| Часть работающих в лесопромышленном комплексе государственных унитарных предприятий (ГУПов) будет ликвидирована, часть -- продана. Списки предприятий согласуются сейчас в Министерстве имущественных отношений и в Минпромнауки. Об этом специальному корреспонденту газеты «Время новостей» Анастасии НАРЫШКИНОЙ рассказывает заместитель министра имущественных отношений Шалва БРЕУС.
-- Всего в национальном лесопромышленном комплексе работает около 20 тысяч предприятий. Большая часть их частные -- ГУПов всего 56. Как правило, лесопромышленные ГУПы -- небольшие предприятия с небольшими оборотами. Их финансовые показатели -- прибыль, дивиденды -- самые низкие по сравнению с другими отраслями промышленности. Очень много ГУПов у нас было обанкрочено. Вот, проводя подготовку продажи ГУПов в Красноярском крае, мы выяснили, что четыре ГУПа из семи находятся под внешним наблюдением. Еще четыре ГУПа в России находятся в стадии банкротства. Так что не надо обманывать себя, зарывать голову в песок -- надо признать, что государство не справляется с управлением ими, а значит, их количество чрезмерно.
Может показаться, что с экономической точки зрения на фоне громадья стратегических задач вопрос о 56 небольших ГУПах меркнет. Но тут нравственный момент -- это сродни неубранному и гниющему урожаю. Это государственные предприятия, которые находятся за тридевять земель и которыми мы не имеем возможности заниматься.
Безусловно, с ГУПами в лесопромышленном комплексе надо что-то делать. Есть несколько путей: первый -- продавать, второй -- укрупнять, создавать холдинговые группы. А можно ликвидировать -- это касается ГУПов, у которых нет вообще никакой коммерческой ценности. Они номинально существуют, в них оформлено 5--6 человек, они не занимаются никакой хозяйственной деятельностью и висят на балансе государства. Таких ГУПов хватает в любой отрасли, не только в лесопромышленной. Сейчас мы с Минпромнауки согласовываем ликвидацию таких предприятий. Но, к сожалению, ликвидация ГУПа -- наиболее трудоемкий с организационной и законодательной точки зрения процесс.
-- Между двумя министерствами бывают разногласия, когда речь заходит о ликвидации?
-- Позиции, как правило, совпадают. Конечно, Минпромнауки нередко пытается защитить, например научные центры. Мы их понимаем и решаем этот вопрос только на основе аргументированного диалога.
-- Какая доля предприятий, как вам кажется, будет ликвидирована?
-- Мне ничего не кажется -- мы будем отталкиваться от четких экономических критериев. Предприятия, которые не работают и существуют лишь номинально, будем ликвидировать. Предприятия, которые работают, но государство от этого ничего не имеет, мы будем продавать.
-- А покупатель-то на них найдется?
-- Как правило, это само руководство ГУПов.
-- Что даст укрупнение ГУПов и как оно будет происходить?
-- Либо будут образованы холдинговые структуры, либо будем сливать несколько ГУПов в один. Количество предприятий резко уменьшится. Управлять одним крупным ГУПом может быть легче, чем пятью мелкими. И возможности для контроля совершенно иные. У предприятия будет один руководитель, который станет отвечать за это хозяйство.
-- Недавно в одном из выступлений вы говорили о том, что некоторые предприятия лесопромышленного комплекса достаточно закрыты. Есть что-то на входе, что-то на выходе, а что там внутри -- неизвестно.
-- Это касается не только лесопромышленного комплекса. Если вы рассчитываете на западные инвестиции, надо переводить предприятие на международные стандарты аудита и бухгалтерии, на международные финансовые стандарты. Выступления крупных руководителей о том, что вот мы задыхаемся от нехватки инвестиций, содержат в себе некоторое лукавство. Хочется их спросить: а вы как ведете свою бухгалтерию? А вы напрямую выходите на рынок или через две-три трейдинговые компании в Лондоне? Вопрос, как вы понимаете, риторический.
-- А почему так? Ведь инвестиции на самом деле нужны отрасли, так что ж она их не ищет?
-- Компания, которая ориентирована на текущую прибыль, всегда работает так. Ей важно выдавить как можно больше прибыли на офшорные компании -- тут «офшорная» не ругательное слово, просто у бизнеса своя логика. Если государство эта логика не устраивает, оно должно что-то предпринять.
Крупные предприятия, ориентированные только на текущую прибыль, обречены на проигрыш. Хороший пример из моей жизни -- это пример TWG. Я работал в Красноярске замом губернатора, курировал металлургию. Красноярский алюминиевый завод, Ачинский глиноземный комбинат, Братский завод и т.д. -- целая империя. У нас все время одно и то же было предметом для дискуссий: я считал и считаю, что компании такого масштаба должны быть ориентированы на развитие следующих этапов переработки металла, а стратегия TWG -- схема «толлинг--первичный алюминий--биржа». Стратегия «Русского алюминия» и «Сибирского алюминия» -- это следующий этап. Я думаю, что им легче было бы просто продавать алюминий, но они ориентированы на более глубокую переработку. Совершенно логично, что они пришли в автомобильную промышленность, если они хотят развиваться как корпорация, а не как владелец счета где-то в укромном месте.
Надо понимать, что в словах руководителей предприятий о том, что им не дают денег на Западе, есть определенная доля правды. Не дают, потому что западный бизнес требует прозрачности. И ради инвестиций им надо пойти на решительный шаг -- отказаться от какой-то части текущей прибыли, поскольку при возрастании прозрачности возрастает налогооблагаемая база.
-- Намного?
-- Это у каждого индивидуально.
-- Как вы думаете, западные инвесторы могут быть заинтересованы в покупке ГУПов?
-- В таком состоянии, в котором находятся эти ГУПы, -- нет. Вот Камский ЦБК, достаточно крупный и интересный объект, но продать его просто нереально. Мы ничего не можем сделать: не можем сменить там директора, судимся. Если его привести в порядок и вычистить, сменить руководство, организовать финансовую отчетность по международным стандартам, бухгалтерию, провести международный аудит, то получится такая упаковка, что можно пригласить инвестора и выгодно продать предприятие. А если еще сделать так, чтобы оно стало прибыльным...
-- А тогда, наверное, продавать будет жаль.
-- Убыточных ЦБК реально не существует. Их не может быть.
-- Как скоро будут реализованы ваши планы в отношении ГУПов?
-- Мы надеемся сделать это в течение ближайших двух лет. Анастасия НАРЫШКИНА |
