Минюст проинформировал кабинет министров о катастрофическом состоянии тюрем - их могут спасти только элементы рыночной экономики и реформа карательной политики государства

Минюст отчитался на правительстве о состоянии имущества Главного управления исполнения наказаний - тюрем, СИЗО и колоний. Выводы Министерства более чем прискорбны: по данным на 1 января тюрьмы и следственные изоляторы переполнены на 169%, каждый пятый объект изношен на 100%, а денег на ремонт тюрем фактически нет - в 2000 году Минюст получил на это 1,7% от потребности, за два месяца 2001 года - 6,8%. Да и на содержание заключенных бюджет не особо расщедривался. На протяжении последних пяти лет государство покрывало не более 60 % от минимальной потребности ГУИН.

Положение тюрем настолько тяжелое, что Минюст написал программу реформирования уголовно-исполнительной системы. Как только заключение на нее дадут Минэкономики и Минфин, ее внесут в правительство. Минюст рассчитывает "интегрировать уголовно-исполнительную систему в рыночную экономику"; тюрьмы с помощью некоторых первоначальных инвестиций государства должны выйти на самоокупаемость, хотя бы до 45-50%. Методику перехода на рыночную экономику, правда, понять довольно сложно - за пять лет должно быть создано 127 "федеральных казенных предприятий на базе предприятий УИС, специализирующихся на производстве продукции для внутрисистемного потребления, устойчивая работа которых необходима для нормального функционирования исправительных учреждений".

Между тем в Минюсте есть и прагматики, которые считают эту затею нереальной. Пока шло заседание правительства, первый замначальника ГУИН Камиль Бахтиаров рассказал журналистам, что ситуацию может улучшить только изменение карательной политики, все остальное невозможно "из-за экономических и социальных причин". Бахтиаров считает, что в первую очередь нужно сократить срок предварительного содержания до года без права продления, что сразу избавит бюджет от массы лишних затрат. Кстати, именно эту цель преследовал Минюст, когда вносил в Думу печально известные поправки в УПК, которые депутаты завернули под влиянием независимой прокуратуры. Судьба этих поправок, напомним, решилась как раз сегодня: Совет Федерации принял то, что осталось после массированной редакторской правки согласительной комиссии.