Павел Святенков. Третий элемент

Третий элемент
Павел Святенков

Дата публикации: 5 Июля 2001

Н аблюдая современное российское общество, поражаешься, как четко оно разделено на две неравные части - "эксплуататоров" и "эксплуатируемых". Однако марксистские термины второй свежести не могут объяснить, почему "блондин играет хорошо", а брюнет плохо, почему ученый математик Березовский становится миллиардером, а его коллеги по ремеслу - чуть ли не профессиональными нищими. Марксизм и иные подобные учения просто фиксируют ситуацию, имеющуюся в обществе, говоря о "капиталистах", "рабочих" и прочих социальных классах как о данности. Никто не пытается выяснить, почему данный "блондин" "играет" хорошо и становится "новым русским", а данный "брюнет" всю жизнь возглавляет захудалый шахматный клуб и "готов съесть зажаренного шахматного коня". Общественный статус считается чуть ли не данностью, как будто все миллиардеры получили свои состояния от богатеньких дядюшек, а все представители низших социальных классов являются таковыми чуть ли не десятом колене.

Между тем люди занимают позиции на классовой и социальной лестнице не только благодаря удачно полученному наследству, но и благодаря личным качествам. Можно получить в наследство полгалактики и все промотать в один день. Из истории вспоминается Ричард, сын правителя Англии Оливера Кромвеля, который получил пост главы государства в наследство от отца, но не продержался у власти и четырех месяцев. Подобных примеров слабых преемников могущественных властителей множество. Вспомним Маленкова, так и не ставшего преемником Сталина, Троцкого, не сумевшего наследовать Ленину. Даже во времена монархии формальные преемники часто уступали власть нахрапистым самозванцам (вспомним хотя бы историю Петра III - Екатерины). Или же при слабом монархе фактически правил " серый кардинал " (от Ришелье до Распутина).

Так благодаря чему одни люди обретают пресловутую "волю к власти" и проходят к политическому могуществу, а другие не в силах удержать имеющихся у них властных или финансовых рычагов и впадают в ничтожество, несмотря на то что на их стороне общество, государство и Церковь? Почему, глядя на одного, уже со школьной скамьи видишь готового генерального секретаря ЦК КПСС, а глядя на другого, понимаешь, что "ничего путного из него не выйдет"?

Нам представляется, что причина этого явления находится в древнем механизме "естественного" управления обществом, который изначально заложен в человеческом социуме чуть ли не на генетическом уровне. Сформулируем гипотезу. Разделение общества на классы имеет биологическую природу и является изначально заданной. Попробуем обосновать этот тезис и описать общественный строй с этой точки зрения.

В обезьяньей "трибе" существует только два "класса" существ (слово "класс" мы здесь применяем в ироническом смысле, поскольку товарно-денежных отношений у обезьян еще нет, а разделение на "классы" и "эксплуатация обезьяны обезьяной" уже есть) - это самцы и самки. Причем именно первым принадлежит "политическая власть" в племени. Класс самцов можно назвать "политическим классом" - именно он решает, куда должна двигаться триба и сколько съедобных корешком в день должно быть собрано. Самки выступают в роли объекта социальной и сексуальной (привет феминисткам) эксплуатации. Таким образом, сексуальная эксплуатация лежит вообще в начале всех начал. Собственно, именно благодаря ей мы можем констатировать наличие в обезьяньем обществе некоего подобия социальных отношений.

Для самцов самки являются "ресурсом", доступ к которому определяет место самца в племенной иерархии. Возглавляет иерархию альфа-самец, имеющий право на самую лучшую еду и всех самок племени. Далее по нисходящей идут бета-самцы (все то же самое, за исключением самок, приглянувшихся альфа-самцу), гамма-самцы (то же, минус самки альфа-самца и бета-самцов) и так далее вплоть до омега-самцов (я им сочувствую). Положение самца в иерархии определяется как его личными качествами, так и волей альфа-самца, выступающего в качестве хранителя всей иерархии и ее защитника от внешних и внутренних врагов. Поскольку иерархия абсолютно естественна с биологической точки зрения, восстание против нее попросту немыслимо: всеми членами племени она осознается как единственно возможная и, быть может, даже справедливая. Ведь наряду с функциями управления племенем самцы выполняют обязанности по его защите.

Человеческое общество отличается от обезьяньего только одним - наличием в вышеописанной системе третьего элемента. Только этот третий элемент и достоин названия "человека", ибо человечество существует на Земле благодаря ему. Это о нем сказано - "человек умелый". Неведомым путем в обезьяньем обществе происходит сбой. Вернее, сбой можно объяснить высшими законами эволюции - необходимостью выживания племени. Одна из обезьян берет в руки палку-копалку и тем самым (не тем, что взяла ее, а тем, что придумала) выпадает из бинарной системы обезьяньего общества. Так появляется "интеллигенция". Этот термин в последнее время скомпрометирован, однако здесь он, кажется, к месту, и я буду его использовать для названия нашего "третьего элемента".

Как только обезьяний интеллигент берет в лапы палку-копалку, мир вокруг него волшебно меняется. Интеллигента гораздо труднее эксплуатировать в рамках традиционной общественной системы, поскольку его умение делает его уникальным, незаменимым - в том числе и для власти (для "альфа-самов" в самом широком смысле этого термина).

С этого момента начинается развитие человечества как история паразитизма "интеллигенции" на самческой иерархии. В отношении этой иерархии интеллигенция выступает как паразит, что остро осознается самцами, вынужденными терпеть в обществе класс людей, которых нельзя послать на сбор съедобных корешков, нельзя отправить в концлагерь (во всяком случае, всех) и невозможно до конца подчинить. С точки зрения самцов, это чудовищный беспорядок. Кто не собирает корешки - тот не ест, декларирует иерархия из тысячелетия в тысячелетие. И пытается свести на нет влияние "интеллигенции". Методы - многообразны. Например, тоталитарное общество по сути является одной из форм "чистого" господства самческой иерархии. Интеллигенция уничтожается, а оставшаяся интегрируется в самческую иерархию (союзы писателей, композиторов и прочее в том же роде). Однако подобный строй сразу же теряет свою конкурентоспособность. "Интеллигенты по назначению" перестают быть таковыми по сути, и прогресс, понимаемый здесь как постоянное усложнение творческой деятельности человека, приостанавливается. Для тоталитарного государства это означает верную смерть. В течение поколения все разваливается и самческая иерархия отступает на исходные позиции. 70 лет кажется мне максимальным сроком для существования такого государства - больше не просуществовали ни СССР, ни империя Цинь Ши Хуанди.

Но интеллигенцию тоже нельзя назвать "паинькой". Она в свою очередь стремится сместить самческую иерархию и занять ее место, чтобы привести все человечество к невыносимо прекрасному будущему, понимаемому обычно как совокупность всех мыслимых и немыслимых благ и полное отсутствие физической работы. Интеллигенция устраивает революции (вспомним Лютера, вспомним наших декабристов) от начала времен. От начала времен они заканчиваются плохо - по природе (биологической природе!) интеллигент не приспособлен к выполнению функций высокорангового самца: Ведь основа психологии и физиологии такого самца - подавление особей более низкого ранга, в то время как основа психологии интеллигента - придумывание новых идей. Любая революция заканчивается всеобщим мордобоем и возвращением самческой иерархии к власти. Так и идут сквозь историю две биологические иерархии, не в силах ни уничтожить друг друга, ни слиться воедино. По мере усложнения форм творческой активности людей самческой иерархии все труднее нарушать "права человека". Ведь ценность среднестатистического "интеллигента" с развитием науки растет. Все большее количество самцов лишается права направлять людей "на корешки", все большее количество людей интегрируется в интеллигенцию. В конце концов, священного права на неконтролируемое насилие лишается даже альфа-самец.

Может возникнуть вопрос: ведь интеллигентов много, а значит - самческая иерархия может отказаться от услуг одних и обратится к услугам других без значительного ущерба для себя. Однако это не так. Самческая иерархия имеет вертикальную структуру и пронизывает все общество. Структура же "интеллигентской иерархии" распространяемся по горизонтали. Интеллигенция создает различные организации, от Ротари-клубов до адвокатских коллегий, с одной-единственной целью - ограничить возможность выбора для самческой иерархии. Альфа-самцы вынуждены выбирать, скажем, адвоката из двух примерно одинаковых по своим способностям интеллигентов. Однако оба адвоката состоят в одной коллегии и не будут играть на понижение своего сословия (например, соглашаться на щедрое предложение - дескать, тебя мы назначим министром, а твоего визави отправим собирать съедобные корешки). И вариант с посылкой одного из них "на корешки" не проходит. Каков бы ни был статус "самца", он не может игнорировать корпоративную солидарность "интеллигентов", поскольку это может очень плохо кончится. Вспомним судьбу знаменитого комедиографа Мольера, желчно высмеивавшего врачей в своих пьесах - в итоге к его смертному одру не пришел ни один эскулап. С развитием человечества некогда железная хватка иерархии постепенно ослабевает.

Таким образом, вся история человечества представляется мне результатом борьбы двух могущественных биологических сил - самческой иерархии и "интеллигенции" (то есть "меритократической" иерархии). "Самцы" развивают вертикальные связи в обществе и олицетворяют биологическую "волю к власти", "интеллигенты" развивают горизонтальные связи и олицетворяют стремление человечества как одной из форм живой природы - к выживанию.