Павел Черноморский. Et altera pars. Выпуск второй

Et altera pars. Выпуск второй
До и после

Павел Черноморский

Дата публикации: 11 Октября 2001

Предыдущий выпуск √ здесь .

П риводимые ниже мнения не являются типичными. Если судить в целом по европейской и американской прессе, сейчас Америка и Германия любят Россию значительно сильнее, чем до американских терактов. Бжезинский действительно рассматривал возможность членства России в НАТО - но лишь как весьма отдаленную перспективу. Тем интереснее звучат слова "ястреба" Макнамары, сказанные еще до того, как террористы перевернули весь мир кверху тормашками. Русофобия Фогеля - на фоне повального (в последние дни) увлечения немцев Путиным - также выглядит весьма любопытно.

Welt am Sontag. Robert McNamara: ⌠Soll Russland in die NATO?■

Так случилось, что в России общественное мнение рисует Роберта Макнамару железным рыцарем холодной войны, персонажем с карикатур художника Ефимова. Действительно, мы помним Макнамару как шефа Пентагона при Кеннеди и Линдоне Джонсоне, для нас он - многолетний идеолог Вьетнамской войны, а до того - ближайший конфидент JFK в дни карибского кризиса. На самом деле, Макнамара никогда не был типичным выкормышем Вест-Пойнта, пентагоновским ястребом в прямом смысле этого слова.

Макнамара был кризисным менеджером, технологом, разработчиком концептов и оптимальных решений, политиком нового типа. В Министерство обороны он пришел из возрожденной им по сути дела Ford Motors Company. После отставки с поста министра обороны в 1967 году (за внезапные капитулянтские настроения по поводу Вьетнама) Макнамара стал главой Всемирного Банка.

Он постоянно изобретал что-то новое. Так, в военном ведомстве Роберт Макнамара произвел настоящую революцию. Вместо эйзенхауэровской концепции "неограниченного возмездия", ядерного смерча, обрушенного на советские города, он выдвинул идею "гибкого ответа" и стал настаивать на ужесточении борьбы против красной заразы на "малых театрах". Министр при президенте-демократе, Макнамара выдвинул тезис, умело воспринятый позже несколькими республиканскими администрациями: бить не по Москве, а по Гаване, Сайгону, Анголе, Никарагуа. Сражаться имеет смысл не с колоссом, а с сателлитами.

В интервью, данном за десять дней до нью-йоркских терактов изданию Welt am Sonntag, Макнамара опять, согласно своему амплуа, показал себя оригинально мыслящим господином. Повод для интервью - недавно выпущенная издательством Public Affairs книга "Wilson's Ghost - reducing the Risk of Conflict, Killing and Catastrophe in the 21st century", в которой Макнамара подробно изложил свой геополитический прогноз на двадцать первое столетие, говоря практически обо всем - от глобализации до ядерного оружия.

Согласно Макнамаре, нужно принять ряд мер. Во-первых, России и Китаю, судя по всему, уже не место среди постоянных членов Совета Безопасности ООН. Право "вето", имеющееся у этих стран, только вредит мировой стабильности. Германия, напротив, должна в Совет Безопасности войти. Вооруженные силы ООН должны быть радикально усилены, а решение об их применении нужно принимать, после того как "за" проголосуют 75% стран членов ООН.

Между тем, Россию вполне возможно принять в НАТО, поскольку старая схема "когда боеголовки смотрят друг на друга" более не актуальна. Вообще, с ядерным оружием нужно постепенно расставаться, "ядерный шантаж во всех его формах", считает Макнамара, изначально и объективно непродуктивная тактика. Лучшим доказательством абсурдности такого поведения был Карибский кризис, когда две супердержавы чуть не загнали себя "играми в ракетки" на край ядреной пропасти.

Примечательно, что раньше Роберт Макнамара резко критиковал агрессивную тактику расширения НАТО на Восток и выступал против принятия в военный блок стран Балтии. Сейчас он (напомним, что интервью бралось до событий 11 сентября) за вступление России в НАТО. Здесь все, в принципе, вполне прозрачно. Тактика "шаг за шагом к границам России" лишь провоцировала бы страхи в Москве и витки ядерного наращивания, другое дело - "ход конем": предложить вход в НАТО самой России, вытеснить ее за пределы Совета безопасности ООН и свести, таким образом, недавнего противника номер один на роль фактического сателлита. В принципе, здесь нет ничего плохого, место России - в Европе.

Кстати, замечает в заключение Макнамара, самой Америке нужно перестроиться. Хватит действовать тупой и прямой силой, пользуясь тем, что Америка просто мощнее всех. Нужно обращать внимание на то, что думают другие страны - не в целом по мировому контексту, а по поводу конкретных действий Америки в рамках этого контекста. Во Вьетнаме мы действовали в психологическом одиночестве, мир нас не поддерживал. Сила у нас тогда, несомненно, была, однако, мы проиграли, вспоминает Макнамара. Нужно быть хитрее и вежливее, и эта хитрость будет гарантом силы. Колосс с дубиной лишь пугает врага и заставляет его ощетиниваться, но, как известно, у колоссов часто глиняные ноги.

Wirtschafts Woche. Heinrich Vogel: "Putin ist nicht so stark, wie er sich darstellt"

Директор федерального Института восточноевропейских исследований в Кельне Генрих Фогель дал на минувшей неделе развернутое интервью германскому аналогу журнала Economist, еженедельнику Wirtschafts Woche. В отличие от Роберта Макнамары профессор Фогель считает, что России в НАТО в принципе делать нечего. Россия все еще не Европа. Русские идеалы сейчас все как один из девятнадцатого века, и в то время как Европа функционирует по законам постиндустриального общества, русские элиты ведут себя как герои Толстого и Чехова.

Между тем, у русских есть президент Путин, который всеми силами пытается интегрировать Россию в Европу. "Путин повесил в своем кабинете портрет Петра Первого", - говорит Фогель. В Кремле появился Петр. Понятно, что, говоря о Путине, Фогель суммирует несколько векторов, оказывающих давление на власть. На Кремль влияет сразу несколько кланов, большинство из которых (тут Фогель упоминает и старую ельцинскую семью, и лояльных олигархов, и питерских спецслужбистов, и "академических либералов" типа Грефа) ориентируются "именно на Европу, а не на США или Китай".

Почему не Америка? Фогель считает, что здесь играет роль старая обида. В августе 1998 года вслед за крахом рубля рухнула и вера русских в США как первого партнера, помощника, спонсора и советника. МВФ и Белый Дом отвернулись от Москвы, русские почувствовали себя брошенными. Тогда-то Россия, согласно Фогелю, и решила отказаться от неолиберальных американских принципов и обратилась к европейской "мягкой" модели.