Мемориал против памятника

Собравшихся, по данным "Эха Москвы", было человек 100-150. Немного, но организаторы надеются, что это только начало кампании протеста. На митинге начался сбор подписей против восстановления памятника. СПС, выступивший инициатором этой акции, рассчитывает собрать миллион протестующих голосов, надеясь тем самым повлиять на градоначальника и заставить его отказаться от своих намерений.

Напомним, что 13 сентября Лужков совершенно неожиданно заявил о том, что поддерживает идею восстановления памятника на том основании, что: 1. Неважно, каким человеком был Дзержинский, а важно, что скульптура Вучетича обладает большими художественными достоинствами; 2. На самом деле Дзержинский был выдающимся борцом с беспризорностью и организатором железнодорожного транспорта и вообще сделал в жизни много хорошего.

Особенно напирает мэр на разделение мух и котлет, то есть настаивает на том, что художественные достоинства монумента (кстати, признанные искусствоведами), не следует смешивать с отрицательными ассоциациями, которые вызывает личность изображенного. Отсюда он делает вывод, что с чисто градостроительной точки зрения ничто не препятствует возвращению работы Вучетича из ссылки на прежнее место.

Подобные рассуждения, возможно, были бы уместны в том случае, если бы речь шла о водружении в центре Рима статуи императора Нерона - дела давно минувших дней и в самом деле слабо затрагивают интересы ныне живущих поколений. Но в нынешней России, которую лишь десять лет отделяют от той системы, олицетворением которой является Дзержинский, такие слова звучат кощунственно.

Об этом говорили и участники акции. В заключение они заявили, что 27 сентября на Лубянской площади будет организован массовый митинг, который, возможно, перерастет в непрерывную акцию протеста, кульминацией которой станет еще один митинг 30 октября - в День памяти жертв политических репрессий.

В тот же день, 16 сентября, Международное историко-просветительское правозащитное и благотворительное общество "Мемориал" распространило заявление, в котором подтвердило неизменность своей позиции, высказанной еще в 1998 г., когда Государственная дума приняла постановление о восстановлении памятника (против чего Лужков, кстати, тогда яростно возражал). К сожалению, если постановления Госдумы относительно монументальной пропаганды в Москве носили рекомендательный характер, то слова самого мэра в Москве имеют куда больший вес...

Итак, тезисы возражений историков и правозащитников следующие:

"1. Главным делом Дзержинского всегда была борьба не с уголовной преступностью, а с политическими противниками (подлинными и мнимыми) Советской власти. Именно он ? основатель системы политического сыска и политической расправы в Советской России. ... Предложение о восстановлении памятника Дзержинскому v это демонстративное пренебрежение памятью миллионов жертв политических репрессий.

2. Именно в эпоху Дзержинского и с его прямым участием идее права были противопоставлены идеи "революционной законности", идея "политической целесообразности" репрессий. ... Деятельность Дзержинского была направлена не на укрепление Права, а на борьбу с ним. Восстановление памятнику Дзержинскому v это демонстративное неуважение к идее права.

3. ... Феликс Дзержинский был энергичным сторонником "чрезвычайщины" как одного из основных методов борьбы с преступностью. Поэтому ссылка на борьбу с преступностью как аргумент в пользу восстановления памятника на Лубянской площади не может быть воспринята иначе, чем призыв к такой же "чрезвычайщине".

4. В ликвидации беспризорничества, действительно, есть значительный вклад и Ф.Э.Дзержинского ? и эта сторона его деятельности, вероятно, может быть поставлена ему в заслугу. Но при этом нельзя забывать, что возникновение беспризорничества ? это результат, прежде всего, экономической разрухи и гражданской войны, к которым привела именно политика Дзержинского и его товарищей по партии. ...

5. Мы прекрасно понимаем, что памятник v не более чем символ. Стихийный демонтаж москвичами памятника Дзержинскому 22 августа 1991 года тоже был символом v символом победы демократии над коммунистическими путчистами. Символом станет и восстановление этого памятника v символом отказа от демократии и свободы, символом возвращения к бесправию".

Заканчивается заявление призывом ко "всем ответственным политическим и общественным силам страны" поддержать противников восстановления памятника. Правозащитники взывают даже лично к Ю.Лужкову, призывая его одуматься, оценить "к какому непоправимому расколу в обществе приведет реализация его предложения, и отказаться от него".

30 октября 2001 г. на митинге на той же Лубянке сопредседатель Московского Объединения лиц пострадавших от политических репрессий Валерия Дунаева сообщила о намерении "Мемориала" создать на Лубянской площади аллею памяти жертв ГУЛАГа, состоящую из надгробных плит, под которыми будут захоронены капсулы с землей, привезенной с кладбищ сталинских лагерей со всей России. Могло ли кому-то прийти в голову, что на этом самом месте менее чем через год будет срочно собираться другой митинг ради того, чтобы Соловецкий камень - символ памяти о страданиях миллионов жертв репрессий - вновь, как до 1991 г., не оказался в политкорректном соседстве с фигурой самого "железного Феликса"?

Пожалуй, по степени абсурдности и цинизма это далеко превосходит историю с советским гимном, на мелодию которого сейчас поются слова о Боге...

Аналитики ломают голову над тем, что могло подвигнуть Юрия Лужкова на столь скандальное заявление. "Полит.Ру" приводит мнения главы "Мемориала" Арсения Рогинского и депутата Мосгордумы Евгения Бунимовича. Последний замечает: "Инициатива эта немного странная, и мотивы неочевидны. Совершенно ясно, восстановление памятника - это не вопрос монументально-декоративного искусства, на которое ссылается мэр. Вопрос чисто идеологический". Попытки мэра Москвы таким образом заигрывать с левым электоратом, прочекистским лобби или даже непосредственно с окружением президента, который сам является выходцем из ведомства, основанного Дзержинским, представляются действительно очень рискованными, учитывая мощный протест, который подобное символическое действие может вызвать в обществе.

Впрочем, посмотрим, вызовет ли. Нельзя не согласиться с А.Рогинским, который говорит: "Сейчас такая причудливая эпоха, когда, с одной стороны, прошлое вроде уже не воротишь, да никто и не собирается его возвращать, а, с другой стороны, в сознании мощно прорастает и цветет советский миф". Цветением этим затронут далеко не один Лужков. Однако что бы ни двигало мэром, его инициатива послужит пробным камнем для определения того, живы ли еще в обществе демократические настроения и историческая память, которая десять лет назад дала такой мощный толчок развитию страны по пути реформ.

Что же касается восстановления самого монумента, то мэру придется приложить немалые усилия для преодоления сопротивления Комиссии Мосгордумы по монументальному искусству, полномочия которой недавно были расширены. Ранее Комиссия уже дважды отвергала исходившие из разных источников предложения вернуть Дзержинского на Лубянку, мотивируя это тем, что подобные действия могут вызвать нежелательную напряженность в обществе. Напряженность уже налицо. Кроме того, хотя бы частичный успех акции по сбору подписей против памятника придаст сил противникам этого решения.

Среди партийных и парламентских деятелей по этому вопросу нет единства. Ни одно мнение - ни сторонников восстановления, ни его противников - нельзя назвать преобладающим, и голоса комментирующих звучат неуверенно. Все дело в том, что федеральная власть пока держит паузу. Скорее всего, она зондирует почву, оценивает, как проявят себя те или иные силы в ситуации, когда требуется сделать принципиальный выбор. Поддержав ту или иную сторону, президент фактически подаст важнейший символический сигнал, по которому все мы будем судить о том, в каком направлении будет в ближайшее время развиваться политическая система России.