Оригинал материала
Егор Отрощенко. Век=текст, выпуск 68: 1968
Егор Отрощенко
Дата публикации: 30 Сентября 2001
Стихотворение года
Приближаются ночью друг к другу мосты
И садов и церквей блекнет лучшее золото,
сквозь пейзажи в постель ты идешь, это ты
к моей жизни, как бабочка, насмерть приколота.
Л. Аронзон . Стихотворение было опубликовано в сборнике: Самиздат века. √Минск-М., 1997.
События
С 8 по 12 января в Москве состоялся процесс четырех .
14 февраля А.Есенин-Вольпин был задержан органами КГБ и помещен в психиатрическую лечебницу.
В марте 1968 года в Академгородке под Новосибирском состоялся Первый фестиваль бардов .
В 1967 году была закончена публикация " Мастера и Маргариты ":
Булгаков М.
Мастер и Маргарита. Роман. √ "Москва", #11, 1966, #1, 1967.
Отдельной книгой роман вышел в 68-ом году но (почему-то) на эстонском языке:
Булгаков М.
Мастер и Маргарита. √ Таллин.
Критические отзывы появились в печати лишь год спустя после выхода романа.
Лакшин В.
Роман М.Булгакова "Мастер и Маргарита".
"Рукописи не горят" √ с этой верой в упрямую, неуничтожимую силу искусства умирал писатель Михаил Булгаков, все главные произведения которого лежали в ту пору в ящиках его письменного стола неопубликованными и лишь четверть века спустя одно за другим пришли к читателям. "Рукописи не горят" √ эти слова как бы служили автору заклятием от разрушительной работы времени, от глухого забвения его предсмертного и самого дорогого ему труда √ романа "Мастер и Маргарита"┘
"Рукописи не горят". Прочтенная множеством читателей, вызвавшая немало споров, толков, вопросов и догадок, книга Булгакова стала жить своей жизнью в литературе. Возникло даже что-то вроде "моды на Булгакова" со всеми крайностями, наблюдаемыми при такого рода поветриях. На вечера памяти Булгакова стекались толпы новых поклонников его таланта, журнал "Москва", где печатался его роман, невозможно было достать никакой ценою┘
Свободный, артистичный, легкий, но не легковесный, переливающийся избытком сил талант автора создает удивительный по темпу и разнообразию поток повествования. Веселый анекдот обрывается сценой ужаса, мистическая фантасмагория граничит с фарсом, а лирическая страница начинена, как порохом, взрывчатыми комическими подробностями. Вспомнишь одно √ рассмеешься, другое √ задумаешься, от третьего станет вдруг тоскливо, неспокойно на душе. Но как всегда после встречи с истинным искусством √ о веселом или невеселом оно рассказывает, - остается впечатление пережитого праздника┘
То, что автор свободно соединяет несоединимое: историю и фельетон, лирику и миф, быт и фантастику, - создает некоторую трудность при определении жанра книги. Основываясь на трудах М.М.Бахтина , ее уже пробовали назвать мениппеей . Не берусь спорить. Но с тем же успехом ее можно было бы, вероятно, назвать комической эпопеей, сатирической утопией и еще как-нибудь иначе. Приблизит ли нас это, однако, к пониманию самой книги?
Вероятно прав Толстой , считавший, что значительное искусство всегда создает и свои формы, не укладывающиеся в обычную иерархию жанров. Книга Булгакова √ еще одно тому подтверждение┘
В самой природе романа Булгакова есть нечто парадоксальное. В нем присутствует ирония √ не как черта стиля или прием, но как часть общего миропонимания автора. Булгаков ошеломляет читателя новизной и непривычностью своего сюжета, да и самого подхода к событиям и людям┘
В благородной вере Булгакова в закон справедливости есть наглядный недостаток: ее созерцательность, слабость, наивность. Не реальные способы борьбы за утверждение справедливости в отношениях людей проповедует Булгаков: скорее он утешает себя, наслаждаясь ее сказочным, волшебным торжеством.
Как ни жаль, но что-то неслышно, чтобы безотказно действовал закон, согласно которому никого ни о чем не надо просить: "Сами предложат и сами все дадут". И книги не печатаются сами собою. И у недобросовестных, лживых критиков целы, наверное, все окна в их квартирах. И тираны, подобно Понтию Пилату, не всегда мучаются бессонницей и головной болью, страдая от "исколотой совести". Часто у них крепкий сон и хороший аппетит┘
Но при всей бесконечной печали конца "Мастера и Маргариты" √ смерти обоих, когда сцена действия будто задергивается глухим, черным пологом, есть в последних главах книги и какое-то мудрое, добытое добрым сердцем утешение┘
Пусть это не прозвучит выспренно, потому что чистая правда: здесь победа искусства над прахом, над ужасом перед неизбежным концом, над самой временностью и краткостью человеческого бытия. Победа как будто иллюзорная, но бесконечно важная и утоляющая душу.
Не менее дорог, впрочем, и другой итог: судьба романа, предсказанная в книге. "┘Ваш роман вам принесет еще сюрпризы", - обещает Воланд мастеру┘ Мы читаем эти слова так, будто они обращены к роману "Мастер и Маргарита".
Поэтическую силу воздействия книги Булгакова на нынешнего ее читателя еще усиливает сбывшееся через четверть века спустя пророчество: жизнь дописала этот роман в романе, она подарила новую судьбу книге и тем сделала еще неотразимее в своем торжестве идею справедливости, в которую так верил и которой так дорожил автор "Мастера и Маргариты".
Гус М.
Горят ли рукописи? "Знамя", #12.
"У каждого из нас "свой" Пушкин и Гете , "свой" Достоевский и Бальзак .
"Свой" Булгаков у В.Лакшина, автора большой статьи о романе "Мастер и Маргарита".
Все было бы нормально, если бы┘ если бы лакшинский Булгаков не отличался разительно от подлинного Булгакова!
На основе произведения, посмертно опубликованного в 1966-1967 годах, но написанного в 30-х годах, В.Лакшин конструирует своего Булгакова таким, который как явствует из всего сказанного в статье прямо и между строк, призван поддержать некоторые модные ныне литературные √ теоретические и философские √ концепции┘
"Благородной вере Булгакова в закон справедливости" присущи "созерцательность, слабость, наивность". Ничего против такой оценки нельзя было бы возразить, если бы √ опять это если бы ! √ В.Лакшин не сделал существенные оговорки. Он пишет, что общечеловеческое искусство может быть средством ухода от социальных проблем, но┘ также и приближения к ним. Общечеловеческий гуманизм Толстого и Достоевского бросает новый свет и на само социальное, и таков же, мол, и гуманизм Булгакова.
Такая попытка "снять" ограниченность мировоззрения Булгакова с помощью┘ Толстого и Достоевского несостоятельна по той причине, что реализм этих гениев вовсе не был выражением их "общечеловеческого склада", то есть не был гуманизмом абстрактным, внеисторическим, асоциальным. Однако В.Лакшин оправдывает созерцательность гуманизма Булгакова ссылкой на Толстого и Достоевского для того, чтобы расчистить себе дорогу к раскрытию и утверждению той особой воинственности некоего "нового", "высокого" и не всем доступного гуманизма, который якобы был свойствен Булгакову┘
Там, где у Булгакова очевидный гротеск, В.Лакшин открывает глубокий, "эпохальный" смысл. Сатирический прием Булгакова √ использование "нечистой силы" √ против бездельника Степы или бюрократа-начальника зрелищной комиссии √ под пером комментатора романа превращается в философскую концепцию. Воланд, оказывается, есть воплощение стихии сомнения, отрицания, скептицизма, но, позвольте, по отношению к чему?..
В переосмыслении ролей обычного и фантастического, в обличении "мистичности" обыденной жизни с помощью "задумчивого гуманиста" √ сатаны √ и видит В.Лакшин пафос романа, насущность его для нас.
Что ж, каждый волен понимать любое произведение по-своему. Но беда-то в том, что это свое понимание критик приписывает автору романа!
М.Булгаков не все правильно понимал в советской действительности, но он не становился в позу пророка-обличителя, мечущего проклятия окружающей его действительности и отчаявшегося в торжестве справедливости. И уж, во всяком случае, он не согласился бы, чтобы его сделали знаменем нонконформизма".
Действующие лица и исполнители
Липатов В.
Деревенский детектив. Книга об участковом уполномоченном Федоре Анискине. √ М."Скажем сразу: способность липатовской прозы побуждать критику к пространным дискуссиям представляется нам несколько загадочной, так как сам писатель, кажется, больше склонен к бесспорности и неоспоримости┘
Анискинское поведение не требует от читателя умственного соучастия и мыслительных затрат. Мы должны на слово верить тому, что он все помнит, все знает, все примечает: и какого числа недодала деревенская продавщица трех копеек покупателю, и насколько понизился заработок тракториста в первый, второй и третий год неудачного брака, и с которой бабой согрешил райкомовский уполномоченный, - верить и вполне пассивно восхищаться изумительной памятливостью кедровского старожила, позволяющей ему распутать любой клубок происшествий. При этом девять десятых чисто "детективного" интереса к развороту событий, разумеется, пропадают. Но ведь "с другой стороны" и Липатов пишет не детектив, а философско-психологическую прозу. Всезнание Анискина √ это знак его почвенности, укорененности. Он, так сказать, "коллективная память" родной деревни. При таком символическом обороте дела как-то неловко, почти кощунственно требовать от Липатова легкомысленной детективной занимательности. Претензии к писателю и на сей раз отпадают сами собой.
Анискин √ идеальный патрон Кедровки, некто вроде старейшины или племенного вождя. Уже писалось о том, что он сам закон, и толкователь закона, и исполнитель оного┘
Произведения такого рода без напряжения читаются, многоречиво обсуждаются (чему способствует безобидно-дразнящее сочетание "актуальности" с обтекаемостью) и легко забываются". (И.Роднянская, К спорам вокруг Анискина. "Новый мир", #12).
Рыцари и еще 57 историй. √ М."Стало уже традицией √ и в последние годы ей отдают немалую дань очень разные писатели, пишущие на разных языках, - изображать ту стену непонимания, которая разделяет непосредственное, цельное, доверчивое мировосприятие ребенка и обремененный житейскими условностями и прозаическими заботами взгляд на мир взрослого человека. Эта коллизия, реально существующая, чаще всего служит художникам источником глубоких драматических конфликтов. У Сент-Экзюпери она истолковывалась даже трагически, приобретая значение горькой философии жизни.
Но возникающие расхождения и конфликты между логикой маленьких и больших, между причудливыми ребячьими представлениями и трезвым рационализмом взрослых могут носить и комический характер. Именно такова природа юмора В.Драгунского. Этот конфликт может оставаться под спудом или выходить на поверхность, но присутствует он в рассказах писателя неизменно. И внутреннюю пружину, главный "секрет" смешного у В.Драгунского надо искать здесь". (Л.Лазарев, Не только для детей... "Новый мир", #5).
Деньги для Марии. Повесть и рассказы. √ М."Деньги для Марии" √ так, несколько интригующе, назвал свою первую повесть молодой сибирский писатель Валентин Распутин┘
В.Распутина┘ интересует не столько социально-экономическая сторона деревенской жизни, сколько ее нравственная атмосфера, мир тех отношений и связей между людьми, которые образуют непосредственное наполнение повседневной жизни людей, их общения, их привязанностей, их представлений о нравственных требованиях человеческого общежития. В этом отношении он ближе к таким писателям, как В.Белов , В.Лихоносов, Ю.Казаков, но в отличие от некоторых представителей так называемой "новой волны" деревенской литературы, размывающих порой резкие и грубые контуры деревенской реальности в эмоциональной дымке "лирической прозы", В.Распутин тяготеет к крепкому и трезвому реалистическому рисунку. Так, бесспорно, одна из сильных сторон повести √ ее портретная живопись, очерки характеров┘ деревенских жителей┘ Точные, уместно поданные подробности обстановки, одежды, внешности персонажа, характерные бытовые сцены, ┘живой, натуральный склад их речи √ все это позволяет В.Распутину на немногих страницах создать емкий, запоминающийся образ". (И.Виноградов, Чужая беда. "Новый мир", #7).
Живое дерево искусства. √ М."Проза Дороша сочетает в себе внимание к подробности (если пейзаж, то подчас с точностью до маленького жесткого листика брусники) и философское понимание жизни.
Время √ вот неизменный герой этого писателя. Единовременное ощущение настоящего, прошлого и будущего лежит в основе всего, что он пишет. Этим сложным ощущением пронизана и объединена его новая книга". (О.Чайковская. "Новый мир", #3).
Военные повести. √ М."В каждой из "Военных повестей" Григория Бакланова есть несколько героев-офицеров, любому из которых генерал Щербатов мог с не меньшим основанием сказать в июле сорок первого года: "Достойнее тебя оставить мне было некого". Главная заслуга книги в том и состоит, что Бакланову удалось в сумме будничных, проходных эпизодов войны показать и доказать, какой силой, какой мужественной красотой обладали эти на фронте раскрывшиеся люди, ничем не выдающиеся и не примечательные в обычной жизни. Доказать галереей своих однополчан: имя этой силе √ легион!" (В.Соколов, Горизонты правды. "Новый мир", #4).
Улитка на склоне. Фантастическая повесть. Ч.1., "Эллинский секрет". √ Л., 1966. Ч.2., "Байкал", ##1, 2, 1968."Это произведение, названное фантастической повестью, является не чем иным, как пасквилем на нашу действительность┘ Авторы не говорят, в какой стране происходит действие, не говорят, какую формацию имеет описываемое ими общество. Но по всему строю повествования, по тем событиям и рассуждениям, которые имеются в повести, отчетливо видно, кого они подразумевают". (В.Александров. "Правда Бурятии", 19 мая 1968).
"Да, "закономерности не бывают плохими или хорошими, они вне морали", история сама по себе не имеет цели. Но вот люди, которые "делают историю", - не вне морали, и они имеют цель. Важно, чтобы цель была правильная. Но ведь даже и в том случае, когда цель избрана правильно, бывает, случаются и разного рода отклонения от пути к этой правде, бывают искажения на этом пути. Бывают? Бывают. И тогда важно, чтобы эти уклонения и искажения не заслоняли бы собой и путь к цели, и самую цель.
Новая повесть Стругацких вызвана к жизни этой заботой. Не праздной. Ибо существуют, как видно, различные, порой противоположные, представления о том, что же следует считать нормой, нормальным ходом жизни, а что √ отклонением от нормы. Для героев новой повести Стругацких, скажем, действительность, окружающая их, - фантастически ненормальна. Но встречаются, оказывается, и такие еще представления о жизни, согласно которым ненормально как раз подобное отношение к изображаемой в повести фантастической действительности! Фантастика провозглашается реальностью, нормальная жизнь подменяется нормативной фантастикой. Обстоятельства, которые, согласно Стругацким, не имеют права на развитие, противоестественны, - эти самые обстоятельства вдруг ни с того ни с сего прочно прописываются не где-нибудь, а в нашем социалистическом обществе, объявляются чуть ли не характеристическими для него!" (А.Лебедев, Реалистическая фантастика и фантастическая реальность. "Новый мир", #11).
Панкратов Ю.
Светлояр. Книга лирики. √ М."Те стихотворцы и их поклонники, которые считают двигателем поэзии формальный изыск, постепенно свели понятие формы до понятия техники. Достоинство стихотворения стало измеряться изобретательностью рифмы и количеством броских аллитераций. Поэзию стали путать с версификаторской виртуозностью...
В ...[книге] немало строк, старательно аллитерированных, снабженных так называемыми... "корневыми рифмами" √ всем, чем полагается. Таковы, например, стихи о барсе, которые везут в клетке через озеро:
У барса зрачки дерзновенны
и метки,
как взор Пугачева,
сидящего в клетке.
Как пьяный,
ночной,
обезумевший бар,
качается в ярости
раненый барс.
Это озадачивает.
Попробуем даже опустить вопрос о тактичности сравнения барса, которого везут в зоопарк, с Пугачевым , которого везут на эшафот. Но как же это √ трагическое! √ сравнение спокойно соединено со следующим? Что общего у пугачевского страдания с пьяной гулянкой, с кабаком, котороый тут же, в другом стихотворении той же книги живописуется следующим изящным манером: "а в туалете рвет ее у крана и пипафаксом губы трет она"?
Но дальше про барса:
И зверь выгребает,
шатаясь,
на берег
седой,
красномордый
и пьяный, как Беринг.
По правде сказать, я не настолько накоротке с морской историей, чтобы знать, был ли Витус Беринг "красномордым" и славился ли он пристрастием к спиртному. Мне он вообще почему-то запомнился иными своими качествами. И, наверное, не мне одному.
Откуда же эта фамильярность? Откуда кричащая разнородность ассоциаций? Где авторский слух? Где зрение? Где вкус?..
Для Панкратова содержания этих ассоциаций √ с Пугачевым ли, с барсом ли √ попросту не существует. Это мы, доверчивые читатели, жаждем сопереживать. А сопереживать не с чем: нет переживания.
За этими сравнениями √ ни трагедии, ни комедии, ни горя, ни веселья. Стихи сработаны на холодной технике, на элементарном подбирании рифм к слову "барс" вплоть до "Брамса" и "брасса" (представляете √ барс, плывущий брассом?).
Это кажется Юрию Панкратову поэзией...
Не знаю, как прежде, а теперь этот "миндальный торт", разукрашенный, как розанчиками, модными рифмами, уже не разгневает любителей банального. А тем, кто традицию предпочитает банальности, - тем давно приелась эта приторность, к тому же синтетическая. Хочется честного хлеба". (Ст.Рассадин, "Своих стихов миндальный торт". "Новый мир", #4).
Другие произведения
Агеев Н.
Мой человек. Стихотворения. √ Л.
Азаров В.
У нас на Балтике. Очерки. √ М.
Алексин А.
"Ты меня слышишь?" Повести и рассказы. √ М.
Мой брат играет на кларнете. Повести и рассказы. √ М.
Анчаров М.
Сода-солнце . √ Голубая жилка Афродиты . √ Поводырь крокодила . Фантастическая трилогия. - М.
Ардаматский В.
Возмездие. Повесть. √ М.
Асадов Э.
Моя звезда. Лирика. √ М.
Асанов Н.
Катастрофа отменяется. Повести. √ М.
Астафьев В.
Ясным ли днем. Рассказы. √ М.
Конь с розовой гривой. Рассказы. √ Воронеж.
Последний поклон. Повесть. √ Пермь.
Синие сумерки. Рассказы. √ М.
Бакланов Г.
Карпухин. Повести и рассказы. √ М.
Барто А.
Позорное пятно. Стихи. √ М.
Безыменский А.
Стихи о войнах. √ М.
Бек А.
Почтовая проза. Письма, дневники, встречи, заметки, наблюдения. √ М.
Белов В.
За тремя волоками. Повести и рассказы. √ М.
Плотницкие рассказы . √ "Новый мир", #7.
Берестов В.
Государыня пустыня. Повести и рассказы. √ М.
Битов А.
Путешествие к другу детства. √ Л.
Аптекарский остров. Рассказы. √ Л.
Боков В.
Алевтина. Новая книга стихов. √ М.
Свирь. Поэма и стихи. √ М.
Борщаговский А.
Ноев ковчег. Рассказы. √ М.
Браун Н. Л.
Гимн одержимым. Стихи. 1965-1966. √ Л.
Ваншенкин К.
Опыт. Лирика. √ М.
Васильев С.
Нет мне покоя. Стихи. √ М.
Винокуров Е.
Сережка сМалой Бронной. Стихи. √ М.
Зрелища. Стихи. √ М.
Воронин С.
Времена жизни. Рассказы. √ М.
Голявкин В.
Ты приходи к нам, приходи. Повести. √ Л.
Горбовский Г.
Тишина. Четвертая книга стихов. √ Л.
Грибачев Н.
И ветер с четырех сторон... Стихи. √ М.
Белый ангел в поле. Повесть. √ М.
Звездное тяготение. Повесть. √ М.
Долматовский Е.
Девушка в белом. Книга стихов. √ М.
Драгунский В.
Сила искусства. Эстрадные миниатюры. √ М.
Поют колеса тра-та-та... Рассказы. √ М.
Друнина Ю.
Ты вернешься. Новые стихи. √ М.
Друскин Л.
Стихи. √ М.
Дудин М.
Цикламены на цоколе. √ М.
На краю света. Стихи. √ Л.
Дороги жизни. Стихи. √ Л.
Елисеев Е.
Заря-заряница. Стихи. √ М.
Еремин Д.
Дары мира. Стихи. √ М.
Жариков Л.
Все ушли на фронт. Рассказы. √ М.
Жигулин А.
После боя. Лирика. √ М.
Жирмунская Т.
Забота. Вторая книга. (Лирические стихи). Илл. О.Я.Рабин . √ М.
Захаров М.
Смешно и несмешно. Рассказы, эстрадные монологи, миниатюры, басни. √ М.
Звягинцева В.
Исповедь. Стихи. √ М.
Злобин С.
По обрывистому пути. Роман. √ М.
Зубавин Б.
Почтальон и король. Рассказы. √ М.
Инбер В.
Страницы дней перебирая... Из дневников и записных книжек. 1924-1965. √ М.
Почти три года. Ленинградский дневник. √ М.
Каверин В.
Школьный спектакль. Повесть. √ "Новый мир", #12.
Калинин А.
Гремите, колокола! Повесть. √ М.
Гранатовый сок. Очерки, рассказы. √ М.
Клебанов С.
Тайна моего города. Документальные новеллы. √ М.
Кобзев И.
Золотая Москва. Новые стихи. √ М.
Радонежье. Новые стихи. √ М.
Котов В.
Зеленая ветка. Книга лирики. √ М.
Пульс времени. Стихи. √ М.
Кочетов В.
Угол падения. Роман. √ М.
Липатов В.
Самолетный кочегар. Рассказы. √ М.
Лисянский М.
Такое время. Стихи. √ М.
Лифшиц В.
Назначенный день. Стихи. √ М.
Матусовский М.
Тень человека. Книга стихотворений о Херосиме, о ее борьбе и ее страданиях, о ее людях и о ее камнях. √ М.
Межиров А.
Подкова. Книга стихов. √ М.
Лебяжий переулок. Стихи. √ М.
Михайлов Б.
Родник. Стихи. √ М.
Михалков С.
Разные разности. Новеллы, фельетоны, стихи, басни, шутки, эпиграммы и прочее. √ М.
Найдич М.
Постоянство. Лирика. √ Свердловск.
Наровчатов С.
Через войну. Стихи. √ М.
Зеленые дворы. Стихи. √ М.
Николаевская Е.
Числа. Стихи. √ М.
Панова В.
Поговорим о странностях любви... Пьесы. √ Л.
Первенцев А.
Остров надежды. Рассказы. √ М.
Пикуль В.
Из тупика. Роман-хроника. √ Л.
Поперечный А.
Девятый круг. Стихи, баллады, поэмы. √ М.
Приставкин А.
Голубка. Роман. √ М.
Сибирские повести. √ Новосибирск.
Радимов П.
Стихи пешехода. √ М.
Рождественский Р.
Сны Веры. Новая книга стихов. √ М.
Рощин М.
С утра до ночи. Повести и рассказы. √ М.
Рыленков Н.
Дорога уходит за околицу. Повесть. Рассказы. Очерки. √ М.
Сапгир Г.
Дореми. Стихи для детей. √ М.
Семушкин Т.
Угрюм-Север. Встречи, впечатления, рассказы. √ М.
Славин Л.
Предвестие истины. Рассказы. √ М.
Смеляков Я.
Новые стихотворения. √ М.
Молодые люди. Комсомольская поэма. √ М.
Товарищ комсомол. Стихи и поэмы. √ М.
Соболь М.
Песня о двух трубачах. Книга стихов. √ М.
Солоухин В.
Сорок звонких капелей. √ Осенние листья. √ М.
Тендряков В.
Поденка √ век короткий. Повесть. √ М.
Трифонов Ю.
Жар-птица. Стихи для детей. √ Свердловск.
Френкель И.
Я найду тебя. Стихи и песни. √ М.
Хармс Д.
Что это было? √ М.
Хаустов Л.
Год призыва 1941. Стихотворения и поэмы. √ Л.
Чивилихин В.
Над уровнем моря. Повесть. √ М.
Серебряные рельсы. Повести. √ Новосибирск.
Чичибабин Б.
Плывет "Аврора". Книга лирики. √ Харьков.
Шавырин Ю.
Талина. Стихи. √ М.
Шефнер В.
Запоздалый стрелок. Повести и рассказы. √ Л.
Шукшин В.
Там, вдали. Рассказы, повесть. √ М.
Миль пардон, мадам! Рассказ. √ "Новый мир", #11.
Щипачев С.
Звездочет. Поэма. √ М.
Яшин А.
Бессонница. Лирика. √ М.