Дружба -- дружбой

А кредитов нам от Всемирного банка почти не нужно

Вопрос о выделении кредита Всемирного банка на реконструкцию Байкальского целлюлозно-бумажного комбината можно считать решенным. Об этом заявил вчера вице-премьер Виктор Христенко после встречи президента ВБ Джеймса Вулфенсона с Владимиром Путиным. По словам г-на Христенко, в мае в Москве ждут миссию банка для того, чтобы завершить работу по кредитному соглашению о выделении 22 млн долларов. Эти деньги будут использованы на первом этапе реконструкции ЦБК, в ходе которого должен быть создан замкнутый производственный цикл, исключающий попадание сточных вод и отходов комбината в Байкал. Еще порядка 11 млн долларов должна привлечь администрация ЦБК. Причем если раньше для этого предполагалось выставить на продажу государственную долю (49%) акций предприятия, то сегодня вопрос об этом уже не стоит. По словам председателя совета директоров АО «Байкальский ЦБК» Анатолия Штейнберга, комбинат уже сократил вдвое объем забираемой из озера воды, а с помощью кредита ВБ намеревается к 2004 году полностью прекратить сброс в него отходов.

Администрация ЦБК добивается кредита уже давно, однако на Всемирный банк одновременно оказывали давление и авторитетные экологические организации, настаивающие на немедленном закрытии комбината. «Зеленых» не устраивают даже обещания со временем прекратить производство целлюлозы на хлорной основе и перепрофилировать ЦБК под выпуск экологически безвредных лесоматериалов. Наиболее эффективным приемом против экологического лобби стало подключение к переговорам российского президента. После недавнего отдыха в профилактории комбината Владимир Путин сдержал обещание поднять этот вопрос на встрече с главой ВБ.

Байкальский проект может стать своего рода поворотной точкой в несколько увядших отношениях России с ВБ. Российские чиновники констатируют, что на нынешнем этапе Москва переходит от получения бюджетозамещающих займов к финансированию конкретных проектов (инвестиционным займам). Однако на самом деле бюджетных займов Россия по сути не получала после кризиса (кроме небольших сумм, связанных с реформой угольной отрасли), но и инвестпроекты в последние полтора-два года выполнялись весьма странным образом. Россия сначала запрашивала у ВБ деньги на тот или иной проект, совет директоров его утверждал, а правительство затем не торопилось приступать к исполнению проекта. Эта ситуация в какой-то момент даже стала препятствием для прохождения в ВБ новых проектов, о чем несколько месяцев назад Джеймс Вулфенсон письменно известил Михаила Касьянова. Впрочем, вряд ли в пробуксовке был злой умысел российских чиновников. Скорее, после периода устойчивого бюджетного дефицита обе стороны не очень понимали, в какой степени и в каких отраслях ВБ может помочь правительству. В последнее время в позиции Москвы появилась определенность, правительство даже рассмотрело (впервые за годы сотрудничества) программу взаимодействия с ВБ. «Мы не отказываемся полностью от кредитов и вместе с банком готовим проекты в сфере управления финансами и экологией», -- заявил вчера Владимир Путин, подчеркнув, что теперь России небезразлична и работа ВБ в странах СНГ. Джеймс Вулфенсон тоже сказал, что отношения не должны зависеть от денег: «Мы хотим быть друзьями, даже если нам не придется давать России кредиты. Некоторые наши друзья стали богатыми, но мы по-прежнему остаемся друзьями».

Иван ГОРДЕЕВ