Известно, что никто не врет так сильно, как очевидец. Буквально на следующий день после потопа в Новороссийске и его окрестностях бедствие стало обрастать мифами и народными поверьями о чудовищных смерчах, тысячах трупов и сотнях чудесно спасшихся. Корреспонденты "Власти" Сергей Петухов и Валерий Мельников (фото) проехали по местам, пострадавшим от стихии, и убедились, что новороссийская катастрофа во многом была рукотворной.
ЗОНЫ БЕДСТВИЯ(296,2 Kb)
Первое подозрение о том, что в беде виновата не одна слепая стихия, заронил попутчик по самолету, летевший из Москвы домой в Геленджик. Попутчик, геофизик по образованию, судя по почтительности встречавшего его в анапском аэропорту шофера, занимает немалую должность в геленджикском управлении моргеологии. По пути в Новороссийск он разложил все по полочкам. Если опустить специальные термины "мергелистые почвы" и "вертикальная слоистость", причина катастрофы для него была очевидной: "Дожди шли, как в тропиках. Самопальные водохранилища переполнились. Дамбы там тоже самопальные, их прорвало, и все эти 'нахаловки' в море смыло".
— Какие самопальные дамбы, какие "нахаловки"?
— А вот какие,— пояснил геолог.— Вы с каким-нибудь армянином договорились и слепили дамбу.
— Зачем?
— Как зачем? — удивился геолог.— Карасиков выращивать, а потом за 300 рублей рыбалку в своем пруду курортникам разрешать.
— Значит, во всем виноваты армяне?
— А кто же еще! Люди погибли. Надо кого-нибудь посадить. Посадят председателя.
— Председателя чего?
— Чего-нибудь,— сказал он убежденно.— Вот увидите, председателя и посадят.
Мы невольно рассмеялись — и, как показали дальнейшие события, зря. Холодно распрощавшись с гостеприимным геофизиком, мы вылезли, не доезжая Новороссийска, на повороте на Дюрсо, одно из мест, где 8 августа погибли люди.


	Фото: ВАЛЕРИЙ МЕЛЬНИКОВ
	После 8 августа пляж поселка Дюрсо привлекает только спасателей МЧС и жудожников - маринистов

Абрау-Дюрсо: машины на деревьях
Дома вдоль речки Дюрсо выглядели так, что было непонятно, как в них вообще кто-нибудь мог остаться в живых. Тем не менее возле каждой руины копошились люди. Хозяин дома 1а по улице Свободы Анатолий Коголь с двумя сыновьями отмывал от ила "шестерку". Эта их машина была заперта в гараже под домом и потому уцелела, а грузовик ГАЗ-66 стоял во дворе, и его смыло. Смыло и соседский Mercedes, но соседям повезло — их машину по пути к морю забросило на дерево, где она висела еще сутки, пока владельцы ее оттуда не сняли. Анатолий Коголь оценивал понесенные им убытки по меньшей мере в "пол-лимона". "Прохор нам тысячу дал,— возмущенно отозвался он о матпомощи, выделенной пострадавшим по распоряжению главы администрации Новороссийска Валерия Прохоренко.— А я тысячу отдал только за кран, чтобы свой 'ГАЗ' перевернуть".
В принципе к морю в Дюрсо не пропускала милиция, выполнявшая приказ главы новороссийской администрации полностью очистить пляжи от отдыхающих. Но два милиционера, сидевшие в компании двух девушек под кустами, молча проводили нас равнодушным взглядом. Пляж был пуст, если не считать третьей девушки с мольбертом. Девушка писала море. Зато метрах в двухстах от берега стояли два военных водолазных катера, где была заметна жизнь. Туда мы и поплыли.
На трапе корабля Черноморского флота ВМ-627 мы разминулись с аквалангистом, уходившим на погружение, и обнаружили, что ниже пояса он был одет в цветные семейные трусы. Кроме него на палубе было еще человек пять в одних трусах, поэтому не представлялось возможным определить, кто здесь командир. Вероятно, им был старший по возрасту, который и рассказал, что все машины со дна здесь уже извлечены, ни одного покойника не найдено, на дне лежат только деревья и какие-то вагончики и вообще видимость под водой не превышает 30 см. Мы тут же сообщили, что вагончики принадлежат Анатолию Коголю с улицы Свободы (он жаловался на пропажу трех вагончиков, в которых он держал пчел).
Больше ничем помочь водолазам было нельзя, поэтому мы поплыли к соседнему ВМ-108. Там нам ничего нового не сообщили. Капитан пришвартованного к военному кораблю катера МЧС по имени Витас поинтересовался, какая у нас зарплата, и сообщил, что сам получает мало, но за время нахождения в зоне ЧС платят двойную зарплату, а если при этом приходится кого-то спасать или доставать трупы, зарплата учетверяется. Витас любезно предложил довезти на своем катере до Широкой Балки, где можно было увидеть "еще не такое", но так как очки и штаны с документами остались на берегу, пришлось отказаться.


	Фото: ВАЛЕРИЙ МЕЛЬНИКОВ
	Около полумиллиона тонн воды из водохранилища над поселком Дюрсо сейчас чудом сдерживает полуразрушенная плотина

Из рассказов местных жителей следовало, что дождь хоть и был сильным, но причиной потопа было водохранилище в верховьях ущелья. По крайней мере в этом был убежден Виктор Карабанов из поселка Абрау, который 8 августа потерял на своей даче в Дюрсо 16-летнюю внучку Настю Замятину. Невысокий сухонький Виктор Маркович в возрасте 65 лет попал в переделку, из которой вряд ли вышел бы живым даже сильный молодой мужчина. По его словам, со второго этажа дачи он увидел, как мимо несет внучку, нырнул в желтый ревущий поток и нагнал ее. Но в устье речки Дюрсо их затянуло в водоворот. Сам он вынырнул в море и добрался до берега в семи километрах севернее Дюрсо, а Настю ее мать — учительница школы в Абрау Светлана Замятина — ищет до сих пор. В прошлую среду она даже говорила с замминистра по чрезвычайным ситуациям Геннадием Короткиным, который обещал помочь в поисках, но, по ее словам, "так ничего не сделал".
"Это не стихийное бедствие,— сказала нам учительница.— Глава нашей администрации Ружицкий велел предупредить население об опасности селя одному из местных алкоголиков. Даже если тот и предупреждал, кто поверит алкашу? А сам Ружицкий бросился собственную семью из Дюрсо вывозить. Я в моргах в Анапе и Новороссийске по три раза была, туда покойников на 'КамАЗах' привозили, очень много". Правда, на вопрос, сколько именно, Светлана Замятина, подумав, сказала: "Человек тридцать из Широкой Балки и от нас три, пять и еще двоих". Она ошиблась совсем немного: в морге первой горбольницы Новороссийска, куда МЧС свозило из разных мест трупы всех утонувших 8 августа, из Широкой Балки было 27 утопленников и еще девять — из Дюрсо.


	Фото: ВАЛЕРИЙ МЕЛЬНИКОВ
	Поход в магазин или в гости к соседу — рискованное предприятие, оно под силу только настоящим мужчинам

Управляющего поселковым округом Абрау-Дюрсо Бориса Ружицкого не оказалось на месте. Его заместитель Владимир Вишняков сказал, что водохранилище, которое, по мнению местных жителей, стало причиной катастрофы, имеет площадь водосбора 32 кв. км и по проекту рассчитано на 3,2 млн кубометров. После проливных дождей вечером 7 августа оно заполнилось до гребня плотины, пошел аварийный слив через боковой сброс, открыли еще сифоны — двухметровые трубы, но вода не убывала. Утром 8 августа в 8.15 Борис Ружицкий, по словам его зама, был в Дюрсо и оповестил об опасности прорыва плотины местных жителей. В полдесятого утра, как рассказал тот же Вишняков, туда прибыл замначальника Новороссийского штаба ГО и ЧС. А к полудню Дюрсо накрыл вал желтой воды высотой метров десять, который унес жизни девяти человек и Настю Замятину.
С большим трудом нам удалось добраться до плотины. Из нескольких дыр и по бокам лила вода. На гребне зиял провал. Казалось чудом, что бетонный гребень до сих пор выдерживает напор воды в переполненном водохранилище. Еще чуть-чуть, и от Дюрсо не осталось бы и следа. В полукилометре от плотины единственную проселочную дорогу пересекла трещина в метр шириной. Перед трещиной копошились рабочие из ставропольского МЧС. Бригадир пожаловался: "Прислали мне кран. Водила доехал до поворота, глянул на дорогу и говорит: 'Нет, дальше не поеду, дорога плохая'. Развернулся и уехал".
Чуть ниже по дороге стояли какие-то люди, говорившие по-грузински. Мы спросили, есть ли здесь какие-нибудь разрушения. "Есть,— обрадовались они.— Страшные разрушения. Сейчас покажем". Еще ниже по дороге возвышался белый, абсолютно целый дворец. "Вот,— сказали грузины.— Смотрите, весь огород смыло". Потом мы узнали, что смыло еще форелевое хозяйство при дворце. Но главное выяснилось уже на повороте, куда отказался ехать автокран. Там стояли три "КамАЗа" со строительной техникой, и водитель первого с сильным кавказским акцентом спросил у нас, как проехать к Тамазу.
Потом мы пытались выяснить, кто такой Тамаз, который спасает свой дворец собственными силами, превышающими силы всего ведомства Сергея Шойгу. Но даже начальники УВД Новороссийска отводили глаза и говорили, что произносить вслух это имя не имеют права. Единственное, что удалось выяснить, Тамаз — реальная личность, имеющая какие-то коммерческие интересы в Новороссийском порту.


	Фото: ВАЛЕРИЙ МЕЛЬНИКОВ
	Первым в ходе борьбы новороссийских властей со стихией пал мелкий бизнес: всех курортников из Широкой Балки эвакуировали, и спрос на сувениры и прочие курортные товары упал до нуля

Цемдолина: "председатель", которого посадят
Второй район бедствия был в Цемдолине — так здесь называют долину реки Цемес. Отсюда вода хлынула на город Новороссийск и залила первые этажи жилых домов в низинных районах города вокруг порта. В городе это был уже второй потоп в этом году. Первый раз залило после Нового года, но не так сильно. В самом Новороссийске ни тогда, ни в этот раз человеческих жертв не было. 8 августа погибли четыре человека в Цемдолине (пригороде, который сейчас административно принадлежит городу). Здесь утонули у себя дома старик 1917 года рождения, бабушка, старше его на девять лет, и молодая женщина. Еще одна молодая женщина — Ольга Шилина — возвращалась домой на своей машине, и буквально в ста метрах от дома, на повороте с улицы Горького на улицу Широченкова, ее Fiat въехал прямо в шедший по улице вал воды. Перевернутую машину родные нашли в тот же день, а саму Ольгу — только на следующий. "Что у нас за люди? — жаловалась ее свекровь Наталья Ивановна.— Сутки Оленька пролежала на улице Мичурина. Все знали, где она жила, хоть бы кто-нибудь пришел к нам и сказал. Мой сын сутки по милициям и моргам мотался".
Нравы в Цемдолине, похоже, действительно оставляли желать лучшего. Соседи погибшей Ольги, Сергей и Лариса Коваленко, рассказали, что по ночам сюда до сих пор приезжают бойкие молодые люди с фонариками и под утро уезжают с нагруженными доверху машинами. Мародеры берут из пустых домов все, даже грязную поношенную одежду.
Все жители Цемдолины щеголяют в новых белых тапочках. Соседка семьи Коваленко рассказала, что белые тапки взамен смытой потопом обуви им выдали от имени горадминистрации.
Больше всего жителей Цемдолины мучает вопрос, откуда на их огородах взялась дохлая рыба. Рыба явно пресноводная, и в теорию смерча, который, по официальной версии, спровоцировал наводнение, не укладывается. За разгадкой этого феномена ехать пришлось недалеко — на Владимировскую плотину. Водохранилище проектным объемом 560 тыс. кубометров — практически сухое, по всей высоте плотины зияет циклопическая прореха. Принадлежали все полмиллиона тонн воды вместе с обитавшей в ней рыбой ЗАО "Цемдолина". Директора ЗАО Евгения Мельгунова каждый день допрашивают в прокуратуре "до часа ночи" и уже обвинили в "халатности". Сам подозреваемый настроен апокалиптически: "Это кара небесная за все наши прегрешения. Водохранилище построили в 1972 году, причем без учета топографии местности. Надо было по старой топографии строить, что до сталинского плана преобразования природы была. Вода ведь пошла по руслу Цемеса, а русло все забито, никто его не чистил десятки лет. Что мне было делать в такой ситуации — встать под плотиной, чтобы меня первого смыло?"
— Почему же ваши совхозные теплицы не смыло?
— А мы их обваловали еще в 1990 году.
Спрашивать Евгения Мельгунова, почему в 1990 году он не насыпал валы вокруг домов всех граждан в Цемдолине, не хотелось. Скорее всего, он и будет тем "председателем", которого посадят.


	Фото: ВАЛЕРИЙ МЕЛЬНИКОВ
	Во избежание отравления почв оздоровительной зоны трупным ядом от еще не найденных МЧС разлагающихся человеческих тел всю Широкую Балку обильно поливают едким натром

Широкая Балка: море стало чище
Широкая Балка — третье место новороссийской трагедии, которое благодаря количеству трупов получило самую большую известность в стране и мире. Почему здесь погибло больше всего людей, становится понятно, как только попадаешь сюда. Вопреки названию сама балка узкая, даже уже, чем в Дюрсо. Волна с гор шла по балке раза четыре ниже, чем в Дюрсо, но плотность отдыхающих здесь превосходила все разумные пределы. Буквально каждый квадратный метр использовался под санаторное оздоровление граждан. Капитальные здания баз отдыха карабкаются по склонам гор, а в самой низине стояли щитовые домики. Протекающий по дну балки и обычно пересыхающей летом ручеек часто пересекали мостики, которые моментально забились мусором и превратились в массу дамб, только наращивавших высоту водного потока. Что бы ни говорили ответственные лица насчет своевременного оповещения отдыхавших в Широкой Балке, на самом деле никто здесь ничего не знал.
8 августа шел сильный дождь, на абсолютно пустом пляже дежурили трое спасателей, прикомандированных сюда из военной части #52522. Солдаты Олег Зыбин, Леонид Медведев и Слава Кащеев сидели под брезентовым навесом в катере, вытащенном на берег. Неожиданно кто-то из них увидел, как из-за ближайшего мыса по морю выплыла "семерка" вишневого цвета. За ней плыла белая "Волга", а следом — белая "Газель". Особенно красиво смотрелась "Волга" с включенными габаритными огнями. Машины были пустые и потихоньку тонули. Потом, минут через десять, из-за мыса поплыли люди на надувных матрасах и бревнах. Наконец всего метрах в тридцати от обомлевших солдат снялись с места ларьки с четырьмя знакомыми продавщицами и тоже поплыли в море. Продавщицы выбрались из ларьков, вылезли на берег и попросили у ребят полотенце. Начальник спасательной станции Владимир Иванов не мог спустить на воду свои катера из-за бревен и деревьев, которые волны выносили на берег. Поэтому его спасатели и солдаты ныряли в море в пробковых жилетах и добирались до людей вплавь. Выручил самый обычный водный велосипед со сварными железными поплавками, который оказался уникальным спасательным средством — непотопляемым и непереворачивающимся. С его помощью из воды вытащили пятерых человек и передали на борт подоспевшего катера Каспийского трубопроводного консорциума. Остальные либо самостоятельно выбрались на берег, либо утонули.
Выброшенные волнами тела утонувших собирали на берегу и клали для опознания на месте бывшего рынка. Лишь на следующий день прибывшие сотрудники МЧС навели порядок: к каждому новому телу они никого не подпускали, моментально прятали его в черный пластиковый мешок и увозили в Новороссийск.
Надо честно признать, что в Широкой Балке, по крайней мере на пятый день после трагедии, когда мы здесь были, царил образцовый спасательный порядок. Нельзя было и шагу ступить, не натолкнувшись на милицейский патруль. Вдоль русла речки вверх и вниз ходили кинологи с овчарками, натасканными на трупный запах. Море бороздил катер МЧС (правда, когда задул легкий ветерок, он куда-то моментально исчез, сославшись на "штормовое предупреждение"). С пляжа изгоняли последних курортников. Лоточник из Крымска Алексей Валеев упаковывал товары со своего лотка и тихо материл милицию, лишавшую его 500-600 рублей ежедневной прибыли. У коммерсантов из более солидных предприятий общепита зубы были стиснуты, они молчали. Лишь владелец кафе "Черномор" Сергей Асланян коротко сообщил, что он потеряет не меньше миллиона.
Более словоохотливой оказалась директор ООО "Лесная горка" Александра Захарова, которая поведала, как она и ее коллеги убеждали заместителя главы городской администрации Ивана Аристова не закрывать уцелевшие базы отдыха. Всего в Широкой Балке было 42 базы, больше половины вообще не пострадали. Но глава городской чрезвычайной комиссии Аристов был непреклонен: вода в море не соответствует санитарным нормам, земля на берегу пропитана трупным ядом. Поверхность земли действительно опрыскивали едким натром женщины в респираторах и очках. А из моря другие женщины брали пробы воды. Одна из них, лаборант горсанэпиднадзора Татьяна Кашек, сказала, что о бактериологических показателях судить она не может, но нефти, поверхностно активных веществ и тетраэтилсвинца в море стало гораздо меньше.
Но другой парадокс Широкой Балки так остается загадкой поныне: откуда здесь взялась такая масса воды. В верховьях ущелья нет ни озер, ни водохранилищ. Остается только смерч, который якобы поднял из моря сотни или миллионы тонн воды и обрушил их в одном месте — в ущелье Широкой Балки. О смерче здесь говорили все, но своими глазами его видели только единицы. Например, уже упомянутая Александра Захарова и замначальника штаба операции УВД "Тайфун" (по ликвидации последствий потопа) Юрий Урбан. Майор милиции Урбан производил впечатление вполне вменяемого человека, никаких личных корыстных интересов из своего видения извлечь не мог, поэтому не верить ему оснований нет. Возможно, в Широкой Балке действительно было роковое стечение обстоятельств — уникальнейшего по масштабам смерча и вполне обычного курортного бизнеса по-русски.

Ночью жителей Новороссийска разбудил салют. Из окна гостиницы очень красиво смотрелись расцветавшие в черном южном небе султаны фейерверка над новым городским аквапарком и бухтой. Это Филипп Киркоров завершил свой концерт на городском стадионе. А утром город притих. С севера шли черные грозовые тучи, и, обгоняя ливень, по трассе мчался кортеж полпреда президента в ЮФО Виктора Казанцева. 46 утонувших около Новороссийска, 12 — в других районах Краснодарского края, два неопознанных тела и 18 пропавших без вести — и все это за один лишь день 8 августа: такое ведь нельзя просто списать на смерч и обойтись без посаженного "председателя".

"Вдруг стало темно и стена воды упала с неба"
Павел Локтионов, электромонтер ОАО "Ставропольские электросети", Широкая Балка:
— Я отдыхал с семьей на нашей ведомственной базе "Ставрополец". Занимали мы двухэтажный деревянный коттедж на склоне горы, за большим зданием из кирпича.
В четверг был сильный дождь. На море мы не ходили. После обеда я с шурином вышел на балкон покурить, а женщины с детворой укладывались на "тихий час". Сделали затяжку, другую... Вдруг в минуту стало темно, и прямо стена воды упала с неба. Я такого никогда не видел. Жуткий ветер и какой-то нарастающий гул. Из балконной двери вылетели стекла. Дождь стал заливать комнату. Я сбежал вниз, кричу жене: "Давай наружу!" А на окне — оно выходило прямо на склон горы — решетка. Мы с шурином выбили ее. Помогли вылезти жене и стали подавать детей. Шурин побежал в соседнюю комнату, схватил документы, какие-то вещи. А племянник Павлушка кричит матери: "Мама, а ласты с маской надевать?"
Не знаю, как мы успели выскочить, откуда и сноровка взялась. Хватались за деревья, подталкивали друг друга, подсаживали. Я все время кричал, только не помню что, голос сорвал. Успели добежать до соседней базы "Горизонт", она буквально в пятидесяти метрах, и остальное наблюдали уже из вестибюля.
Прямо из-за поворота дороги пошел грязный вал высотой метра три. Сначала пенный бурун подхватил наш "уазик", который стоял на стоянке. А потом все закрутило водой: легковые автомобили, киоски печати, два ларечка — полбазы будто языком слизнуло. У ворот росло огромное дерево — метра два в обхвате — его выворотило потоком и понесло на столовую. У той только крыша торчала над водой. И вот эта махина с размаху ударила по крыше. Треск нам даже наверху было слышно. К горе от столовой бежали две женщины. Еще бы чуть-чуть, и они спаслись бы, нескольких метров не хватило. Одна поскользнулась и упала, другая стала ее поднимать, тут обеих накрыло и понесло.
Часов шесть продолжалась вся эта свистопляска. Потом вода начала понемногу убывать. Мы взяли простыни, связали их как канаты и пошли искать, может, кто уцелел. Стационарное здание было затоплено по второй этаж, но вроде все, кто там жил, перебрались повыше. А отдыхающие из домиков, которые были поближе к дороге, не спаслись.
Целые сутки, пока не приехали спасатели, мы разбирали завалы, вытаскивали трупы. Нам удалось обнаружить семь человек. К сожалению, они были мертвы. Одного мужика сняли с дерева. Залез, а спуститься не может — сердце прихватило. Нас всех там тик бил. Что пережили — не передать.

"Один мужик на столбе около двух часов провисел"
Александр Ханенко, начальник геленджикского мобильного подразделения центра службы аварийно-спасательных работ, Новороссийск:
— Они на нас еще жаловаться будут! Не понимают: "Переправь нас на ту сторону" — и все! Но мы же не за этим сюда ехали. Вы живы, говорим, на сухом, подождите, пока вода спадет. Перевезли женщину с ребенком, двух беременных. И всем надо! Куда?! Там вода со скоростью 5-7 метров в секунду. Вы, говорят, возите только тех, кто в воде. И лезут в воду. Драка началась на пятачке — пьяная компания бутылку утопила. Один мужик на столбе около двух часов провисел, другой — на светофоре. А одного два раза из воды доставали, так он и третий раз кинулся. Деньги совали — на ту сторону за 500 рублей. Медсестра одна кричит: "Мы налоги платим, вам платим, а вы не работаете!"

"Спасатели сказали, что дикарей искать не будут"
Наталья Комарова, преподаватель Московского педагогического университета, Молоканова Щель:
— Мы жили в палатках. Об ухудшении погоды и возможных смерчах никто из нас не знал. Об этом не предупреждали. В четверг, когда начался сель, мы стали выбираться, шли по колено в воде. Смыло детский палаточный городок, на наших глазах унесло в море женщину с маленьким ребенком. Отдыхающие женщину спасли, а ребенок погиб. Пешком мы дошли до поселка Прасковеевка.
Потом нас забрал прогулочный катер, вывез в безопасное место. Спасатели сказали: "Тех, кто не зарегистрировался, искать не будем". А как же люди? Может, кто-нибудь из них еще остался жив? Потом нам сказали, что ищут всех, но очень трудно установить, кого и где следует искать.

"Парня сбило с ног, и он больше не всплыл"
Талай Сайдинов, работает на мясокомбинате, Новороссийск:
— Я приехал в Новороссийск на несколько дней по делам. Жил в районе Лесного порта, где лежит много пакетов древесины. Когда только начался потоп, я находился в порту. И видел, как кричали и куда-то бежали испуганные люди, как плавали машины, которые уносило в открытое море. Но я понял, что это все серьезно, только когда увидел парня, которого сбило с ног пакетом древесины, и он больше не всплыл. От этих плавающих пакетов негде было укрыться, я просто чудом уцелел.

"Когда шел дождь, мы просто плакали"
Полина Диняк, юрист винзавода "Абрау-Дюрсо", поселок Абрау:
— Стихийное бедствие мы, сотрудники завода, пережидали на третьем этаже. Было очень страшно: сильный ветер, дождь. В нижних цехах завода воды было по щиколотку, но все остальное не пострадало. Больше всего мы опасались за Дюрсо — там дамба и озеро. Когда шел дождь, мы просто плакали, настолько было жутко смотреть на происходящее. Ветер крушил все вокруг, вода бурлила. Когда мы узнали о том, что за разрушенным мостом остались отдыхающие на трех базах, по сотовому дозвонились в Краснодар, чтобы людей вывезли, ведь связь, свет — все было оборвано. Только в субботу вечером нам подключили свет. Выйдя в понедельник на работу, обнаружила, что на заводе все в порядке. Но люди еще не отошли от шока.

"По аллее несется поток с камнями в человеческий рост"
Вартан Геворкян, директор базы отдыха "Энергетик", поселок Дюрсо:
— Накануне трагедии мне позвонили из Новороссийска и сказали, что синоптики дают штормовое предупреждение. Такие предупреждения часто бывают, штормовое предупреждение означает усиление ветра, большую волну на море. Обо всем этом я рассказал за завтраком отдыхающим, посоветовал родителям далеко не отпускать от себя детей. Никто не предполагал, чем все обернется.
В четверг после обеда дождь усилился. Все произошло в считанные минуты. Налетел страшный ветер, стало темно, а потом как зашумит, загрохочет! Никто ничего не успел понять. По центральной аллее несется поток воды с камнями высотой в человеческий рост. Машины переворачивает, корежит. Одну зажало между деревьями. Несколько домиков подмыло, они рухнули. От столовой остался лишь фундамент да одна стена. Крышу снесло и повалило набок. А я все время думал про то, что может прорваться плотина дамбы — тогда бы нам никому не уцелеть. Дорога в поселок Дюрсо была долго закрыта, разрушило мост. А водохранилище находится вокруг хуторов, и наполнено оно было до предела. Сейчас его начинают потихоньку спускать, слава богу. Надеюсь, что самого страшного не случится.

"Когда прорвало плотину, никто не удивился"
Нина Маслакова, пенсионерка, село Владимировка под Новороссийском:
— Из-за дождей прорвало плотину на озере и все вокруг затопило. Никто даже не удивился, потому что плотину не ремонтировали уже лет тридцать. Наше село спас ров, вырытый еще давно непонятно для каких целей. Благодаря ему вода в моем доме не поднялась выше колена, даже мебель не пострадала. Вода лила как из ведра еще несколько дней, а когда немного прекратился дождь, я пошла к своим знакомым в соседнее село. Там вообще какой-то кошмар — грязи в домах по пояс и все вещи пропали. Нигде не работают телефоны, а самое главное, нет возможности узнавать новости по телевизору. Прямо как в оккупации живем. Но самое ужасное, что погибло много людей.

"Мы привязались к стволу огромного дерева"
Татьяна Стойлова и Игорь Мельников, студенты, Молоканова Щель:
— Мы поехали впятером и жили в большом палаточном лагере прямо в ущелье. В четверг мы сидели в палатках. Вдруг начался сильный дождь, но мы не обратили на него внимания. Потом один наш друг вышел и увидел, что другие палатки смывает водой. Тогда уж мы все выбежали и увидели, что на нас идет огромный поток грязи. Единственный путь отступления в горы был отрезан другим селевым потоком. Началась паника — все куда-то бежали и кричали, даже не пытаясь спасти свои вещи. Хотя по лагерю бегал человек с криками забрать хотя бы деньги и документы. Нашей компании повезло — мы привязались к стволу огромного дерева на холме. Но один парень не успел добежать до дерева, и его смыло грязевым потоком. Его протащило около километра, и он никак не мог ни за что ухватиться. Потом застрял в завале камней. Уже оттуда его вытащила какая-то женщина. Многие погибли в водовороте недалеко от лагеря. Остальным удалось выбраться из ущелья по горам. А мы оказались единственными счастливцами из всего лагеря, сумевшими спасти свою палатку. Уезжали из отпуска в синяках, исцарапанные камнями и ветками. И несмотря на весь пережитый ужас, это был большой жизненный опыт для нас и мы получили массу впечатлений.

"Мы стали молиться, но дождь не прекратился"
Альмира Мосикова, семинаристка, Широкая Балка:
— Когда начался дождь, у нас было утреннее богослужение в большой палатке. Когда стало затоплять палатку, все встали на лавки. Но вода все прибывала, и поскольку мы верующие люди, то стали молиться. Это не помогло — дождь не прекратился. Чтобы спастись, мы побежали в столовую на гору. Огромные деревья падали, кругом была грязь и камни, смывало летние домики, от которых оставался лишь фундамент. Потом я увидела смерч, который надвигался на нас с моря. Впереди смерча к горе бежала толпа. Огромный столб двигался прямо к нашей столовой. Никто уже не кричал — все в ужасе наблюдали за 300-метровым столбом. Но Бог нас спас и увел смерч в сторону. После окончания дождя мы пошли выгребать глину из домов и помогать разбирать завалы, где постоянно натыкались на трупы. Одному мужчине повезло — его живого вытащили из глиняного завала, он отделался только синяками и царапинами. Еще две девочки спаслись, забравшись на крышу дома. Хозяева находили свои машины на деревьях.

Журнал "Коммерсантъ Власть" №32 от 20.08.2002, стр. 16

Темы:

Стихийные бедствия

Жизнь после смерча