Анатолий Карачинский: Рунет -- только катализатор экономики!

-- Возглавляемый вами холдинг IBS -- один из крупнейших российских системных интеграторов. Другими словами, вы работаете на рынке "железа" и программ, но в то же время активно развиваете консалтинговые и интернет-проекты. Насколько, на ваш взгляд, российский компьютерный рынок готов к развитию Рунета и бизнеса в Сети?

-- Хочу сразу сказать одну очень важную вещь. Интернет не растет самостоятельно. Он развивается за счет прироста компьютерного парка. Предполагать, что скорость роста драматически изменится, нет никаких предпосылок. В лучшие годы парк рос на 15--20%. При этом к Сети подключалось какое-то количество компьютеров, не подключенных раньше. Этот ресурс иссякает, и старые компьютеры будут просто заменяться новыми. Так что мой оптимистический прогноз -- ежегодный рост Рунета на 30--40% с медленным затуханием.

И все-таки я думаю, что наращивание "железа" имеет малое отношение к его развитию. Важно и критично другое -- действия государства. Нужна внятная индустриальная политика. Если представить государство живым организмом, в котором есть "мозг" (правительство), "кровеносные сосуды" (каналы, по которым движутся деньги), то Интернет -- это катализатор, который ускоряет движение "крови". Если государство заинтересовано в том, чтобы Рунет рос, можно делать очень простые, даже не требующие затрат вещи. Можно просто занять четкую позицию. Ведь у нас если национальный лидер играет в теннис, в теннис играют все.

-- Ну, тут как раз грех жаловаться. Когда в июле президент собрал в Кремле олигархов, он пригласил и вас...

-- Я мало похож на олигарха. Интересно другое. То, что президент начал говорить об Интернете. Что использует его в работе.

-- Я как раз и хочу сказать, что это -- показатель отношения...

--Хочется в это верить. И на встрече я говорил не о своих проблемах, а о школах. В Америке 98% школ полностью компьютеризованы, а 60% подключены к Интернету. Число российских школ, имеющих компьютеры, не вышло за 10%. А количество подключенных к Интернету исчисляется сотыми долями процента. Это страшно, потому что мы начинаем проигрывать будущую конкуренцию. Это и есть показатель промышленной политики. И мне приятно, что 1 сентября, через месяц после нашего разговора, Путин объявил, что на компьютеризацию школ будет направлен 1 млрд рублей.

-- Министр экономического развития Герман Греф заявляет, что страна должна жить не только за счет сырьевого экспорта, а развивать офшорное программирование -- экспорт компьютерных программ.

-- Меня можно назвать дедушкой российского компьютерного бизнеса. Я начинал в 1986 году, но впервые увидел человека, который, пытаясь построить разумный план развития страны, начал с того, что собрал бизнесменов, строящих эту экономику каждый день. Греф спросил нас, в чем мы сильны и что нужно развивать. Давайте вспомним, что концепция Советского Союза, наоборот, состояла в том, что мы должны были быть сильны во всем. И эта попытка привела к тому, что мы не были сильны ни в чем.

-- А также в области балета мы впереди планеты всей...

-- Ну, что-то, конечно, удавалось. Но сейчас делается попытка найти именно то, с чем мы могли бы войти в мировую интеграцию. Глупо пытаться делать это в производстве компьютеров или другой электронной техники. Весь мир отдал это производство в Юго-Восточную Азию, потому что там люди способны очень эффективно крутить гайки. Наше преимущество -- система образования, мозги, склонность к творчеству. Индийцы еще в 1992 году признали основой индустриальной политики не продажу полезных ископаемых, а уникальную способность к созданию новых технологий. В этом году Индия планирует заработать на офшорном программировании 4 млрд долларов. Работая для западных фирм, она набирается опыта и скоро начнет продавать не только "головы", но и конечный продукт.

-- В отличие от Индии у нас есть огромные запасы нефти, газа, металлов. Нынешний год породил бум создания электронных бирж, ориентированных как на Запад, так и на внутренний рынок. Как, по-вашему: все это делается, чтобы просто "застолбить место", или есть уже потребность и возможности для работы?

-- Пока это -- декларации. Однако я согласен, что для нас наиболее приоритетной моделью развития Интернета является "Рунет для экономики", а не "для людей". Экономика требует дешевого посредника, снижения издержек. И то, что мы называем B2B (бизнес для бизнеса), -- наиболее эффективный путь развития Рунета.

-- Но чтобы все это существовало, нужны высокоскоростные каналы, коммуникационные устройства...

-- Прежде всего нужно, чтобы владельцы и руководители предприятий захотели зарабатывать деньги понятными, прозрачными методами. Людей мотивирует выгода. И если им выгоднее зарабатывать "всерую", мы не убедим их зарабатывать по-другому. Интернет не имеет к этому никакого отношения. И как раз основная задача государства -- создать этот мотив.

-- По вашему ощущению, что-то здесь меняется?

-- Довольно быстро. И не только в среде мелких и средних компаний, но и у флагманов промышленности. Задача государства -- ускорять эти процессы.

-- Ускоряет ли?

-- Трудно сказать. Но впервые на моей памяти оно говорит, что хочет этого. Государство -- сложный механизм. Внутри него есть белое и черное, добро и зло. Сегодня есть возможность сформулировать индустриальную политику, решив заодно, увеличивать ли скорость роста "кровеносной системы". Замедлить его уже невозможно, хотя некоторые чиновники мечтают что-то в ней регулировать, замедлять. Это -- иллюзия. Уже нельзя перерезать провода вокруг страны и стать Советским Союзом или Северной Кореей.