Вячеслав Курицын. Курицын-weekly от 14 декабря 2000

Курицын-weekly от 14 декабря 2000
Вячеслав Курицын

Дата публикации: 14 Декабря 2000

Вот мы стоим у моря, и облака проплывают,
и наши следы затягиваются водой

Жюри " Дебюта " объявило финалистов первого розыгрыша премии.

Большая проза: 1. Антон Янковский, 23 года, г. Вологда. Повесть "Австралийский связной". 2. Сергей Сакин, 23 года, Павел Тетерский, 24 года, г. Москва. Повесть "Больше Бэна". 3. Антон Фридланд, 24 года, г. Киев. Роман "Запах шахмат".

Большая поэзия: 1. Данила Давыдов, 23 года, г. Москва. "Проект литературного журнала в Интернете. Последовательность романсов, чередующихся с чем-то иным". 2. Екатерина Боярских, 24 года, г. Иркутск. Поэма "Эхо женщин". 3. Владимир Касьянов, 24 года, г. Новгород. Поэма "Пробуждение".

Малая проза: 1. Оксана Ефремова, 18 лет, г. Саратов. Юмористические рассказы с философским подтекстом "Про Васю". 2. Данила Давыдов, 23 года, г. Москва. Книга прозы "Опыты бессердечия". 3. Кира Ласкари, 23 года, г. Санкт-Петербург. Рассказы.

Малая поэзия: 1. Елена Костылева, 23 года, г. Москва. Подборка стихов. 2. Василий Чепелев, 23 года, г. Екатеринбург. Цикл стихов "Такая опьяняющая радость". 3. Полина Барскова, 24 года, г. Прага. Подборка стихов. 4. Кирилл Решетников, 24 года, г. Москва. Циклы стихов.

Драматургия. 1. Василий Сигарев, 23 года, г. Нижний Тагил. Пьеса "Пластилин". 2. Михаил Покрас, 23 года, г. Москва. Пьеса "Не про говоренное". 3. Сергей Калужанов, 20 лет, г. Москва. Пьеса "День города, или Бомжатник". 4. Залина Хадикова, 24 года, г. Владикавказ. Пьеса "Трамвай желания, или Дела идут все хуже".

Завтра вечером все вывозятся в лес, в пансионат "Березовая роща". Я тоже там буду. Вручение премии - через неделю.

И себя отличить не в силах от снятых брюк

В прошлом выпуске я пенял коллегам из "НГ" и ее " Экслибриса ", что, напечатав в газете состав жюри Антибукеровских премий и имея в оглавлении сайта рубрику "Антибукер", коллеги эти долбаные не удосужились выложить список в сеть. Сегодня коллеги пошли еще дальше. Объявив вчера шорт-листы всего антибукеровского букета (пять премий), они не опубликовали их сегодня ни в "НГ", ни в "Экслибрисе", ни на бумаге, ни в сети. Очень остроумно. Пока можете глянуть заметку Лизы Новиковой в "Коммерсанте", но там не список, а выжимки.

Голодные глаголы, голые глаголы

Разборка между Дмитрием Кузьминым и группой койотов (см. ссылки в " Коллекции скандалов ") обрела новый поворот: Лев Пирогов сочинил вдруг примирительное сочинение . В котором, в частности, пишет: "Всякие россказни о том, что "словом можно ранить" или хотя бы распугать шайку неполовозрело сплевывающих циничных подростков, мне, выросшему в трущобах на чечено-казачьей границе, кажутся решительно опасными для здоровья" .

Напомню, откуда взялся ставрополец Пирогов: завелся в моей гостевой книге (ныне там Божья благодать, а некогда бушевал рогатый омут), благодаря которой стал сначала популярным сетевым лоботрясом, переехал в Москву (святая Алла Николаевна Латынина пригрела его в " Литературной газете "), печатается везде, где шевелится (с разным успехом - из РЖ, скажем, его быстро вышибли ) , вошел в состав жюри премии "Братья Карамазовы", живет (квартиру снимать дорого) в клубе "Пироги" и вообще переживает расцвет.

Ноу-хау Пирогова: конвертация отвязной (мягко говоря) интонации гестбуков в литературную критику. Я с умыслом цитировал про чеченцев и казаков. Это весьма важное сообщение. Похоже, Пирогов действительно воспринимает литературную деятельность как беззаветную и беззаботную игру - отсюда фантастические дефиниции типа "Мариэтта Чудакова, моя внучатая племенница" и рекорды страны по хамству (тыкните хотя бы сюда - такое не приснится Басинскому, гинеколог Лямпорт, если кто этого самобытного автора помнит, такого не умел). В его беспредельной наглости есть какая-то... ну, чистота. Кузьмин может праведно яриться, сколько угодно предлагать ебать Пирогова у батареи, но забавно, что именно Пирогов втянул Кузьмина в такой открытый футбол, снял с Диминого стиля - далеко не всегда выразительного - какие-то заклятья. Помог Диминому языку повернуться таким вот приятным (это приятно - у батареи?) образом.

Но Пирогова можно хвалить только в сослагательной интонации: в позиции безответного пламенного графомана ему ничего не светит, голый талант, умение иногда (не слишком часто, кстати) забабахать колбасятину далеко само по себе не вывезет, посредством гестбуковской интонации можно со всеми познакомиться (что уже случилось), но нельзя кормиться. И художественная проза Пирогова, и его критические тексты вопиют о том, что автор себя не контролирует. Так - гонит что-то. Ему больше чем "нечего сказать" - он и не хочет ничего сказать. Чисто говорить хочет. Мессадж у Пирогова не ночевал: только хары-мамбуры кусочек.

Пирогов - один из ярчайших тупиков активно заканчивающегося постмодернизма, который - в некотором противоречии со своими постулатами - и оказался в результате "искусством для искусства". Теперь - увы или ура - искусству нужно быть "для читателя". А читатели Пирогова сегодня - Дмитрий Ольшанский (чел восторженный: понравилось ему однажды, как Пирогов загогулины загибает, так и будет восторгаться) да Кирилл Куталов (который, похоже, млеет лишь от того, что он теперь с Пироговым что-то вроде "литературной группы"; вот Ахматова с Гумилевым были литературной группой, так и мы с Левой!). Люди это весьма симпатичные, но аудиторию составляют с трудом. Не составляют то есть никакой аудитории. Вот писал в мою гостевую Сержик из Нового Йорка: самоподводящийся суперхохол. Становлению Пирогова способствовал, отменные кренделя мутил. Я думаю, сейчас Сержик Пирогова не читает: темы чужды, а энергетика не та, что в стобуквенной гестбуковской реплике. А Сержик для Пирогова важнее Ольшанского, ибо Митя свой, а Сержик - общество.

Я почему так завелся? Да потому, что замирение Пирогова перед Кузьминым - текст для Льва удивительный. Это первый известный мне случай, когда он отвечает за базар. Контролирует себя, говорит по существу, а не про трусы Менгисты Хайле Мариама. Умеет, стало быть. Что крайне приятно. А то ведь сей явно одаренный человек до сих пор сочиняет фигню: и проза плохая, и академические штудии межеумочные, и критика, в общем, не фонтан. Контекста у чувака не было. Теперь есть. Пора браться за гуж. Кузьминский на днях предположил, что Пирогову нужно роман написать. Но нормальный роман, типа Болмата и Акунина, а не про своячницу Дельку Метелкину.

Время больше пространства

Стремно, конечно, рекламировать мне Марата Гельмана - рука руку моет, петух кукуху и все такое. Но и молчать не могу. В Питере, в Мраморном дворце (Русский музей), открылась вторая часть выставки " Искусство против географии " - актуальный арт из коллекций Галереи Гельмана с, как выражаются в РЖ, бонусами от "Риджины" и XL. Первый случай глобального экспонирования современного русского искусства в столь престижном музейном пространстве.

То есть второй: Марат кормит питерцев порциями. На первой (висевшей с октября) я не был, а вторую посетил. В понедельник открылись три выставки - " Женщины России ", " За гранью " и " Динамические пары " (о первых двух я написал статьи в каталог: отличные статьи, очень советую). Горлова показывает язык, Христос Виноградова и Дубосарского идет по пл. Маяковского, на плече памятника которого сидит Осмоловский, группа "Фенсо" кушает рис с сосисками, Бренер шугает химер, медгерменевты впадают в раж, Китаева режет Литвинову, АЕСы выворачивают кишки. Каждый занимается своим, то есть, делом. На вопрос "выдержат ли Кулик и Антошина испытание главными в России стенами" я получил сразу два ответа: во-первых, выдерживают, а во-вторых - у нас вполне конкурентоспособное и разнообразное контемпорери искусство. Беднее западного технологически - скажем, в жанре видеоинсталляции мы проигрываем буржуям, как Литва Латвии в хоккей (был лет пять назад случай, когда латыши сделали литовцев 27:0), но тут уж приходится терпеть. А когда речь идет о фотографии, живописи или простых поставляжах, мы молодцы. Подлинный гип-гип. Будете в Санитарном Петербурге, не вздумайте выставку пропустить. Алды "Искусство против географии" поедет на Волгу.

Оскомина во рту от сладостей восточных

Я как-то уже писал в "Уиклях", что петербургские литературные нравы сильно отличны от московских: в северной столице люди на литературных вечерах сплошь и рядом друг другу лица бьют. Вот свежее впечатление: на праздновании открытия "Искусства против географии" в ресторане "Котлетная" историк и журналист Л., скушав водки, стал кричать критику женского пола Г., что она малоумна, дело запахло дракой, но тут подошел худой поэт В., которого Л. тут же реально стал душить руками за горло, одновременно объясняя окружающим, что у В. отвратительная рифмовка.

На следующий день я пил пиво в издательстве "А", рассказал тамошним пацанам этот случай, а они мне поведали, что Л. - директор классической гимназии. Был удивлен я, что директора классических гимназий столь радикальны в быту. На что мне ответили: а вот поэт З. вообще ректор греко-латинской академии. Я спросил: а что З.? столь же крут? Ну как же, ответили мне. Вот он ездил в Москву на ярмарку "Нон-фикшн", увидел в "Пирогах" официанта афроамериканской национальности и тут же засветил ему в глаз. Чисто за цвет кожи.

Метафизика Петербурга!

Качнулась влево

Лучший литературный клуб Петербурга - "Амплитуда" - который, по прежним сообщениям, прервал свою деятельность на неопределенное время, - прервал ее, оказывается, навсегда. Об этом мне поведал куратор клуба Дмитрий Голынко-Вольфсон . Дескать, все уже выступили, нужны новые формы. От себя добавлю: и буфет еще нужен. Вот и в Музее Ахматовой, где 16-го в 16 часов Илья Фоняков представляет антологию литературных мистификаций (СПб.: Знак, 2000), буфета нет...

В продовольственных - давка и слякоть

19 декабря в " Авторнике " - вечер Сергея Соколовского , который только что победил в конкурсе " Улов ", 21 декабря в " Классиках 21 века " вечер Данилы Давыдова , одного из претендентов на "Дебют". Авторы одного круга и поколения, оба пишут подчеркнуто прозаические, тревожно выхолощенные тексты, оба пишут тексты сугубо "городские" - о маленьких людях, бредущих по большому городу незнамо куда, читающих книжки в метро, пьющих теплое пиво на зимнем бульваре, снимающих шапку на морозе, прислоняясь лбом к тополям.

Раздаваться будет лишь благодарность

А в Зверевском Центре (ул. Новорязанская, д. 29, стр. 4) 19 и 20 декабря Дмитрий Булатов представит свою колллекцию саунд-поэзии со всего мира. Аж с 10 утра будут звучать записи, а в 18:30 Булатов лекции прочтет - в первый день про историю этой самой штуки (в частности, обещаны записи Кристиана Моргенштерна и Ильи Зданевича), а во второй день - о современности.

Чернила честнее крови

Стас Гридасов - редактор сайта " Спорт сегодня ", замредактора газеты "Известия" - периодически сочиняет крохотные прелиричнейшие рассказики. Последнее время он размещает их в журнале "Плейбой". Так было с " Вилкой ", так произошло и с " Новым адюльтером ", который теперь появился в сети.

"Она была словно принцесса крохотного королевства, которая пустилась в дорогу и, застигнутая ненастьем, попросилась переночевать в первом же доме. Она отогрелась, похорошела, распутила свои бледно-алые лепестки и благодарно улыбалась со сне. Она попала в дом, где ей сразу поверили на слово и не стали на ночь подкладывать горошину, проверяя, настоящая ли она принцесса" .

Вот какой у нас "Плейбой". Кто-то прозвал его тартускими записками от гламура.

Вы слышите их чечетку?

Был в гостях у Андрея Левкина, кушал водку-селедку. Валяется под столом какая-то распечатка из сети. Нагнулся - а это Олег Золотов. Рижский поэт, которого я знал и любил когда-то по "Роднику". Золотов соперничал длиной строки с Николаем Кононовым , а я читал ночами, пускал, возможно, слезу. И совершенно о нем забыл. Ни на одной полочке актуальной памяти нет. И вот висит распечатка - с сайта ВессЛв . Я распечатку прибрал, перед собой на стол положил, адрес набрал - ни фига. Нет такой страницы на сайте, делась куда-то. Что остается? Перепечатать несколько слов руками. В общем, лучшая форма любви к поэзии - переписывание в тетрадочку.

Все, что сюда приходит, - это бомжи, сумасшедшие и почта
да пенсия по инвалидности (за сумасшествие), а уж насчет "ничего святого" - так это точно
здесь не валялось. Хотя когда-то желалось.
Уж очень умело ты нас в нашей любви убеждала,
себя убедила так, что теперь стыдно признаться
в ошибке. Но сказано (кем-то очень умным): "Взялся за гуж, обосрался -
и стой". Потому как доказывать что-то и объясняться -
бессмысленно. Да и опасно: неизбежно приведет к аберрации
мотивировок. Проще - см. выше - то, что в кавычках.