Оригинал материала
Егор Отрощенко. Век=текст, выпуск 84: 1984
Егор Отрощенко
Дата публикации: 26 Февраля 2002
Стихотворение года
А.Магарику
Что-нибудь о тюрьме и разлуке,
Со слезою и пеной у рта.
Кострома ли, Великие Луки -
Но в застолье в чести Воркута.
Это песни о том, как по справке
Сын седым воротился домой.
Пил у Нинки и плакал у Клавки -
Ах ты, Господи Боже ты мой!Наша станция, как на ладони.
Шепелявит свое водосток.
О разлуке поют на перроне.
Хулиганов везут на восток.
День-деньской колесят по отчизне
Люди, хлеб, стратегический груз.
Что-нибудь о загубленной жизни -
У меня невзыскательный вкус.Выйди осенью в чистое поле,
Ветром родины лоб остуди.
Жаркой розой глоток алкоголя
Разворачивается в груди.
Кружит ночь из семейства вороньих.
Расстояния свищут в кулак.
Для отечества нет посторонних,
Нет, и все тут - и дышится так,Будто пасмурным утром проснулся -
Загремели, баланду внесли, -
От дурацких надежд отмахнулся,
И в исподнем ведут, а вдали -
Пруд, покрытый гусиною кожей,
Семафор через силу горит,
Сеет дождь, и небритый прохожий
Сам с собой на ходу говорит.
События
На страницах "Литературной газеты" разворачивается полемика по поводу выступления в печати поэтов метаметафористов Жданова , Парщикова и Еременко .
"Затишье в нашей молодой поэзии, кажется, подходит к концу.
Вполне понятно, что издательские шлагбаумы по-прежнему с преимущественной оперативностью поднимается перед чем-либо простеньким-смиренненьким, беззатейным┘
Но время шло. Поток стихотворной продукции, которую кто-то из критиков тут же поименовал "нонконформистской", не скудел, экстравагантные стихи мало-помалу перекочевывали с эстрады в печать, и некоторые, по крайней мере имена "самых новых" поэтов, оказались на слуху у довольно широкого круга стихолюбов.
Ну вот, например, имя Ивана Жданова. Он первым среди своей плеяды поэтов подавил сопротивление книгоиздателей┘
Начинающих ┘стихотворцев и начинающих стихолюбов, соблазненных "р-р-революционной" смелостью "самых новых" нынешних поэтов, можно укорить в незнании как литературной были - худо-бедно, но в запасниках нашей поэтической культуры есть стихи и Хлебникова , и " заумников ", и обэриутов , и раннего Пастернака , и позднего Мандельштама ! - так и литературной яви: творчество Виктора Сосноры , пробы Сергея Бобкова, Александра Ткаченко , Юрия Минералова, Светлана Семененко, начавших значительно раньше и независимо от И.Жданова "со товарищи", хоть и не выходили в последние десятилетия на авансцену литературной жизни, но все ж таки известны квалифицированным читателям.
Так что: все уже было, значит, в русской поэзии? Конечно, было, и странно, что приходится напоминать об этом весьма и весьма опытным знатокам.
Например, М.Эпштейну , увидевшему в предельном уплотнении "вещественной субстанции образа" у И.Жданова, А.Парщикова, А.Еременко, А.Волохова прямейшую через голову Пушкина и чуть ли не всего XIX-XX века - перекличку аж с Державиным .
Или К.Кедрову , сопроводившему публикацию поэмы А.Парщикова "Новогодние строчки" ("Литературная учеба", #1, 1984) великолепными рассуждениями про "зрение человека вселенной", про парщиковскую "метаметафору" ┘ "глаз ваш, - так по крайней мере уверяет опытный критик, - увидит в тысячу раз больше, чем видел ранее", то есть в допарщиковскую эру, эру "просто" метафоры┘
Вот вам вопрос одной фразой: почему маятник эстетических предпочтений так резко качнулся для некоторых, по крайней мере, поэтов и некоторых, по крайней мере, ценителей в сторону поэзии как эксперимента, поэзии как антипода обычной, общеупотребительной и общепонятной речи.
Вот и ответ, точнее, один из близких к истине ответов: потому, что этот маятник слишком долго находился, как бы зависнув в прямо противоположной точке амплитуды┘
Перечитав "Портрет" И.Жданова, первые подборки А.Еременко и А.Парщикова, выбрав наиболее экстравагантные стихи в "Дне поэзии - 1983", мы увидим, что при всем различии пафосов и манер, при всей несходности традиций, к которым они примыкают, объединяющим началом является всюду начало непонятности, "недоходчивости", возведенной в ранг краеугольного творческого принципа". ( С.Чупринин , Что за сложностью? "Литературная газета", #29).
"Недоверие к сложности мешает правильно прочесть и так называемые простые стихи. Однобокое предпочтение, отдаваемое "понятности", напоминает позицию тех читателей, которые в " Войне и мире " охотно читают про "мир", а про "войну" пропускают. "Простота и сложность" - вот формула поэзии, причем главное слово здесь "и", этот союз, эта связь. И сегодня читатель, понимающий внутреннюю логику парадоксов и гипербол Вознесенского , ориентирующийся в своевольном словаре Сосноры, - именно этот читатель, думаю, способен прочесть в обманчивой простоте глубину лирической тайнописи Жигулина или смысловые изгибы открытой речи Самойлова .
Верно говорит А.Межиров : не надо пытаться быть сложнее себя. Однако и проще самой себя поэзия быть не может. "На вершинах поэзии метафор почти нет", - пишет А.Межиров. Но выражение "вершина поэзии" - тоже метафора, а, скажем, строка " Буря мглою небо кроет " - это как минимум четыре метафоры, иначе это был бы не пушкинский стих, а сообщение синоптиков┘
Жданов, Еременко, Парщиков трудны потому, что они трудятся. Стремятся разобраться в том, что происходит вокруг. Для этого каждому из них приходится разбирать мир готовых предметов и представлений, чтобы затем собрать его заново и по-своему. Мы застали их на середине нелегкой работы, которую в новом поколении поэтов кто-то должен взять на себя". ( Вл.Новиков , Необходимые крайности. "Литературная газета", #49).
Вышли в свет книги:
Борхес Х.Л.
Юг. Рассказы. Пер с исп. и сост. М.Былинкиной. Предисл. И.Тертерян. - М.
Проза разных лет. Сост. и предисл. И.Тертерян. - М.
Кортасар Х.
Непрерывность парков. Рассказы. - М.
21 февраля умер М.А.Шолохов .
3 августа в Москве умер В.Ф.Тендряков .
Умер В.Шкловский .
"Говорят, что у книг, как у людей, свои судьбы.
Этот афоризм, как и многие другие, неправилен. Это неправильно потому, что люди умирают, а книги живут еще долго после них. И часто новую жизнь обретают в пародиях ( Сервантес , Рабле ).
Книги уже научились быть бессмертными, а мы только учимся лечиться от старости.
Сказки часто кончаются тем, что герой бросается в кипящее молоко и вылезает оттуда молодым - как бы в новом своем "издании".
Люди этого делать не умеют". (В.Шкловский, Диалоги с прошлым. "Новый мир", #1).
Действующие лица и исполнители
Свидание с Бонапартом. Роман // "Дружба народов", 1983, ##7-9."┘Анализировать прозу Окуджавы с помощью привычного литературного словаря как-то скучно. Неприменим он к этой прозе, что ли? Или обманывать ожидания читателя входит в задачу автора?..
Хотя бы название. "Свидание с Бонапартом". Неужто роман о 1812 годе? Так ведь какие были предшественники! И вот отравленное воображение услужливо подсказывает картинки: Бородинское сражение, подводы с ранеными, Наполеон на коне, пожар Москвы. Но автор от ожидаемого читателем состязания уклоняется, делает пируэт и предлагает познакомиться с заметками из частной жизни генерала Опочинина, отставного командира московского мушкетного полка, ныне живущего помещиком в своих родовых Липеньках┘
Есть немало литературных произведений, сделанных по всем правилам, замечательно продуманных, тонко распланированных. Разбирать их одно удовольствие - всегда можно дать и себе, и читателю полный отчет в искусстве автора┘
Роман "Свидание с Бонапартом" так не разберешь. То какой-то посторонний мотив исказил мелодию, то вовсе все пошло не по правилам. Есть что-то непрофессиональное в романе Булата Окуджавы (да простится мне это слово). Так непрофессиональны его песни. Какая-то нерасчетливость, стихийность, раскованность. Смешение стилей. Отсутствие правил. Вместо "отражения" мира - его романтическое преображение, пересоздание. И есть живая органичность и внутренне присущее писателю чувство меры, что и позволяет сплавлять несоединимое, что подправляет (или направляет) безудержный полет фантазии┘
Представить себе, что современный романист берет вот так образ из прошлого и начинает безудержно фантазировать? Да его заклюют блюстители "исторической достоверности"! Я не к тому, что, мол, плевать на достоверность. Да сколько могу судить, никаких грехов против истории в романе и нет. Просто, по-моему, проза Булата Окуджавы не является исторической прозой, "историческим жанром" - и судить ее надо по иным законам.
"Мои исторические фантазии" - оговорился он как-то в одном интервью, хотя спрашивали все больше об "историческом жанре".
Исторические фантазии.
Неплохое жанровое определение.
Можно и принять". ( А.Латынина , Да, исторические фантазии! "Литературная газета", #1).
"Уже самим заглавием повести В.Каверина "Загадка" задается необходимость разрешать жизненные противоречия. Всегда чувствовал: тайна сопутствует истинно эстетическому, глубинному. Умом постигаю всю логическую завершенность формы и "просчитанную" недосказанность". Эта повесть, говоря словами самого Каверина, дом, в котором много комнат, и двери каждой распахнуты настежь┘
Нравственная сила педагогики Каверина состоит в том, что она, являясь "педагогикой борьбы" ( Макаренко ), выступает против любых проявлений формализма и невежества, ратует за то, чтобы действия учащихся и учителей были согреты теплом человечности, отвечали бы высоким требованиям духовной культуры.
И еще: Каверин обострил и по-новому поставил проблему педагогического, если можно так сказать, жанра┘
Острая, глубинная педагогическая проза - это ключ к решению школьных реформ, это метод привнесения в школу, в семью духовной культуры, без которой не может быть нравственных и социальных преобразований". (Ю.Азаров, Двери распахнуты настежь. "Литературная газета", #15).
Лад. Очерки о народной эстетике. - М., 1982.Избранные произведения. В 3-х тт. - М., 1984.
"Белову удалось решить весьма сложную задачу - создать образ народной жизни с ее эстетикой, этикой, философией. Они, как и красота, которая, по словам писателя, "находилась в растворенном, а не кристаллическом┘ состоянии", растворены в потоке жизни и не существовали в виде осознанных установок. Найти решение в этих условиях автору удалось, конечно, не только потому, что он имеет право сказать: в книге написано "лишь о том, что знаю, пережил или видел сам"┘ при чтении "Лада" возникает ощущение, словно само крестьянство через Белова и в его лице нашло возможность понять и выразить самое себя". (А.Петрик, Глубина крестьянской культуры. "Новый мир", #8).
Где сходилось небо с холмами. Повесть // "Новый мир", 1984, #1."По сути дела, в повести В.Маканина художественная правда подменена художественными приемами, и даже ее главный герой композитор Башилов - всего лишь художественная условность. Башилову "сильно за пятьдесят", в двадцать два года он заканчивает консерваторию, стало быть, в Москву он отправился что-нибудь в сорок пятом или сорок шестом году. Но обратите внимание на приметы времени: ехали в купированном вагоне, в Москве вдоволь мороженного и отменного пива, "пивная была с музыкой, с автоматом┘". А в это время в Москве, как и во всей стране, была карточная система и в купированных вагонах ездили разве что министры да генералы. Достоверные приметы конкретного исторического времени подменены сочинительством, острейшие проблемы времени сняты. И что самое поразительное - в повести ни один персонаж не воевал и вообще о войне не сказано ни полслова, она попросту вычеркнута из истории и из судеб людей. Люди (в повести. - Е.О.) умирали, сгорали, но ни один из них не погиб на войне. Метафора съела все проблемы, а заодно и историю народа, а притчевость исказила реальную жизнь наших современников". (А.Ланщиков, Намеки или метафоры? "Литературная газета", #23).
Проза в стихах. Новая книга. - М."Он, Александр Межиров, действительно очень разный в своей новой книге. Он думает по-разному - и так и этак, и что "добро унижает" и что спасение человечества в одном лишь инстинктивном тяготении к добру. Он "зол" как никто, быть может, из современных лириков (высокий уровень прозы в сборнике в этом смысле обеспечивается отнюдь не прозаизмами, а обилием раздраженно-конкретных выпадов против конкретных лиц, так что грядущие историки литературного быта последней трети ХХ века найдут здесь немалый материал для своих "реальных комментариев"). И он же удивительно всепрощающ или по меньшей мере всепонимающ. Он, как и подобает мастеру, высоко ценит культуру, и он же (что твой Юрий Кузнецов с его одами варварству!) гроша ломаного не даст за "свет последней стадии склероза дармовой культуры мировой"┘
Осознанная выделенность из потока жизни дает поэту-философу отличную точку обзора, но она же и обезволивает, лишает права вторгаться своим словом в жизненный процесс, вести прямой разговор с окружающими, то есть с читателями. И характерно, что книга "Проза в стихах" структурно и сюжетно организована как вереница лаконичных, непроясненных по своему непосредственному смыслу, а порою как бы даже и бессвязных "реплик в сторону". Причем кажется, что, высказываясь по случайным поводам, поэт сплошь да рядом упускает и соединительные звенья собственной мысли, и возможность рельефно обозначить существенные, определяющие моменты своего кредо┘
Рискну предположить, что именно эта автономность более нежели что-либо другое объясняет переход Межирова в "теневую зону" литературного процесса последних полутора десятилетий. Эпатирующая "амбивалентность", взаимоисключаемость высказываемых Межировым суждений могла вызвать лишь замешательство у тех поэтов-современников и читателей-современников, кто в художественном произведении превыше всего ценит нагую прямоту и линейную последовательность авторской мысли". (С.Чупринин, Равновесие сил. "Новый мир", #3).
Песнь лунная. Стихи. - Л., 1983.Стихи // "День поэзии 1983" - М., 1983.
"Отрывистая, резкая речь. Непривычные принципы сочетания мыслей и слов. Образы-парадоксы, соединяющие большое и малое, древнейшее и сегодняшнее. Гулко-тревожное ритмическое движение, не допускающее мелодической плавности.
Стихи Виктора Сосноры не сулят легкого чтения. Но кто сказал, что священная обязанность трудиться не распространяется на читателя поэзии? Вообще, стихи могут быть более или менее доходчивыми, но если бы не было "трудных" поэтов, то, боюсь, поэзия в целом могла бы утратить силу воздействия на читателей┘
Соснора - из тех поэтов, которые штурмуют космос слова, работают на крайних пределах обновления поэтического языка. И труд этот, кстати говоря, отнюдь не всегда связан с громогласными эффектами и успехами┘
Нравственный максимализм поэзии воплощается не только в отточенных и запоминающихся афоризмах. Он может быть претворен во всем смысловом, образном, ритмическом строе стиха. Именно таким путем идет Виктор Соснора, реализуя свои максималистские установки в кристаллической твердости стихового мира: "┘да будем мы ┘ тверды, как ты, Земля!", - идет, не давая читателю отдыха и расслабления, требуя от него постоянной самодисциплины и целеустремленности". (Вл.Новиков, Труд слова. "Новый мир", #4).
Жизнь человека. Лирика. Баллады. Поэма. - М."Оружие Ваншенкина - лаконизм. В его стихах часто нет подчеркнуто героического материала, нет акцентации на внешне поэтическом начале в характерах и ситуациях, но есть поэтическая интонация, щемяще печальная, внутренне грустная. Есть прерывистое дыхание стиха, есть те эпитеты, которые создают атмосферу прощания. Есть люди, раздавленные пространством, и ты чувствуешь, как расстояние между ними все возрастает". (Е.Присовский, Мужество памяти. "Литературная газета", #42).
Свободный полет. Стихи. - М.Рожь. Книга стихов. - М.
"В┘ стихах Василия Казанцева поэт словно в самом деле выходит в открытый космос и принимает целиком на себя одного всю его безмерную тяжесть и протяженность. Он ставит перед собой цель как бы в первый раз, всецело заново испытать, пережить, преодолеть титаническое давление Вселенной и Истории. И именно это, в частности, делает его лучшие новые стихи большим событием в поэзии". ( В.Кожинов , Из сердца бьющий свет. "Литературная газета", #21).
Струги. Стихотворения и поэмы. - М., 1982."На свете странного немало┘" Так, кажется, пелось в одной довоенной песне. Во всяком случае, творческая судьба поэта и критика Леонарда Лавлинского весьма парадоксальна и стоит несколько особняком в текущем процессе современной поэзии┘
Сборник называется "Струги", и стихи в нем похожи на эти боевые казачьи лодки своей живописной затейливой резьбой, своим строгим предназначением и во многом географическим и этнографическим кругом тем и метафор┘
В основе поэтики Леонарда Лавлинского лежит знание. Знание географии эпохи и места действия. Знание примет времени и примет быта. Знание методов анализа и способов и приемов пейзажной и событийной живописи.
Отсюда та привлекателен и разнообразен формальный поиск автора". ( Вл.Костров , Смысла живая основа. "Новый мир", #2).
Другие произведения
Амлинский Вл.
Борька Никитин. Повесть. - М.
Бывший Машков переулок. Повести и рассказы. - М.
Алексин А.
Ночь перед свадьбой. Повесть и рассказы. - М.
Асадов Э.
Сражаюсь, верую, люблю! Стихотворения и поэмы. - М.
Астафьев В.
Рассказы. - М.
На далекой северной вершине. Повести. Рассказы. - Красноярск.
Бакланов Г.
Военные повести. - М.
Загадка простоты. Сборник статей. - М.
Ваншенкин К.
Родня. Лирика, баллады. - М.
Васильев Б.
Летят мои кони... Повести и рассказы. - М.
Виноградов И.
Холодное воскресенье. Повести, рассказы, этюды, миниатюры. - М.
Винокуров Е.
Космогония. Стихи. - М.
Аргументы. - М.
Вознесенский А.
Иверский свет. Стихи и поэмы. - Тбилиси.
Горбовский Г.
Первые проталины. Повести. - Л.
Гордин Я.
Три войны Бенито Хуареса. Повесть. - М.
Городницкий А.
Берег. Стихи. - М.
Друнина Ю.
Солнце - на лето. Стихи. - М.
Дугин Л.
Северная столица. Роман. - М.
Дудин М.
Три круга. Книга новых стихотворений. - М.
Елисеев Е.
Безымянная. Книга стихов. - М.
Жигулин А.
Стихотворения. - М.
Залыгин С.
После бури. Роман. - М.
Санный путь. Повести и рассказы. - Л.
Золотусский И.
Очная ставка с памятью. - М.
Каверин В.
Верлиока. Сказочная повесть. - М.
Летящий почерк. Повесть // "Новый мир", #9.
Карелин Л.
Землетрясение. Роман. Головокружение. Повесть. - М.
Катаев В.
Юношеский роман. - М.
Ким А.
Белка. Роман-сказка. - М.
Коротич В.
Лицо ненависти. Роман в письмах. - М.
Кузаков Н.
Красная Волчица. Роман. - М.
Куклин Л.
Операция "Снег". Рассказы. - Л.
Кушнер А.
Таврический сад. Седьмая книга. - Л.
Лисянский М.
Сигнальный огонь. Новая книга стихотворений. - М.
Маканин Вл.
Место под солнцем. Рассказы. - М.
Манн Ю.
В кружке Станкевича. Историко-литературный очерк. - М.
В поисках живой души. "Мертвые души": писатель - критика - читатель. - М.
Медынский Г.
Ступени жизни. Лирико-публицистическое повествование. - М.
Межиров А.
Теснина. Из грузинской поэзии. Переводы. Лирика разных лет. - Тбилиси.
Могутин Ю.
Жар под пеплом. Стихи. - М.
Нагибин Ю.
Дорожное происшествие. Повести. - М.
Не чужое ремесло. - М.
Река Гераклита. Рассказы и повести. - М.
Перекур. Повесть. - М.
Немченко Г.
Возвращение души. Роман. Повесть. - М.
Окуджава Б.
Стихотворения. - М.
Островой С.
...а песня ходить на войну. Лирика. - М.
Ошанин Л.
Лирика, баллады, песни. - М.
Паперный З.
Единое слово. Статьи и воспоминания. - М.
Проскурин П.
Черные птицы. Повести. - М.
Горькие травы. Роман. Шестая ночь. Повесть. - М.
Пьецух В.
Алфавит. Повести и рассказы. - М.
Рассадин Ст.
Спутники. Очерки. - М.
Рождественский Р.
Стихи. Баллады. Песни. - М.
Землю спасти. Стихи. - М.
Рощин М.
Спешите делать добро. Пьесы. - М.
Слуцкий Б.
Стихи разных лет. - М.
Соболь М.
Напоминание. Книга стихов и прозы. - М.
Солоухин Вл.
Созерцание чуда. - М.
Бедствие с голубями. Рассказы и очерки. - М.
Токарева В.
Ничего особенного. Повести и рассказы. - М.
Трифонов Ю.
Нетерпение; Старик. Романы. - М.
Вечные темы. Романы, повести. - М.
Тхоржевский С.
Портреты пером. Исторические повести. - Л.
Чухонцев О.
Слуховое окно. Стихи. - М.
Шервинский С.
Стихи разных лет. - М.
Шкловский В.
О теории прозы. - М.