Кирилл Куталов-Постолль. Неучтенные тексты

Неучтенные тексты
Кирилл Куталов-Постолль

Дата публикации: 21 Февраля 2000

http://www.musagetes.com

Р усская литература за пределами России - тема сама по себе не новая. Единственное серьезное упущение в ее развитии - это то, что в центре внимания пишущих как бы сама собой оказывается только эмигрантская литература, литература "в изгнании". Между тем с момента исчезновения Советского Союза и, как следствие, распада единого культурного пространства, в котором единый язык был если не "цементом", то по крайней мере манифестацией, русская литература, независимо от того, хотелось ей этого или нет, стала обзаводиться новыми сателлитами, русскоязычными литературами бывших советских республик. Это может показаться натяжкой ввиду того, что очень велико искушение видеть в литературе, пишущейся по-русски, например, в Украине или Узбекистане, не более как продолжение того, что в учебниках именуется "советской" литературой, однако искушение это необходимо преодолеть. Бывшие республики Союза находятся сейчас в ситуации, вряд ли когда и где на протяжении ХХ века отмеченной. По преимуществу во всех этих новых государствах существует феномен двуязычия. Принято считать, что поскольку феномен этот сложился исключительно в силу условий переходного периода, то большой ценности он не представляет - этакий кентавр, неизбежное зло. Постепенный (где более, где - менее постепенный) переход на новый государственный язык рано или поздно расставит все на свои места, в Украине будут писать по-украински, в Таджикистане - по-таджикски, и литература снова станет важнейшим фактором обретения национальной идентичности. И дай-то Бог, на самом-то деле.

Но вместе с тем кажется, что именно в силу призрачности этих неучтенных текстов - хотя бы в силу этой призрачности - такое явление, как русскоязычная литература, вообще русскоязычная культура новых независимых государств, заслуживает внимания и бережного отношения. Две недели назад в РЖ была опубликована моя заметка о ферганской поэтической школе - это во многом уникальное для современной русской литературы явление оформилось в цельный проект именно во временных рамках пресловутого переходного периода за пределами Российской Федерации.

Алма-Ата, в которой мне довелось прожить без малого год, с 1998 по 1999, носит полуофициальный статус культурной столицы Казахстана. Город по московским меркам маленький, и обойти все его книжные магазины большого труда не составило. Впечатление сложилось достаточно удручающее. Не то чтобы там вообще ничего не было - Пелевина, во всяком случае, найти было можно, - однако не покидало досадное чувство нахождения на культурной периферии. Это чувство было бы принципиально незаконным, будь там представлена литература современного Казахстана - не так уж и важно, на каком языке. Но в основном книжные магазины Алма-Аты напоминали развалы у метро - одна-две случайно забредшие новинки на 99.9% серийных романов второй свежести. Единственным изданием, из которого можно было получить хотя бы какое-то представление о литературной жизни Казахстана, был журнал "Простор", сотрудники которого, по крайней мере в то время, находились в постоянном страхе закрытия из-за отсутствия финансирования. Ситуация была настолько ненормальной, что вселяла даже некий оптимизм - в то, что все обстоит настолько плохо, поверить было невозможно.

В Сети есть "всемирный казахстанский журнал "Арба" , центральной фигурой которого является поэт Бахыт Кенжеев . Однако этот ресурс позиционирован как достаточно далекий от того, что происходит внутри самого Казахстана. Почти ни один литератор из представленных на "Арбе" на казахстанских литературных ресурсах не упоминается.

Относительно недавно, в ноябре прошлого года, открылся сайт " Аполлинарий ", литературно-художественный сетевой журнал". Его основные разделы достаточно типичны для проектов гуманитарной направленности - поэзия, проза, эссеистика, логос (о чем немного ниже), презентации (тексты о современных казахстанских художниках, писателях, балетмейстерах, рецензии, обзоры). Все опубликованные тексты - на русском языке.

В целом проект выглядит весьма неоднозначно. Представленные произведения находятся на таких разных уровнях, что их соседство порой выглядит досадной ошибкой. Из раздела прозы - в том виде, в каком он существует на сегодняшний день, - внимание привлекают два рассказа - "Ранняя весна" Владимира Бондаря и "Юродивый" О.Марка. О.Марк - гражданин Казахстана, ветеран первой чеченской кампании. Владимир Бондарь живет в России. К слову сказать, встреться "Ранняя весна" на сайте Art of War , о котором речь шла на прошлой неделе, возможно, выводы о ветеранской литературе участников войны 1994-96 годов были бы несколько другими. Рассказ Бондаря выглядит весьма многообещающе, это уже больше, чем детальное описание собственно войны, здесь начисто отсутствует интонация репортажа с места события - повествование на удивление спокойное, лишенное вроде бы необходимой остроты сюжета. Чеченцы просят помощи у российских солдат - необходимо вызвать врача к тяжело раненному случайной пулей мужчине, якобы не имеющему отношения к боевикам. Нехитрая коллизия и постоянный уровень напряжения, разрешающийся в конце снятием противопоставления "свой-чужой".

Остальные произведения наводят на достаточно грустную мысль о том, что изоляция от культурных центров, и в первую очередь, как бы одиозно это ни прозвучало, от Москвы, на пользу, к сожалению, не идет. "Москвофобия" в результате приводит к досадному снижению уровня, и проект, претендующий на звание серьезного литературного интернет-издания (ведь "Аполлинарий" вовсе не домашняя страничка, а именно журнал, даже спонсоры имеются), выглядит, по крайней мере частично, достаточно по-дилетантски. Попытка объяснить такое положение вещей "кризисом авторов" вызывает вопрос - зачем в таком случае делать сайт, когда можно было бы обойтись региональным журналом, который, как и "Простор", никогда не выйдет за пределы Казахстана? Благо журнал не политический и казахстанскому авторитаризму угрозы не представляет, хотя и в рамки государственной языковой политики не вписывается.

В разделе " эссеистика " хотелось бы отметить текст главного редактора журнала Ольги Марковой "Город". Его основная мысль - попытка провести параллели между Алма-Атой и Санкт-Петербургом - может показаться необычной. В то же время обращает на себя внимание один важный момент - не только ощущение связанности единой культурной традицией, но и память о наиболее болезненных моментах истории ХХ века, прожитых вместе, гораздо сильнее и ощутимее именно с "той" стороны. Здесь, в России, об этом вспоминают гораздо реже, а подобные сравнения вообще крайне непопулярны.

Неожиданный сюрприз представляет собой рубрика " Логос ". Ассоциации с известным философским альманахом более чем уместны - в рубрике представлены тексты Мориса Бланшо, Жана Бодрийяра, Хейдена Уайта и Ричарда Керни, тексты, впервые опубликованные в Сети. Однако не в этом главная необычность рубрики. Переводы выполнены казахстанскими учеными и выполнены, надо заметить, блестяще; одному из переводчиков, Бахтияру Юлдашходжаеву, посвящена отдельная статья в рубрике " Презентации ". Не стоит, наверное, говорить, что ситуация с серьезной философской литературой в Казахстане немногим отличается от ситуации с литературой художественной, в то же самое время тексты, представленные на "Аполлинарии", - первые переводы работ вышеупомянутых философов на русский язык. После ознакомления с этими текстами мое наиболее общее впечатление от той ситуации двуязычия (или лучше сказать междуязычия), о которой говорилось раньше (вкратце: по-русски писать разучились, по-казахски - еще не научились), сильно изменилось.

Вообще думается, что Сеть - идеальное место для осуществления проектов такого рода. Снимая две наиболее громоздкие и скучные проблемы - тиража и доставки, Сеть как минимум позволяет создать иллюзию, что общее пространство русской литературы (и вообще культуры) все еще существует. Как максимум дает основания претендовать на его восстановление.

Что же касается терминологических споров о том, как правильнее - "русская" или "русскоязычная" (если это кому-то все еще интересно), то я по крайней мере еще не встречал ни одного человека, который бы назвал русского писателя Газданова "русскоязычным", хотя тот и был осетином и жил во Франции.