Аркадий Киреев. Реальность не-Реального, или О некоторых особенностях Сетевой Цивилизации

Реальность не-Реального, или О некоторых особенностях Сетевой Цивилизации
(Ответ г-же Алене Абросимовой)

Аркадий Киреев

Дата публикации: 8 Апреля 2002

Н аверное, одной из наиболее важных отличительных черт Человека придется признать стремление выразить нечто новое в старых понятиях. И неизбежно приходящее вслед за этим удивление: "Как же я этого не заметил!", когда новое вино прорывает дыры в швах старых мехов...

Иными словами, велика мудрость Козьмы Пруткова, сказавшего однажды: "Иные вещи непонятны нам не потому, что наши понятия слабы, а потому, что вещи сии не входят в круг наших понятий".

Вот так и в Сети: пришел-ушел, а круг понятий остается прежним, и новые качества (вещи) как бы и не существуют ввиду отсутствия новых понятий. "Что не названо, того не существует" - старый, вечно оспариваемый, но по-прежнему верный принцип. А даже если и названо, но по-старому - еще хуже, поскольку новое вино, разрывая старые мехи, становится очередным мифом...

Госпожа А.Абросимова вроде бы привычно для себя (видимо, и для многих других) начала свои заметки со слов "сетевые жители...". И подтвердила свое называние, помянув еще раз в описательной части "рядовых жителей Сети".

Однако ее описание процессов наблюдения и коммуникации в Сети расходится со смысловым содержанием понятия "жители Сети". Точнее говоря, оно основано на редукции (хотя зачастую и неявной) этого понятия к тому обыкновенному "жители", к которому мы от рождения приучены. Все мы - "жители", города ли, деревни ли, страны ли. То есть - тела физические, локализованные в физическом же пространстве и времени (за исключением случаев, преимущественно криминальных либо шпионских, которые мы здесь не рассматриваем).

А что такое тогда "жители Сети", если в самой Сети никто из нас физической локализации не имеет - даже по смыслу НТТР-протокола? Да и по времени, в общем-то, тоже - особенно если учесть, что в момент подключения к Сети каждого отдельного пользователя на его компьютере уже присутствует ВСЯ СЕТЬ, в едином и целостном "здесь-теперь-бытии" своем...

Вот и получается, что каждый "житель Сети" - это прежде всего обладатель свойства "сильной необратимости", при котором Настоящее стягивает в себя, в момент, в абстрактную точку и Прошлое, и Будущее, и "здесь", и "везде". А это, в свою очередь, особенность неклассического мира, со всеми вытекающими отсюда последствиями, о которых говорят сегодня исследователи динамических неравновесных термодинамических процессов, "теории катастроф" и "странных аттракторов", целеустремленных систем, и многого другого. Беда лишь в том, что их исследования нынче как-то выпали из круга размышлений философов и психологов (едва ли не последним в этом направлении размышлял Грегори Бейтсон еще в 70-е годы...), а также разнообразных "специалистов по коммуникациям" и "маркетологов" всех сортов.

То есть исследователи современного Интернета и поведения людей в нем опираются на классические школы фрейдистской, в лучшем случае - юнгианской, психологии, а также на различные модернистские учения семиотиков и деконструктивистов (в духе Деррида). Хотя на самом деле в Сети все значительно проще - и намного сложнее, чем они себе представляют...

И прежде всего - именно потому, что Сеть есть действительно Мир, точнее, новая, формирующаяся на наших глазах, Сетевая Цивилизация, причудливо совмещающая в себе отдельные черты реальной евро-американской цивилизации - и виртуальной цивилизации принципиально иного типа. Обе цивилизации истинны, обе глубоки по смысловому содержанию, и если эти две "глубины" перемножаются, то происходит то, о чем Грегори Бейтсон написал однажды в книге "Экология разума": "...иногда два факта складываются вместе, и все, что ты получаешь - это просто два факта. Но иногда вместо простого сложения они умножаются, и ты получаешь четыре факта..."

В числе этих "четырех фактов", очевидно, будет и такой: каждый "житель Сети" обитает в ней иным способом, чем в реальном мире. А именно - в виде некоторой части своего "Я", причем прежде всего той части, которая в реальном мире преимущественно не реализована по тем или иным причинам. Уже одно то, что 90% "жителей Сети" живут в ней под различными "никами", говорит о том, что из-под упомянутых А.Абросимовой "карнавальных масок" выглядывают не столько "вполне реальные люди", сколько некоторые "концепты Я" этих людей. Причем эти концепты действительно никто - или почти никто - специально и основательно не продумывает.

Продумывание заменяется здесь прямым следованием "руководящим указаниям" подсознания, которое имеет, вопреки А.Абросимовой, весьма весомый стимул к действию. А именно то, что Э. Фромм описывал в работе "Бегство от свободы" - возможность (опять-таки осознаваемую на подсознательном уровне - простите за невольный каламбур!) реализовать имманентное Человеку стремление к позитивной свободе, хотя бы и в виде негативной "свободы от" налагаемых реальным миром (и потребностью в самоконтроле в нем) ограничений...

А одним из источников этой свободы становится наличие того самого "ника" и кнопки "игнор", иными словами - возможность быть тем, кем "Я" не может быть в реальном мире, и общаться только с теми, кто отвечает моим подсознательным ожиданиям и представлениям об удовольствии от общения. Скорее всего, теряют терпение и "визжат... прописными буквами" на администраторов именно те "жители Сети", которые и в реальном мире вполне самодостаточны и/или реализованы в плане позитивной (творческой) свободы настолько, что им даже анонимность через "ник" не требуется.

Между прочим, именно у таких "жителей" и "разрушаются симулякры и эксплицируются особенности психики...". У того же большинства, которое обрело свободу через "ник" и Сеть, расхождения между реальной психикой и "сетевой психологией", как правило, весьма велики, так что какая бы то ни было корреляция между ними практически отсутствует.

Даже когда "у веселой заводилы одной из компаний, стихийно сложившихся на форуме... украли компьютер", наблюдатель никак не может быть уверен, что правильно определил даже пол наблюдаемого/емой... А уж о том, чтобы "явно проявлялись характеры дискутирующих", не приходится даже и мечтать, потому что характеры эти - часть не реального мира (то есть реального человека за карнавальной маской), а того же самого подсознания, которое и строит маску или "концепт Я", которые, в свою очередь, и являются истинными "жителями сетевого мира", частицами целостной Сетевой Цивилизации...

Таким образом, завеса privacy приподнимается не над реальной жизнью, а лишь над теми ее составляющими, которые каждый из участников коммуникации сочтет возможным и желательным включить в свой "концепт Я". А по частностям, выбор которых к тому же определен не логикой, а подсознанием, создать адекватную картину целого невозможно... "Элементарно, Ватсон!" - хорошо звучит в устах видящего целое Шерлока Холмса, но вовсе не аксиома, что даже тот же Холмс мог бы определить характер и историю человека всего лишь по напечатанному им тексту...

Более того, в отсутствие иконической информации текст может быть сколь угодно эмоционален - и абсолютно не адекватен эмоциям автора. Вот это уже элементарно с точки зрения семиотики и теории литературы - а примеры гениев Пушкина и Флобера только подтверждают это. Потому что даже они, отрываясь от текстов "Онегина" и "Госпожи Бовари", становились совсем другими людьми, в корне отличными от собственных гениальных творений (вспомним хотя бы, как, по Вересаеву, лечился ртутными препаратами Пушкин и каким "подкаблучником" и ханжой был в обыденной жизни Флобер).

Так что процесс наблюдения и его переход к коммуникации вовсе не обязательно связан с теми стимулами, о которых говорит А.Абросимова. Скорее даже наоборот - именно длительный этап наблюдения позволяет "новичку" создать интуитивно (подсознательно) наиболее адекватный "концепт Я", которому он сможет выдать "вид на жительство" в Сети.

Затем проходит "обкатка" этого "концепта Я", притирание его к существующим уже насельникам форума или чата, в том числе - и с помощью кнопки "игнор" как аналога "естественного отбора". И только окружив себя приемлемыми собеседниками, наблюдатель реализует и позицию полноценной коммуникации, которая тем прочнее и полнее, чем отстраненнее его же позиция собственно наблюдателя.

"Житель Сети" далеко не всегда осознает этот парадокс, свойственный, между тем, каждому хорошему писателю. Чем удаленнее от текста позиция "вне-находимости" (термин М. М. Бахтина) автора, тем сильнее внутритекстовые коммуникативные процессы между создаваемыми (описываемыми) им героями произведения. Так и в Сети - чем отстраненнее ощущает себя "сетевой житель", тем прочнее и разветвленнее становятся его сетевые коммуникативные связи. Потому что они, связи эти - не его, или не только его собственные, а прежде всего связи созданного им героя - "концепта Я".

Так что и "ехидные собеседники", выводящие из "себя" "мудрых старожилов форума... и либерально настроенных зануд", скорее всего, такие же виртуальные личности, как и их оппоненты. И позволяют они себе быть ехидными лишь потому, что такова их спрятанная даже от самих себя и нереализованная во внесетевом бытии истинная личность - которая в Сети становится личиной, но более реальной здесь, в Сетевой Цивилизации, чем физическая личность - в реальном мире...

Да, Сетевая Цивилизация полна таких и еще более сложных парадоксов, начиная со своего смешанного материально-энергетически-информационного построения. Ведь, как верно отметили авторы проекта "История Российского Интернета...", - если все пользователи единомоментно выйдут из Сети, и не просто выйдут, а отключат свои компьютеры, то само понятие "Сеть", и тем более "Сетевая Цивилизация", потеряют всякий смысл. Впрочем, это наблюдение только подчеркивает многоаспектный характер Сетевой Цивилизации, основной (базовой) ячейкой которой является бинарный кластер "Человек-Компьютер".

Следуя методологии американского философа и психолога Грегори Бейтсона, компьютер здесь надо отнести к ньютоновскому миру, где реальность приписывается объектам, а все контексты, иные, чем описываемые физическими силами и параметрами, исключаются из рассмотрения или редуцируются (сводятся) к их носителям ("хард-веру").

"Человек" же относится к миру коммуникативному, в котором сущностно реальны только метаотношения между сообщениями субъектов, для исследования которых можно и должно исключить из "реальности" любые материальные объекты. Последние в этом мире также есть лишь сообщения, которые Разум (или же чувства - все это лишь нейрофизиологические приемники тех или иных сигналов) принимает на веру. (Учтем при этом, что весь "софт", какие бы неприятности не доставляли нам его разнообразные "глюки", тоже, очевидно, относится к коммуникативному миру.)

Следовательно, основная составляющая Сетевой Цивилизации - тоже сложный агрегат, в котором переплетаются и взаимодействуют ньютоновский и коммуникативный миры. Естественно, рассматривать их мы можем, вроде бы, только по отдельности - ведь, как отмечает Г. Бейтсон, "в мышлении и опыте нет вещей, есть только сообщения и тому подобное... в этом мире я как материальный объект не релевантен и в этом смысле не обладаю реальностью. Однако "Я" существует в коммуникативном мире как основной элемент в синтаксисе моего опыта и восприятия других..." (Грегори Бейтсон, "Форма и патология взаимоотношений. Минимальные требования для теории шизофрении"; лекция в Чикаго, 7 апреля 1959 года).

Отсюда и проблемы, возникающие у А.Абросимовой при рассмотрении перехода от наблюдения к коммуникации, да и вообще в самой постановке этого вопроса. Не редуцировать мир СЦ и "сетевых жителей" к моделям поведения в обыденном реальном мире следовало бы ей, а рассматривать именно эту двойственность в ее "неразрывной неслиянности" как в отдельном бинарном кластере, так и во всей Сети в целом (ведь она присутствует в каждом кластере с момента его подключения к СЦ во всей неклассической полноте "здесь-теперь-бытия" своего...)

Впрочем, это уже тема для значительно более подробного разговора. Кто продолжит нашу беседу?...