Виталий Портников. Столетие Гедройца

Столетие Гедройца
Виталий Портников

Дата публикации: 18 Сентября 2000

В прошлый четверг в Мезон-Лаффите под Парижем скончался 94-летний Ежи Гедройц, главный редактор крупнейшей послевоенной газеты польской эмиграции Культура , создатель знаменитого Литературного института, издатель Витольда Гомбровича, Чеслава Милоша, Густава Герлинга-Грудзиньского, "режиссер" послевоенной польской литературы, блестящий аналитик, еще несколько десятилетий - именно десятилетий, а не лет - задумывавшийся о том, каковы будут отношения демократической Польши с независимой Литвой, Украиной и Белоруссией и демократической Россией. Подлинные масштабы личности этого человека, еще при жизни воспринимаемого современниками скорее как уходящий идеал польской интеллигенции, будут оценены в соседних с Польшей странах еще не скоро. Гедройц был жестким и требовательным по отношению к собственной родине: он, сделавший так много для воспитания польской независимой мысли, сохранения свободной литературы и помощи подпольной оппозиции в годы военного положения, отказался от всех польских орденов и наград и так никогда и не приехал на родину, оставленную им еще в 1939 году. Он, считавшийся русофилом, входивший в редколлегию Континента и предоставлявший страницы Культуры для публикаций российских диссидентов, не забывал предупреждать об опасности возрождения имперских амбиций России - опасности не столько и не только для соседей этой страны, сколько для самого российского общества.

Мироощущение человека, которого в Польше называли просто Редактор, сегодня вряд ли можно объяснить одним-двумя словами. Адам Михник говорит о Гедройце как о "восточном космополите", гражданине Великого Княжества Литовского, умевшего мыслить пространствами старой Российской империи. И действительно, этот человек, родившийся в Минске, сформировавшийся в довоенной Польше, проживший более полувека во Франции, воспринимал как единое целое прежде всего пространство Речи Посполитой - Польшу, Литву, Украину, Белоруссию - и осознавал связь этого пространства с Россией. "От нормализации польско-российских отношений зависит не только будущее наших стран, но и будущее объединяющейся Европы. Наша история - это кровоточащий реестр взаимных счетов. Этот антагонизм обострен взаимным незнанием. Как у русских, так и у поляков бытуют искаженные представления друг о друге" , - писал главный редактор Культуры . "Он имел мужество говорить непопулярные вещи. Был всегда проукраинским, но никогда - антироссийским" , - пишет о нем Адам Михник.

Об украинских симпатиях Ежи Гедройца необходимо сказать особо, так как после Второй мировой войны, омраченной для польской эмиграции потерей Восточной Галиции со Львовом и Станиславом (нынешним Ивано-Франковском) и партизанским движением на оставшихся в составе Польши землях Западной Галиции, проявление симпатии к украинству было смерти подобно. Да и у украинцев за рубежом был свой счет к полякам: от национального противостояния в годы независимой Польши до выселения украинского населения с его этнических территорий после войны (операция "Висла"). И вот в этой атмосфере Ежи Гедройц говорит о неизбежности и необходимости польско-украинского сотрудничества и взаимопонимания, издает погибших в 30-е годы украинских писателей плеяды так называемого "расстрелянного Возрождения". Никакой Украины на карте все еще нет, и мало кто верит, что она появится - но Ежи Гедройц, поляк из Минска, собственноручно начинает создавать на глазах изумленных читателей Культуры образ иной Украины - европейски ориентированной, способной продуцировать таланты, быть интеллектуальной и духовно близкой для Польши. Образ такой Украины и сегодня самой украинской интеллигенции удается создать с превеликими трудностями. "Ни одно другое издание не сделало то, что "Культура", ни одна политическая партия, группа или человек. Это очень много, а нужно помнить, что все это происходило вне Польши и Украины , - утверждает профессор Берлинского свободного университета Богдан Осадчук. - Чего-то подобного в истории вообще не было, и эти зерна дали хорошие всходы, сейчас многие политики в России и на Украине руководствуются именно этими идеями" .

"Знаю, что в Польше есть люди, выросшие из "Культуры" , - говорит русский поэт Наталья Горбаневская. И, вероятно, не только в Польше. Гедройцу удалось задать стиль всей восточноевропейской эмиграции - стиль любви с открытыми глазами, любви-ответственности, не просто позволяющей критику, но требующей критичного отношения к происходящему и реалистичной переоценки прошлого. "Ежи Гедройц был польским Александром Герценом времен коммунистической диктатуры, а "Культура" была "колоколом", выводившим поляков из апатии, освобождавшим от страха, славшим из эмиграции слова правды и свободы" , - пишет Адам Михник. Гедройц не просто писал сам: он, считавший себя прежде всего режиссером, умел поощрять других. Так возникли знаменитые Дневники Витольда Гомбровича, одно из феноменальных произведений польской литературы уходящего столетия, зафиксировавшее новое состояние души интеллектуала с Востока - умение осознавать приоритетную ценность Личности, ее право быть собой в противоборстве с государством, обществом, нацией... Гедройц и Гомбрович, Гедройц и Герлинг-Грудзиньский, Гедройц и Милош, Гедройц и Чапский - великолепные дуэты людей, скучавших на Западе и бредивших Востоком, но сумевших доказать духовное право Польши быть на Западе. А это едва ли не важнее, чем политические декларации о НАТО и Евросоюзе, более того - подобные декларации были бы невозможны без кропотливой работы по переосознанию себя если не всем польским обществом, то уж, по крайней мере, деятельной его частью.

"Жил долго. Это прекрасно, что дожил до триумфа своих идей - конца коммунистической диктатуры, распада Советского Союза. Это он, силой своего духа и мысли, победил советскую империю" , - пишет Адам Михник.

Ушел так, как уходят гиганты. За несколько дней до смерти общался с читателями Культуры в Интернете. Подписал последний номер Культуры . Последний - потому что, согласно желанию Редактора с его кончиной издание газеты прекращается: "Я понимаю то, что с моим уходом с этого света исчезнет и "Культура". Я с этим соглашаюсь. Не воспитал своих наследников, потому что не умел этого сделать. Однако надеюсь, что сделал для своей родины, для Польши, что-то хорошее" .