Сергей Солоух. Пятнадцать сантиметров

Пятнадцать сантиметров
Сергей Солоух

Дата публикации: 10 Апреля 2001

С о времен Чичикова любовь нашего человека к плодам технического прогресса - общее место. Трехлитровый двигатель, пятиступенчатая коробка передач, и все, уходи с дороги птица, зверь с дороги уходи. Э-эх, и какой же русский не любит качнуть FreeBSD модемом с поддержкой V90.

Другое дело, что чудно воздействие высоких скоростей на загадочный ум соплеменников. Известное дело, на третьем километре душа такою страстью воспламеняется, что надо срочно вертать в город за водкой и девчонками.

Честное слово, так и стоит перед глазами образ современного Козлевича, вебмастера какого-нибудь сервака на трубе в два мега.

- Белую хлестать не будете? Голыми при луне танцевать не будете? А черт с вами, хоститесь даром.

Вот до какой степени шашни с латиницей могут оскопить в общем-то родственную славянскую ментальность. Как это не будем, пан вебмастер? Да кто ж удержится! Эй, ямщик, а ну-ка опусти апач каурый на минутку, смерть хочется скорее слово "жопа" написать фонтом красивым Times New Roman!

И чем приличней и скромней лобастый в глухом офф-лайне повседневности, тем необузданней, неукротимей в безбрежности русской сети. Sic.

Я помню в пору моей юности отличники всех уровней, олимпиад и конкурсов призеры, любили мерятся болтами. Брат Леши Фрипповского с линейкой просто не расставался. Носил в кармане. Вот только что о Гессе говорили, "Степного Волка" цитировали, качали головами, и вдруг - пристроились за дверью, освободили гусаков из промокашек гульфиков и маракуют, пифагоры.

- Двенадцать сантиметров! А, если встанет, все пятнадцать будет. Не петушок, орел! Не веришь, ну, конечно, у самого-то девять.

Нечто подобное наблюдается и в том сегменте мировой сети, который именуют не без тютчевского пафоса - Рунет. Вот литературный критик, звезда московской газеты Х. Наиприличнейший юноша. Остряк, душа компании, недавно кафедру оставил в южнорусском университете. Владеет дискурсом как бог. То есть подвал аналитической статьи напишет и все, беги за словарем, большим, многостраничным иностранных слов. Но нет, не для того, чтобы понять, не треба, расставить верно ударения и петь. Как Баха исполнять, закрыв глаза.

Человек будущего.

А выйдет в сеть - и словно пуговицы разом срезало, давай махать красавцем шлангом, который, ясен корень, аршином общим не измерить. Золотниками, пядями, локтями. Россия - родина длинных и толстых.

- А у меня смотри, всего два пальца не доходит до коленки.

- Фигня, глянь, мой-то с родинкой на кепке. Бабы рыдают.

Ох, мудрен, но предсказуем полет электрона над Средне-русской возвышенностью. Обязательно допилит, резиновый, допрыгает до Москвы. Потому, что масло Кастрол в сердце каждой машины. Обогревать Самсунг в красном углу всякой яранги. А если с неба звездочка, то непременно милому в штаны.

Такая химия. Острое ощущение пульса времени. Ритма эпохи.

В общем, не жди, не будет тебе мира, Адам Казимирович. Не судьба твоей быстрокрылой антилопе.гну.ру показывать свадебные флэши c лентами и праздничные джаваскрипты на детских утренниках. Каждую ночку филологи в трусах и без будут наваливаться и фэ-те-пить до одури, грузить слова, слова, слова. И каждое второе через букву "ы". Мужчина, например.

А что? Зато семнадцать сантиметров до ватерлинии и три в диаметре. Ibid.

А впрочем, по-гамбургскому счету раз-два-три и семь-на-восемь, это стремление национальных гуманитарных кадров в стомегабайтный Осавиахим и Добролет, конечно, радует. Воодушевляет откровенно.

По-меньшей мере, в результате всеобщей компьютеризации университетов стены общественных сортиров станут чище. В конце-концов весь этот затейливый и вдохновенный ру однажды крякнет, разлетится, осядет магнитной пылью, а нужники останутся. И именно по ним, как ныне мы о римлянах и греках, о нас и нашем времени будут судить пытливые потомки.

А с глорией мунди - все очень просто. Конечно. Главное не напутать при переводе дюймов в футы.