Перетерли как европейцы
В ПАСЕ не обошлось "без этих волчьих понтов"
Последний бой в Страсбурге Россия проиграла: ПАСЕ не только предложила государствам--членам Совета Европы подать на нее в Европейский суд по правам человека, но и лишила российскую делегацию права голоса. В знак протеста представители России демонстративно покинули Страсбург.

"Я хочу сказать своим российским друзьям: если вы не понимаете, что Совет Европы существует для защиты прав человека, то вам незачем приезжать сюда",— сказал в начале дискуссии лорд Джадд. А в своем докладе предложил рекомендовать комитету министров Совета Европы, который соберется 31 мая, решить вопрос о пребывании России в этой организации.
В зале заседания начались прения глухих. Каждый выступавший предлагал свои поправки. Вал поправок, рожденных в недрах комиссий и партийных групп, был остановлен за несколько часов до голосования на цифре 56. Плюс несколько подпоправок.
Во время выступления Гаджи Махачева, депутата Госдумы от Дагестана, с балкона раздался крик: "Выйди из зала, и я тебя, сука, пристрелю!" Кричал самозваный представитель Чечни при СЕ Вагап Тупаков. Когда во время перерыва Махачев вышел в фойе, там его уже ждал Тупаков. "Скотина, мафия!" — продолжил тему чеченский "дипломат" и бросился на Махачева с кулаками. Но подбежавшая охрана не дала Тупакову даже сбить каракулевую папаху с головы дагестанского представителя. Российская делегация выразила протест и потребовала охраны для Махачева. "И после этого они еще говорят о правах человека. Нападают прямо в Совете Европы",— негодовал он.
После обеда, перед голосованием, председательствующий лорд Рассел-Джонстон прокомментировал случившееся: "Мы пока не видели видеозапись инцидента, но хотели бы, безусловно, вывести это лицо из СЕ". Само лицо в это время сидело в фойе, вежливо раздавало интервью и пыталось дозвониться до Масхадова.
А в зале началось голосование. С поправок несущественных, многие из которых были выдвинуты российской делегацией и представляли собой легкую редакторскую правку. До самого последнего момента тасовали порядок голосования по ним. В результате компромиссов, интриг и умеренной позиции лордов самые неприятные вопросы отложили на десерт.
Говорят, Билл Клинтон не раз в эти дни беспокоил по телефону влиятельных европейских политиков. Говорят, что он лоббировал российские интересы, хотя получить подтверждение, естественно, невозможно.
"Спросите у Клинтона, будет он вести переговоры с бен Ладеном? Мы не собираемся вести переговоры с теми, кто отрезает головы нашим солдатам". Так отреагировал Жириновский на требование немедленно начать политический "диалог без предварительных условий со всем спектром представителей чеченского народа". Проект поправки Рогозина о том, что диалог можно вести только с теми, кто отказался от терроризма и насилия, не прошел. Председательствующий лорд Рассел-Джонстон извинился: "Сожалею, но слишком поздно, господин Рогозин".
Первый серьезный удар был нанесен в поправке номер 13. Она призывает страны-члены в соответствии со ст. 33 подать на Россию в Европейский суд по правам человека. Этот суд находится в соседнем здании при СЕ. Обычно, он рассматривает обращения частных лиц. Ему еще никогда не приходилось судить одно европейское государство с другим. Найдется ли в Европе такой смельчак, кто решится с нами судиться, пока не известно. Но сам факт подобного призыва, конечно, примечателен.
В итоге почти все поправки, в которых шла речь об ужесточении требований к России, были приняты. Российские делегаты, за исключением Сергея Ковалева, дружно возражали, но в их голосах была не сталь, а обреченность. Все попытки россиян контратаковать одна за другой проваливались.
В проекте резолюции говорилось, что Россия до 31 мая должна выполнить все требования ПАСЕ, сформулированные еще на январской сессии (немедленное прекращение огня, начало переговоров и т. д.). Рогозин предложил не ограничивать срок конкретной датой. Ассамблея от даты отказалась, потребовав, чтобы Россия выполнила все условия не "до 31 мая, а немедленно".
На десерт председательствующий оставил вопрос о статусе самой российской делегации на ассамблее. Это уже компетенция ПАСЕ, и переложить принятие решения не на кого.
— Ситуация очень сложная,— вздохнул лорд Рассел-Джонстон.— У меня такое чувство, что ассамблея все же хочет сегодня принять решение. Тем не менее я предлагаю приостановить заседание на 15 минут и рассмотреть прозвучавшее мнение о неуместности постановки этих вопросов.
Опытный Рассел-Джонстон понял, что загнал ассамблею в тупик, и в последний момент стал искать из него выход. Пятнадцатиминутный перерыв был последней попыткой удержать российскую делегацию в Страсбурге. Все время шли интенсивные переговоры с различными группами и отдельными депутатами.
А тем временем в коридоре Рогозин уже репетировал с российской делегацией, как все дружно встают и покидают зал заседаний в знак протеста.
Но четверти часа оказалось недостаточно для того, чтобы переломить настроение большинства. Все поправки, предлагавшие относительно мягкие формулировки, были отвергнуты. Тогда приступили к голосованию поправки, в которой речь шла о том, чтобы подтвердить полномочия российской делегации, но лишить ее права голоса. Она набрала больше половины голосов и была принята.
Репетиция, проведенная в перерыв Рогозиным, не пропала даром. Российская делегация дружно встала и покинула зал заседаний в знак протеста.
Уже после отъезда делегации, лорд Джадд провел пресс-конференцию, на которой сообщил, что российские депутаты лишены права голоса на год. С перевесом всего в один голос верх взяли сторонники наказания России. "Лучше бы было наоборот",— заметил он. Сам лорд голосовал против лишения российской делегации права голоса, считая эту меру неконструктивной.

ВЛАДИМИР Ъ-МИРОНЕНКО, Страсбург

Газета «Коммерсантъ» №60 от 07.04.2000, стр. 1

Темы:

Обращения россиян в Европейский суд по правам человека