Максим Васьков. Проблемы реставрации

Проблемы реставрации
Максим Васьков

Дата публикации: 28 Мая 2002

И дея реставрации монархии прочно вошла в политико-идеологический обиход современной России. Часть российских политических деятелей и представителей культурной элиты видят в реставрации монархии панацею от всех неурядиц российской действительности. Аргументы энтузиастов монархической идеи просты и на первый взгляд неотразимы. Они считают, что монархия станет той самой искомой национальной идеей, которая сплотит народ и поведет его к процветанию и стабильности .

Это отношение к монархии постепенно проникает и в массовое сознание. Под влиянием СМИ в общественном сознании складывается романтический, идеализированный образ Российской империи. Этот образ особенно привлекателен на фоне последующей советской истории и современных неурядиц переходной эпохи. Императорская Россия представляется как некое царство благоденствия, или, по меньшей мере, как государство, нашедшее правильный путь к выходу из кризисной ситуации и лишь благодаря несчастному стечению обстоятельств не сумевшее им воспользоваться. Пик роста монархических настроений приходится на кризисные моменты современной российской истории, стоит хотя бы вспомнить дискуссии непосредственно после августовских событий 91 года и во время президентских выборов 96 года. Для многих возможность получить пусть номинального, но главу государства, стоящего над политическими схватками и войнами компроматов, символизирующего единство страны и историческую преемственность, становится все более привлекательной.

Из аргументов против реставрации серьезно рассматривается только возможность протестных выступлений коммунистов. Однако спектр контраргументов более обширен. На самом деле провести реставрацию технически достаточно просто, уже сейчас в повседневный обиход входит монархическая символика, а Путинская политика установления властной вертикали может создать предпосылки для возможного конституционно-монархического строя.

Но серьезные проблемы начинаются уже на этапе обсуждения кандидатуры возможного государя. О своих правах на престол заявляют представители "кирилловской" ветви дома Романовых, но "великий князь" Георгий не отвечает ни одному из требований, предъявлявшихся престолонаследнику Основными Законами Российской империи. Последним представителем дома Романовых, имевшим права на престол, была недавно скончавшаяся княгиня Вера Константиновна, дочь великого князя Константина Константиновича Романова. Притязания "Кирилловичей" не признаются многими потомками Романовых и представителями монархического движения (которое расколото на несколько враждующих групп), так же проблематично будет получить признание от монархических домов мира. В современной России недооценивается глубина социального переворота, произошедшего за время советской власти. Были уничтожены все основы, необходимые для конституционно-декоративной монархии.

Поэтому ссылка на опыт европейских конституционных монархий по меньшей мере некорректна. Это лучше всего показать на примере Испании. К слову именно на испанский опыт ссылаются чаще всего. В основе современной испанской монархии лежат следующие принципы. Сохранившееся дворянское сословие , утратившее свое значение, но являющиеся необходимой декорацией, и сохранившееся влияние католической церкви . Режим Франко, после которого была реставрирована монархия, нельзя считать тоталитарно-фашистским, это традиционалистическо-авторитарная диктатура, сохранившая незыблемыми столпы монархии. К тому же королю Хуану Карлосу было отдано предпочтение как гаранту демократических свобод , а не восстановления величия испанской империи.

В России ситуация прямо противоположная. Революция и десятилетия советской власти до основания разрушили все основы монархического строя. Было уничтожено дворянство, а также главное, без чего монархическая государственность в России немыслима, - религиозное сознание. Реставрация монархии рассматривается в России как гарантия восстановления государственного величия, а не демократических свобод. Именно неуверенность в возможности создать в нашей стране работающие демократические институты отчасти стимулирует рост монархических настроений. Учитывая современные российские реалии, можно сказать, что реставрация монархии приведет к углублению общественного раскола, а не к его преодолению. Придется раз и навсегда забыть о консенсусе, который рассматривается правящей элитой как путь к преодолению этого раскола: будет невозможно совместить гимн Советского Союза и красные знамена с царем. Однако этим дело, скорее всего, не ограничится. Монарх, кем бы он ни был, придет из среды эмиграции, и при том не один. Его приближенные, разумеется, будут иметь собственные интересы, амбиции и, скорее всего, связи в экономических и политических структурах, иностранных фирмах и государствах. Проблематично, что они согласятся только на чисто декоративную роль. Появится совершенно новая проблема: какое место отвести приближенным монарха среди современной российской элиты? Мы сейчас являемся свидетелями довольно жесткой борьбы между различными группами элиты, появление новых фигурантов может только осложнить ситуацию, привести к непредсказуемым результатам. Трудно спрогнозировать и возможные социальные последствия. Реставрация монархии потребует восстановления сословий (хотя бы декоративного). Кто будет "новым дворянством" и "плебеями"? А если представители новой русской знати (именно они, судя по всему, и станут новым дворянством) не захотят ограничиться только декоративными титулами, а потребуют действительных привилегий, закрепляющих их дворянское положение?

Восстановление монархии потребует также восстановления правопреемственности от Российской империи, но как быть тогда с восстановлением прав и возврате собственности представителям старых благородных сословий, пострадавших в годы советской власти? Возможности на законном основании отказать в удовлетворении их требований не будет, а это повлечет новый передел собственности, сравнимый разве только с приватизацией. Придется решать и массу международных проблем. Перспектива признания правопреемственности современной Российской федерации от Российской империи уже обсуждалась на Западе и, насколько известно, одобрения не нашла.