Аделаида Метелкина. Тридцать шестой подход

Тридцать шестой подход
Публикации о литературе в бумажных и сетевых СМИ

Аделаида Метелкина

Дата публикации: 27 Декабря 2000

Бонус

Это лонг-лист премии имени Аполлона Григорьева-2000, о котором Александр Агеев написал вчера в РЖ: "Данный конкретный список я бы скрывал, как партизан - из ложного, может быть, чувства корпоративной солидарности" . Реестр номинантов опубликован в сегодняшних "Известиях" - в их бумажной версии, но не в сетевой - с бойкими комментариями Архипа Ангелевича ( "...зажав нос, погрузиться в роман Михаила Иванова "Банан" (Ad Marginem - уж точно, что не "Рай")" ). Комментарии опускаю, а список привожу. Учтите: в нем возможны ошибки, не исправленные мною по неведению; Ангелевич, например, переименовал "Вечера с Петром Великим" в "Беседы о Петре Великом", Алана Черчесова - в Алана Черкесова, Елену Чижову - в Елену Чижикову.

Вразброс

В "Независимой газете" - докторальный коллективный материал " Антибукер-2000: Все о лауреатах премии ". Смахивает на запоздалую апологию. В другом месте будете оправдываться, граждане.

В "Литературке" - проникнутая то ли паническим сарказмом, то ли робкой надеждой колонка Аллы Латыниной , озаглавленная "Лучезарное будущее": "Ну, закроют НТВ - расцветет захиревшее радио "Свобода". Поскучнеют газеты - оживятся толстые журналы. Писатели вспомнят подзабытый эзопов язык, читатель научится смаковать литературный текст, искать намеки и аллюзии. Возобновятся литературные дискуссии на кухнях. Введут цензуру - появится Самиздат. Сколько новых дарований, потерпев неудачу в бизнесе, бросятся в литературу!" Павел Басинский неостроумно пародирует Акунина , Пелевина и Сорокина . В " Новогодней анкете " "ЛГ" - всего две, зато поразительно пошлые позиции: "Кому бы вы поставили памятник в Летнем саду?" и "Кого бы вы сбросили с Парохода современности?"; еще поразительней, что отдельные литераторы, принявшие участие в анкетировании, отвечают всерьез и с нескрываемой злобой. Например, Евгений Евтушенко готов сбросить за борт Вик.Ерофеева, а Светлана Василенко - Олега Павлова.

Кстати, помните, как некто красивый, умный и в меру упитанный озадачил несчастную Хильдур Бок: "Ты перестала пить коньяк по утрам? Да или нет?" Умение формулировать схоластические вопросы - редкое, реликтовое ремесло, но Игорь Шевелев из газеты "Время MN" (тот самый, что пожертвовал Аполлону коня ) владеет им на уровне Карлсона.

"- То есть вы предлагаете альтернативы существующему?..

- Есть ли у вас некая среда, не только вами самим созданная?..

- Это такой ваш способ творчества - замыслами?..

- Кстати, насколько все ваше творчество есть заполнение лакун и пробелов?"

И, наконец, tour de force:

"- Насколько сознательным был ваш выбор эмиграции как идеала вненаходимости по отношению к выбранной вами русской культуре?"

Однако ж и собеседник Шевелева - не какая-нибудь стокгольмская фрекен, а "один из самых оригинальных и влиятельных русских мыслителей. Именно влиятельных..." Михаил Эпштейн (Атланта). В ситуации, где простодушная домомучительница давно б уж обмотала нос чубчиком, Эпштейн и бровью не ведет. "Я люблю медленное, но решительное изменение предмета, идеи, когда у внимательного слушающего человека глаза начинают лезть на лоб" , - со спокойным достоинством отвечает он.

"Одна беда: к сожалению, заковыристые философско-лингвистические эксперименты довольно быстро утомляют" : Ольга Гринкруг ("Газета.ру"), прищурившись, следит за медленными изменениями идей, предметов и героев в текстах Уолтера Абиша - американского прозаика, который пишет о Германии, но при этом в Германии, оказывается, ни разу не был. Ольгина правда: сборник Абиша "Сколь это по-немецки" (СПб.: Симпозиум) я купила, а читать не смогла. После трех страниц мозги запотели. Такая досада.