Владимир Кумачев. Сергей Казеннов. НПРО: поезд еще не ушел?

НПРО: поезд еще не ушел?
Владимир Кумачев, Сергей Казеннов

Дата публикации: 29 Декабря 2000

Обсуждая проблему НПРО США, многие аналитики полагают, что "поезд уже ушел" и не стоит даже пытаться его догнать. Наша задача - предупредить тех, кто ненароком станет вольным или невольным пассажиром этого "поезда в никуда", а то и (в случае неблагоприятного сценария) жертвой или "стрелочником". Да, НПРО - один из краеугольных камней избирательной кампании Буша, он вряд ли откажется от своей любимой затеи, способной, якобы, всерьез обеспечить американским гражданам чуть ли не абсолютную безопасность от ракетно-ядерного нападения по приемлемой цене. Правда, стоит помнить, что предвыборная риторика бывает, как правило, куда жестче, "контрастнее" проводимой впоследствии политики, а Буш и его команда, скорее всего, в этом плане не являются исключением.

Действительно, Буш едва ли откажется от самой идеи НПРО, противное означало бы потерять лицо. Однако реальные масштабы осуществления программы до сих пор неясны. Безусловно, работы имеют серьезное финансовое (до 100 млрд. долл.), организационное и технологическое обеспечение. Это важный аспект создания НПРО, но обеспечение безопасности США (где защита от ракетно-ядерного нападения - лишь одна из сторон стратегической военной доктрины) никак не сводимо к решению чисто технических задач.

Одно дело - создание НПРО, и совсем другое - развертывание системы , со всеми сопутствующими тому обстоятельствами, важными прежде всего потому, что оно вызывает к жизни бессчетное количество трудно- или вовсе неразрешимых проблем как внутри-, так и внешнеполитического свойства. В этой связи, к сожалению, часто приходится слышать, что единственный камень преткновения - пресловутая "несговорчивость" России, что, дескать, принятие США решения на создание и масштабное развертывание НПРО не будет иметь каких-либо серьезных геополитических последствий. США, как единственная сверхдержава, которой "некуда девать деньги", намерена таким образом еще больше упрочить свой исключительный статус.

Глупо утверждать, что в этих высказываниях нет доли правды. Но это именно доля, то есть не вся правда. Последние американские противоракетные инициативы в известной мере революционны: ничего подобного прежде не наблюдалось. Никак нельзя сравнивать ситуацию двадцатилетней давности с тем, что мы имеем теперь. Геостратегическую обстановку периода работы над программой СОИ определяли совсем другие потолки СНВ, жесткий, по своему устойчивый и стабильный, биполярный мир, разделенный по линии Восток-Запад, прочный настолько, что даже несоблюдением - или угрозой несоблюдения - Договора по ПРО от 1972 года его было не поколебать. В том мире было больше определенности, его определяли в том числе и иные механизмы безопасности. В ту пору можно было позволить себе "играть в ПРО", однако к таким играм относились весьма разумно.

Впрочем, большинство специалистов саму программу "звездных войн", с учетом тогдашнего уровня развития науки и техники, именовали не иначе, как "блефом". Но с тех пор в США сделали колоссальный рывок вперед! И даже в ту пору союзники США, еще помнившие "неприятную" ситуацию с РСМД в Европе (сейчас напрочь забытую!), проявляли максимум осторожности. Их участие в программе СОИ было мизерным. Сегодня же, когда уже нет СССР, способного воздействовать на военную и военно-техническую политику США, такие опасения могли только упрочиться.

Сегодня уже нет биполярного мира, но также нет и нового миропорядка. Мы являемся свидетелями переходного периода - весьма нестабильного и опасного. Опасного хотя бы тем, что ряд стран, политически не относящихся к Западу, но имеющих соответствующие амбиции, технологическую базу и финансовые ресурсы, способен фокусировать их на ключевых программах по обеспечению собственной безопасности, включая разработку средств ядерного сдерживания. Проблема распространения соответствующего оружия и технологий, с учетом "дырявого" контроля за этим процессом , неэффективной системы договоров, крайне важна для США. Именно эта озабоченность и декларируется ими в качестве одного из важнейших аргументов создания НПРО. Однако, взламывая сегодня международную стабильность посредством своих инициатив, США вынуждены сквозь пальцы наблюдать за активностью других стран в области ядерных вооружений. В долгосрочном плане все это резко снижает военную безопасность самих США.

В ряде стран - потенциальных соперников США в XXI веке (в первую очередь, в Китае, в "ядерном пуле", который, вполне возможно, сложится в исламском мире, в "интернационале" стран-изгоев) - в ответ на вызов США ускоренными темпами будет разрабатываться собственное оружие возмездия и сдерживания, оружие судного дня. А помогут им в этом действительно весьма несовершенный контроль над трансфертами технологий, глобализация экономики и информации, тот же Интернет. США рискуют еще и в том смысле, что часть инфраструктуры НПРО будет размещена в космосе, мировом океане, что неизбежно усилит и так значительную милитаризацию этих и подобных им средств.

НПРО будет, безусловно, иметь региональные "ответвления". Это и создание "нестратегических" региональных ПРО ТВД , которые в определенных условиях могут быть интегрированы со стратегической ПРО. При этом вероятно создание инфраструктуры, боевой и вспомогательной, на соответствующих территориях, в том числе и приближенной к потенциальным ареалам "несанкционированных запусков". Это Европа (подобные объекты сегодня, в частности, имеются в Норвегии, Великобритании, Гренландии), Северо-Восточная Азия и Дальний Восток, Южная Азия, Ближний и Средний Восток.

Экспансия гонки вооружений в этих и прилегающих к ним регионах обеспечена, даже при условии предоставления со стороны США гарантий в виде противоракетного зонтика (а ведь кое-кому США не предложат и его). В некоторых регионах - например, на Ближнем Востоке - резкое неприятие может вызвать просто усиление присутствия США в ходе возможной реализации своей стратегической программы, что, в свою очередь, неизбежно вызовет рост региональной военной напряженности. Так что НПРО как безотказное средство политической консолидации Запада и мобилизации усилий региональных союзников США - это еще вопрос.

В то же время нужно реально исходить из того, что практически никто не сможет ни повторить путь США по созданию НПРО (если только не присоединится к американской программе), ни создать парк СНВ (никто, за исключением, возможно, Китая), при котором роль НПРО не будет столь дестабилизирующей. А потому в военно-силовой сфере все больше и больше будет давать знать о себе резкая асимметрия средств сдерживания и возмездия, чего, кстати, на словах так опасаются США. Урок, полученный ими с эсминцем "Коул" , до сих пор свеж в памяти. И, полагаем, это только начало. К сожалению, мировой терроризм будет становиться все более изощренным, изобретательным, оснащенным современными средствами. Ясно, что НПРО бесполезна против такого вида акций и их вдохновителей; более того, действует на них как своеобразный раздражитель. Именно господство США в наступательных и оборонительных (не обязательно только стратегических) средствах подвигает определенные силы к поиску альтернативных асимметричных ответов - поиску и нахождению.

К сожалению, какие бы цели первоначально ни декларировали США (обуздание ядерных амбиций стран-изгоев), объективно НПРО является вызовом и угрозой прежде всего России и ее стратегическому потенциалу сдерживания. При условии демонтажа Договора по ПРО 1972 года, создания в США НПРО, на первых порах даже ограниченной, никак не прибавится и доверия в отношениях между двумя странами и вряд ли окажутся возможны полномасштабные сокращения СНВ.

Впрочем, США не окажутся в абсолютной безопасности даже в том случае, если у России останутся 1,5-2,0 тыс. боеголовок. Сложность и взаимопереплетение современной экономики позволяет наносить неприемлемый для противника ущерб путем поражения весьма ограниченного числа ключевых объектов инфраструктуры, управления и т.д. Европа, в случае размещения на своей территории элементов НПРО США, также не останется без соответствующего внимания со стороны России. Возникает вопрос: нужно ли сейчас Западу обострять отношения с Россией? Так уж ли необходимо Америке, теряющей после победы в "холодной войне" прежние стимулы оборонной политики, отсутствие достойного оппонента? Нужна ли Западу Европа без России? И не рискует ли он в таком случае стать со временем свидетелем, пусть и ценой колоссальных усилий, возобновления Россией участия в гонке по созданию сверхоружия?

Таковы лишь некоторые реалии и возможные последствия ставки США на создание и развертывание НПРО в плане решения политических, военных и иных задач. Похоже, комплекс единственной сверхдержавы, который сегодня кое-кому кружит голову, может подтолкнуть американские власти к не вполне обдуманным решениям. Уже сегодня понятно, что НПРО США - это отнюдь не проблема во взаимоотношениях Америки и России, это проблема макроуровня, могущая самым негативным способом повлиять на международную и региональную безопасность, причем ее гипотетические последствия сегодня еще даже трудно предвидеть.