Андрей Захватов. Таджикистан перед выбором

Таджикистан перед выбором
В новый век - с новым имиджем государства или со старыми распрями?

Андрей Захватов

Дата публикации: 29 Декабря 2000

Таджикистан - страна с многовековой историей и культурой - после жесточайшей гражданской войны на пороге ХХI века оказалась перед выбором: укрепление государственности и развитие или старые распри. За четыре последних года, прошедших после подписания Договора об общественном согласии прогнозы политологов о новой вспышке конфликта, к счастью, не сбылись. В стране, задыхающейся от наркотиков, ее огромный экономический потенциал, созданный еще в советский период и добрая воля еще недавно враждебных друг другу сторон могут в скором времени коренным образом изменить имидж государства. Путин, уже успевший восстановить отношения с Кубой , вряд ли окажется от Таджикистана как от военного союзника и экономического партнера России.

Краткий экскурс в век двадцатый

Наверное, так уж было устроено породившее всех нас советское общество, что, однажды наметив себе великую и невиданную историческую цель, позволяло себе быть с историей на "ты". В начале 60-х годов один из партийных съездов уведомил весь мир о том, что в Советском Союзе сложилась новая историческая общность людей - советский народ. А спустя всего лишь четверть века, оказалось, что СССР населяют не только советские люди. Большинство граждан огромной страны не захотело следовать воле партии и стирать с себя грани национальных отличий. И в начале 90-х мир был оповещен о новых "этнографических открытиях": советские эстонцы стали просто эстонцами, армяне - просто армянами, казахи - казахами...

Тут же стало заметно, что в Молдавии, к примеру, - живут не только молдаване, в Грузии - не только грузины, а в Азербайджане - не только азербайджанцы. Обнаружилось и то, что таджики, неожиданно для себя (как, впрочем, и для всех остальных) оказавшиеся участниками "парада суверенитетов", представляют собой далеко не единый народ. Не будем спорить с политологами, уже назвавшими гражданскую войну в Таджикистане "межтаджикским" или "внутритаджикским" конфликтом. Возможно, эти термины показались им более научными. Сегодня, спустя почти 11 лет с начала открытого противостояния, политические наблюдатели убеждены в том, что воюющие стороны представляли собой не "законную власть" и "оппозицию", а не что иное, как вооруженные отряды региональных кланов. Именно кланов, всем и давно известных исторически сложившихся региональных землячеств, каждое из которых никогда не считало себя частью единой нации... Вспоминая показатели самых высоких в Союзе темпов естественного прироста населения и перекосы в перераспределении благ между регионами - кланами, современные исследователи новейшей истории Таджикистана склонны представлять межрегиональный конфликт как естественную борьбу кланов за выживание, которая повелась методами, бывшими в распоряжении у сторон. Что ж, в истории среднеазиатских республик еще в советские времена бывало, что конфликтные ситуации между соседними регионами возникали из-за нехватки, скажем, поливной воды. Но война - это уже не просто конфликт, а вооруженная борьба. Трудно поверить, что огромная масса бедных (но - мыслящих) людей вдруг и одномоментно оказалась обиженной на такую же, ничем не отличающуюся от нее, массу нищих и - взялась за "калашниковы"... Впрочем, будем помнить, что цель нашего экскурса в недалекую историю - не анализ истоков произошедших печальных событий и, тем более, не попытка основать клановедение как науку. Поэтому, не "отбирая хлеб" у политологов, исследующих весь "букет" причин гражданской войны в Таджикистане, отметим лишь очевидное - одна из республик бывшего Союза в ходе гражданской войны к концу ХХ века вошла в список беднейших стран мира .

Сколько экономик в одном государстве?

Не будем обманывать себя: любой обитатель одной из стран СНГ (и не только СНГ) укажет вам одну и ту же цифру - две. Даже пользующаяся доверием всего делового мира Швейцария вряд ли заявит, что в ее банках нет "грязных" денег. И если раньше, в советские времена, слова "таджик", "таджикский" у многих россиян ассоциировались с улыбающимся стариком - дехканином на фоне "белого золота" - хлопка, то сегодня, к великому сожалению, на память в первую очередь приходят слова "аэропорт Домодедово", поезд "Душанбе-Москва", "наркокурьер" . Еще в 1996 году, по приведенным в печати оценкам таджикского МВД, на севере Афганистана вблизи его границы с Таджикистаном находилось в готовности к отправке около 50 тонн наркозелья. Таджикистан, давший миру великих Авиценну и Омара Хайяма, на пороге третьего тысячелетия (не без "помощи" известных сил) начал приобретать имидж одного из крупнейших в мире перевалочных пунктов "белой смерти" и государства с неблагоприятным инвестиционным климатом...

Сегодняшний Таджикистан, однако, еще не забыл и другие времена. Есть у него и другая экономика, слухи о преждевременной смерти которой, пожалуй, - очень даже преждевременны. Можно сколько угодно говорить и писать о перекосах в структуре и размещении производительных сил в республике в советское время (да, все это было - и не только, кстати, в Таджикистане), но отрицать былой (и достаточно высокий для своего времени) уровень развития экономики не возьмется сегодня ни один из серьезных специалистов, не понаслышке знававший Таджикистан: почти миллион тонн хлопка-сырца, полмиллиона тонн высококачественного алюминия, Нурекская ГЭС и гиганты промышленной химии, золоторудные предприятия и урановое сырье; Памир - кладовая, вместившая в себя все элементы таблицы Менделеева, горнолыжные трассы мирового уровня и альпинистский рай. В конце 80-х из аэропорта Душанбе в одну только Москву выполнялось по пять пассажирских рейсов в сутки. Таджикский балет был знаком Лондону и Парижу, фильмы таджикских режиссеров смотрели США и Япония...

Если верить "сопровождающим его лицам", совершавший в качестве президента первые ознакомительные поездки по республике Эмомали Рахмонов был просто поражен масштабами остановленных (и оставшихся) после развала Союза гигантских производств на индустриальном Севере республики. Чкаловский "Востокредмет", в свое время давший СССР урановое сырье для первой атомной бомбы и уже освоивший получение золота из золотоносного концентрата, СП "Зеравшан" , созданное в Пенджикенте на базе Таджикского золоторудного комбината, готовое к освоению одно из крупнейших в мире месторождений серебра "Большой Конимансур", запасы которого оценены более, чем в 30 тысяч тонн, полтора миллиардов тонн коксующихся углей Ягноба, где добычу можно вести открытым способом... По степени геологической изученности недр Таджикистан еще долго будет превосходить все страны СНГ. Именно на сырьевые запасы таджикских недр, на добычу драгоценных и редкоземельных металлов, на выплавку высококлассного алюминия была нацелена (и во многом была реализована) программа строительства в Таджикистане мощных ГЭС - горная республика занимала в СССР второе место после России по гидроэнергетическому потенциалу. Таджикистан был способен производить в год до нескольких сот тысяч тонн самого ценного на мировом рынке тонковолокнистого хлопка, десятки тысяч тонн цитрусовых и винограда.

В Душанбе, в здании, где сегодня находится, пожалуй, самый престижный из вузов Таджикистана - Славянский университет, - до гражданской войны размещался один из крупнейших в Средней Азии проектный институт "Таджикгипроводхоз", штат которого превышал 800 человек. Усилиями специалистов института в Таджикистане была создана и эффективно работала система машинного орошения. Десятки крупных и средних насосных станций подавали воду на обширные предгорные участки, существенно пополняя площади орошаемых земель. Конечно же, за годы конфликта оборудование на многих объектах было просто разграблено. Но основа системы - здания, сооружения, магистральные трубопроводы - все это осталось . И, если сегодня сельское хозяйство республики отброшено на сорок с лишним лет назад, то "подтянуть" его до среднемирового уровня при наличии достаточных инвестиций - задача всего лишь нескольких лет...

А пока... Пока сегодняшний Таджикистан во многом напоминает измученного путника, который уже добрался до родного порога, но никак не может открыть в своем доме дарованную ему природой золотую кладовую. Какой балет, когда у людей нет денег на хлеб... Нет сил, нет средств. За десять лет, по оценкам экспертов, Таджикистан покинуло до двухсот тысяч русскоязычных специалистов, которые были заняты, в основном, в обслуживании и развитии промышленных отраслей. Война заставила покинуть родину не только многих ведущих ученых - таджиков. Сегодня за пределами Таджикистана - в основном, в России - "на заработках" находится до четверти миллиона его коренного населения, не нашедшего себе применения рядом со своим домом. Кстати говоря, мало кто знает, что принуждение надолго покидать свои дома, когда-то продиктованное Москвой, провело между таджиками и Россией заметную черту неприязни. Таджики - оседлый народ и в их жизненном укладе присутствовала вековая убежденность в том, что покинуть свой дом на неопределенно долгий срок (за исключением, пожалуй, хаджа в Мекку) - значит, обречь себя на то, чтобы в случае гибели быть похороненным не рядом с домом и не до захода солнца в день смерти, как подобает правоверному, а неизвестно где и когда.

Но годы идут и времена меняются. Сегодняшняя трудовая миграция за пределы Таджикистана, кроме всего прочего, характеризует таджиков как народ, способный воспринять совершенно иные реалии. Привлечь же в республику хотя бы пятую часть из числа уехавших русскоязычных специалистов - дело непростое, но возможное. Люди, как и деньги, стремятся туда, где к ним хорошо относятся. Для работы в сегодняшнем Таджикистане и людям, и инвестициям нужны гарантии. Таджикистану же - нужен новый имидж страны . На существенные инвестиции, такие как, скажем, в продолжение строительства уникальной Рогунской ГЭС , в обозримом будущем Россия и другие страны решатся только тогда, когда будут убеждены в необратимости процесса мирного развития государства .

Может ли состояться национальное примирение, если нация еще не состоялась?

Вероятно - может. Таджикистан, удививший мир масштабной междоусобной войной в конце ХХ века, уже в первой четверти века ХХI имеет все шансы озадачить своих исследователей еще однажды - на этот раз (как ни странно говорить про это о беднейшей стране) в экономике. Слабо верящие в хрупкий мир, заключенный с оппозицией президентом Рахмоновым, практически все российские специалисты по странам Центральной Азии вплоть до начала 1998 года предсказывали, что вчерашние враги перешли к тактике накопления сил и новая вспышка конфликта - лишь дело времени. Тем не менее, предполагаемая дата продолжения вооруженного конфликта никем не озвучивалась и худшие прогнозы трехлетней давности о возобновлении войны - пока не сбылись. Три года относительного политического затишья в Таджикистане позволяют сформулировать - правда, пока только предварительно - несколько оснований в пользу непродолжения конфликта .

Первое. Стороны просто устали. Устали все - от просящих по домам хлеба нищих сирот до "новых таджиков", среди которых есть представители и "оппозиции", и "власти", а им уже есть, что терять . Новая война вмиг спалит только что выстроенный частный хлопкоочистительный завод, отпугнет зарубежного инвестора ... (В скобках отметим, что, возможно, именно этот фактор спустя несколько лет убедительно сыграет свою решающую роль в прекращении масштабного противостояния.)

Второе. Во имя стабильности общества таджикские власти еще в 1995 году начали раздачу земельных наделов сельчанам . Произошло то, о чем в брежневско-горбачевские времена можно было говорить разве что в выкопанную ямку - причем, шепотом. В республике, территория которой на 93% покрыта горами, раздача населению десятков тысяч гектаров пашни не просто вселила в обнищавших таджикских крестьян уверенность в завтрашнем дне. Власть рассудила мудро и вовремя: оставить на своем поле урожай без полива и, едва залечив раны, снова идти воевать - простым людям будет совершенно ни к чему.

Третье. Таджикистан, в одночасье оторвавшийся от России, тем не менее до сих пор остается накрепко связанным с ней. И присутствие в Таджикистане 201-й российской дивизии - не самая главная тому причина. Все дело - в новой политической ситуации в самой России. И если новый российский президент в первый же, самый трудный, год своего президентства добрался аж до Кубы, в считанные дни восстановив порушенные за последние 10 лет связи, то, надо понимать, не далек час - Путин "доберется" и до Таджикистана . Хотелось бы это кому-то или нет, Путин постарается не упустить Таджикистан - и как военного союзника, и как экономического партнера.

Несмотря на то, что в стенах таджикского парламента уже давно говорят по-таджикски, говорить (и думать) по-русски большинство его депутатов еще не разучилось. И на курсы английского - пока что ходят считанные единицы из них. Конечно же, окончательный выбор Таджикистана - с кем и с чем идти в новое тысячелетие - это его выбор. Возобладает ли у вчерашних противников добрая воля к миру и согласию во имя сохранения народа и становления Нации? Совпадут ли экономические интересы таджикских региональных элит с интересами их партнеров в России? Хотелось бы в это верить. Без сомнения, имидж суверенного Таджикистана вскоре изменится. Как скоро? Поживем - увидим.