Интересно, что вопреки должности он предпочитает "Динамо" родной "Зенит": "За 'Зенит' я болею сердцем, а за 'Динамо' — по долгу службы".
В МВД своего теперь уже бывшего руководителя считают экономически независимым человеком. Жена Степашина Тамара возглавляет один из крупных банков (какой — не говорят); сын Владимир, получающий сейчас уже второе высшее образование в правовой академии, тоже работает в финансовых структурах.

АЛЕКСАНДР Ъ-ИГОРЕВ

Газета «Коммерсантъ» №79 от 13.05.1999, стр. 1