Звон в одежной лавке
В минувший четверг в бутике In vogue на Кутузовском проспекте вечеринкой "Чай в пустыне" завершился сезон. Посетителям мероприятия оторвали последний купон с абонемента и заставили слушать безумных и косматых азиатов из числа друзей владельца клуба "Дом", известного самогонщика и меломана Николая Дмитриева.

— Как не был никогда? — говорила красивая девушка красивому молодому человеку.— Хороший бутик. Из дорогих самый дешевый.
Диалог происходил у входа в магазин In vogue, известный тем, что на нем нет никакой вывески, кроме слова "одежда", а на вопрос "как проехать?" владелицы Анжела и Элена отвечают: "Между торговым домом 'Москва' и мороженным киоском". Еще бутик этот известен тем, что в нем время от времени убирают одежку в подсобку, приглашают экзотических музыкантов от Николая Дмитриева и собирают друзей, которые одновременно суть и клиенты. Назвать ли друзей-клиентов полусветом? Бог весть.
Действительно, общеизвестных людей на вечеринке было немного. Например, Сергей Петрович Капица, прогуливавшийся под руку со Светланой Конеген, выглядел Светланиным дедушкой. А злые языки говорили, будто Конеген одновременно присутствует еще на двух вечеринках в двух противоположных концах города (и это было правдой).
Постепенно магазин заполнялся. Пришли циркач Валентин Гнеушев, актриса Ирина Апексимова, режиссеры Егор Кончаловский, Филипп Янковский и парикмахер-самоучка Константин Дудоладов, каковой прославился в основном участием в американской рекламе лимонада. Стало очень душно.
Очень скромно в углу стоял бывший культурный атташе французского посольства Лоран Данилу, которому российские киношники благодарны за большой вклад. Вдруг заиграла басурманская музыка, женщина из тех, что есть в русских селеньях, принялась исполнять танец живота, подошла к Данилу, отняла бокал с вином и засунула себе между грудями. Данилу ко всеобщему удовольствию покраснел, как осенний Зюганов.
Потом на небольшое пространство, отгороженное для музыкантов, выскочил таджикский москвич Ришад Шафи, весь обвязанный барабанами и звенелками, с седой косой до пояса и до пояса же косматой бородой. На руках у него были варежки, а к варежкам были привязаны деревянные ложки. Каждое движение музыканта сопровождалось таким звуком, будто он уронил на себя шкаф с посудой и теперь воет от боли.
Публике очень нравилось. Только один Артемий Троицкий морщился, томился и спрашивал, когда же барабанщика сменит гитарист. Зато Николай Дмитриев так гордился своим протеже, что сам сел за барабан и стал барабанить. Так и барабанили они, два долгобородых человека.
Наконец Шафи под бурные аплодисменты прекратил прыгать козлом и уступил место крымско-татарскому гитаристу из Симфи Энверу Измайлову. Этот Энвер Измайлов, говорят, раньше Стэнли Джордана и прочих американцев придумал постукивать десятью пальцами по струнам лежащей гитары, только в Америке про это ничего не знали, а знали только в Симфи и в клубе "Дом".
Потом стали кормить. Изюм для вечеринки доставляли специально с Алайского рынка, каковой, если кто не знает, находится в Ташкенте. Изюм был вкусный. Еще вкусные были самса, тыква и баранина, пережевывая которую публика благосклонно смотрела на картины Айдан Салаховой и прилепленную к витрине цифру 70, относящуюся, в смысле скидки, к летней коллекции Анн Демельмейстер.
Совсем уже под занавес вечеринку посетил австралийский дизайнер из главных Майк Ньюсон. Ньюсон был в пронзительно зеленых штанах и грязных тапочках. Он приехал в Россию специально для того, чтобы посетить космодром Байконур. Байконур, правда, оказался в Казахстане, но Ньюсон все равно заявил, что Нью-Йорк и Париж — отстой, а Москва — пуп земли.

ВАЛЕРИЙ Ъ-ПАНЮШКИН

Газета «Коммерсантъ» №128 от 15.07.2000, стр. 6

Авторы:

Валерий Панюшкин