Мало кто знает, что Россию ожидает культурная революция. Об этом уже месяц идут споры в "Александр-Хаусе". Старая и новая культуры бьются не на жизнь, а на смерть.

Раз в неделю в "Александр-Хаус" на Якиманке приглашают артистов, литераторов, театральных и кинорежиссеров, музейных работников, руководителей культурных учреждений, различных чиновников и экономистов. Состав приглашенных всякий раз меняется. Постоянный участник один — министр культуры РФ Михаил Швыдкой, который и представляет разработанные Центром стратегических разработок Германа Грефа "Предложения к программе развития России до 2010 года по разделу 'Культура'". Деятели культуры их обсуждают, высказывают замечания, все это стенографируется, анализируется, и через неделю припудренный с учетом пожеланий текст вновь оказывается на столе.
Результаты оказались поразительными. Власть вошла в конфликт с людьми, которые считались ее оплотом, которых записывали во все партии для поднятия рейтингов, которые пели и плясали на всех предвыборных площадках.
Никита Михалков бросает министру культуры Михаилу Швыдкому: "Михаил Ефимович, не берите греха на душу! Вы никогда не сможете поднять индустрию кино в рамках Минкульта, но зато обретете 5000 неустроенных людей в своих врагах". Директор Пушкинского музея Ирина Антонова называет взгляд грефовских аналитиков на культуру "банальным и пошлым". Страсти кипят. Однако суть "предложений по культуре", за разработку которых взялись опытные менеджеры, не меняется. Меняется только накал конфликта.

Бизнес по плану
Конфликт вызван тем, что новая властная и старая культурная элиты не успели друг с другом войти в тесные неформальные отношения. Путин, в отличие от Ельцина, ничем этим деятелям культуры не обязан — он выиграл выборы без них. Поэтому управлять культурой он собирается не путем неформальных контактов с деятелями искусства, образуя из них "систему сдержек и противовесов", а через Министерство культуры. Что приводит к противоестественной с точки зрения постперестроечной России ситуации — главным человеком в управлении культурой становится министр культуры. Вот уж действительно, "Михаил Ефимович, не берите греха на душу!".
Швыдкой и не берет. Выслушивая упреки, не устает твердить, что дело не в агрессии Минкульта, и что не он все это затеял. И действительно, не он: центр Грефа начал свою работу задолго до его назначения министром. Но факт остается фактом — вместо десятков "персон, лично приближенных к государю", получается один министр, который подходит к вопросу культуры со странных позиций "долга службы".
Однако дело не только в том, что деятели культуры временно потеряли выход на президента. Как потеряли, так и найдут. Главное, что изменение управления вообще все меняет в культурной политике.

Бизнес-план
Дело в том, что сегодняшний Минкульт культурой не управляет и управлять не способен. Это в основе своей советская организация. Она умеет действовать только директивами и приказами. А сегодняшнее управление — это не администрирование, а менеджмент. До сих пор в Минкульте об этом думали много, но абстрактно. Швыдкой, прошедший через управление ВГТРК, по крайне мере видел, как это делается на практике.
Менеджеры в Центре Грефа — прежде всего экономисты. У них другой способ мышления. Они заявляют, что государство будет "вкладывать в культуру средства вовсе не из филантропических соображений, а потому, что в итоге это — самые выгодные вложения, дающие отдачу в виде цивилизованного общества, обладающего высокой способностью к модернизации и развитию". Российские деятели культуры за десять лет привыкли, что деньги на культуру — это траты, а никакие не инвестиции.
В основе программа выглядит как обыкновенный бизнес-план. Во-первых, нужно определить, что у нас есть, во-вторых, что приносит доход, а что требует расходов, и, в третьих, решить, как одно увеличить, а другое уменьшить.
Прежде всего нужно сократить число рабочих мест. Швыдкой собирается сокращать штат Минкульта на 20%, а штат Госкино — на треть. Причем как раз за счет тех, кого принято называть "работниками культуры", а остаются "менеджеры" — юристы и экономисты.
Далее, культура — это собственность. Памятники, дворцы, музейные коллекции. В программе говорится о "сосредоточении в ведении федерального органа, на который возложено государственное регулирование в области культуры (Минкульта.— Ъ), всех функций по управлению федеральной собственностью в этой сфере".
Кроме того, культура — это доходные предприятия. Шоу-бизнес, театральная антреприза, видеопродукция, туризм. Согласно предложениям Центра, в ведении Минкульта окажется "культурная деятельность в области искусства, культурного досуга, кинематографии и туризма". Перечень законов, к которым необходимы соответствующие поправки, в программе приводится.
И наконец, культура — это расходы. Библиотеки, музеи, государственные театры, памятники архитектуры и культуры. Их надо финансировать.
Было так — то, что способно приносить какую-то прибыль, ее и приносило, но совершенно отдельно от государства. Одно дело — нищенское существование наших музеев, а совершенно другое — те деньги, которые эти музеи научились зарабатывать. Государство дает деньги на нищету — директора культурных учреждений достают деньги на все остальное.
Если дело будет обстоять ровно наоборот, произойдет культурная революция. В культуре на государственном уровне начинут действовать нормальные рыночные механизмы. Уже не важно будет, кто кого сдерживает и кто кого уравновешивает — все решают деньги. И реакция на это может быть только одна. Ирина Антонова — государственник до мозга костей — попытку узаконить художественные ценности как госимущество назвала "нонсенсом в мировой практике". Еще больше ее возмутила идея создания целевого фонда, "аккумулирующего средства от использования недвижимых памятников истории, музейных и библиотечных фондов... для финансирования мероприятий по сохранению культурного наследия и поддержки развития искусства". По ее мнению, отчислять деньги в целевой фонд — все равно, что выбрасывать их на ветер.
Впрочем, судя по косвенным признакам, перемены коснутся не всех. Зураб Церетели, Илья Глазунов и Александр Шилов присутствуют на обсуждениях молча и никаких претензий не высказывают. Это довольно затратные деятели культуры, превосходно научившиеся сочетать государственные средства с рыночными отношениями, но их ситуация не беспокоит. Они используют заседания в "Александр-Хаусе" по-своему. В обсуждениях не участвуют, но активно общаются с правительственными чиновниками в перерывах.

Бизнес без плана
Министру культуры затея с кардинальными преобразованиями явно нравится. Но кажется, только ему одному.
Доверив составление культурной программы анонимным стратегам из центра Грефа, а ее обнародование — Михаилу Швыдкому, Путин спровоцировал скандальную ситуацию и громкие высказывания культурной общественности. Но сам не стал центром скандала. Напротив, он обеспечил себе роль арбитра в важном государственном споре.
На широкую публику пока выплеснулся только конфликт Минкульта с Госкино, которое предполагается подчинить министерству. Узнав об этих планах, кинодеятели развернули бешеную кампанию сопротивления. 26 апреля больше полусотни мастеров киноискусства направили коллективное открытое письмо Путину с требованием отменить слияние. Председатель Госкино Александр Голутва за последние две недели дал более двух десятков интервью. Никита Михалков даже попытался привлечь к борьбе американский профсоюз кинопродюсеров МРА (Motion Pictures Association). Ситуацию с Госкино он сопоставил с Чечней и бросил американским киношникам: "Если мир так активно участвует в войне в Чечне, почему бы ему не поучаствовать в судьбе Госкино". Видимо, аналогией с Чечней продиктовано и его предупреждение Швыдкому о пяти тысячах личных врагов.
Скоро следует ожидать подобных акций от туристов. Заслуженные туристы СССР начнут давать интервью о том, что с трудом выжившая в сложнейших экономических условиях российская туристическая традиция находится под угрозой исчезновения. Федор Конюхов будет угрожать Швыдкому пятью тысячами личных врагов, хорошо умеющих обращаться с туристическими топориками и альпенштоками. Далее настанет очередь музейщиков, чью собственность узаконят как государственную. Ясно, что традиции российского музейного дела от этого много потеряют. И так далее.
И вот здесь — самое главное. Вроде бы придуманная программа культурной революции правильна и логична. Но как ее осуществлять, если все деятели культуры будут против? Далеко не у всех из них есть менеджерские навыки управления, зато у всех есть навык глубокой обиды на государство, которое постоянно стремится извести их под корень и забрать последние деньги. И нет никаких сомнений в том, как они воспримут замысел новой реформы. Как стремление их обобрать.

Проект правительственной программы управления культурой, подготовленный в Центре стратегических разработок Германа Грефа, читайте здесь

ИГОРЬ ГРЕБЕЛЬНИКОВ

Вроде бы программа культурной революции правильна и логична. Но как ее осуществлять, если все деятели культуры будут против?

Журнал "Коммерсантъ Власть" №18 от 09.05.2000, стр. 38

Минкульт-привет! – Власть – Коммерсантъ