042 Номер от

Семейное дело Ивана Боски

Фото: AP

Иван Боски, сын русского эмигранта, смог стать крупнейшим арбитражером Америки благодаря завышенному самомнению и неравному браку. Объединив усилия с одним из величайших мошенников в истории США Майклом Милкеном, он стал соавтором самой скандальной пятилетки на Wall Street.

Прирожденный борец
Айвен Боски (Ivan Boesky) родился 3 июня 1937 года. Его отец Уильям родился в 1900 году в Екатеринославе и в 12 лет эмигрировал из России. Поэтому Боски-младшего можно с полным основанием называть Иваном. В Детройте Уильям открыл сеть баров, в которых проводились стриптиз-шоу. В то время это еще не было обычной практикой, и местное население видело в них причину морального падения горожан. Сам Иван всю жизнь тщательно скрывал как свое происхождение, так и род занятий своего отца. Боски предпочитал называть его владельцем сети розничных магазинов, которой на самом деле никогда не было.
Нельзя сказать, что семья Ивана была бедной, но на образование сына в престижном учебном заведении денег у них не хватало. Более того, Боски достаточно рано научился зарабатывать деньги собственным трудом — в школе он торговал мороженым. Само же начальное образование Ивану давалось с трудом. Ему даже не удалось осилить школу. Единственным заметным достижением стали его успехи в спорте, а именно в борьбе. Позже, уже во время своей работы на Wall Street, он часто сравнивал торговлю ценными бумагами с борьбой — как бескомпромиссное соревнование с единственным победителем.
Ему пришлось перейти в среднюю школу Мамфорд-Хай, которую он хоть и с трудом, но окончил. Вдохновившись этим успехом, Иван даже стал ходить на подготовительные курсы в университет, но не смог доучиться до конца. Так что об университете пришлось забыть.
Темным пятном в биографии Боски остается его поездка в Иран, последовавшая сразу за его неудачей на университетских подготовительных курсах. Чем именно он там занимался, до сих пор неясно, сам Боски говорил, что просто составлял компанию своему другу. Но этим словам мало кто верил — ходили слухи, что он был заслан в Иран по заданию ЦРУ. После возвращения в Штаты Иван поступил в непрестижную Детройтскую юридическую школу, которую и окончил в 1964 году, несмотря на то что его дважды исключали за неуспеваемость.

Арбитражный брак
Правда, смысла в этой борьбе со знаниями не было ровным счетом никакого — с таким дипломом брать Ивана на работу по специальности никто не хотел. И ему не осталось ничего другого, кроме как устроиться на работу в сеть баров его отца. Хорошо еще, что не стриптизером. Главным итогом его обучения стало выгодное знакомство в 1960 году с Симой Сильберстайн, дочерью богатого строителя из Детройта.
Идея заняться арбитражным бизнесом, который и принес славу Ивану Боски, пришла к нему спонтанно. Как-то раз его партнер по борьбе рассказал о существовании арбитража и о баснословных доходах, которые он сулит. Этого Ивану оказалось достаточно, чтобы решиться на переезд в Нью-Йорк. Воображение Боски рисовало ему шикарные костюмы, дорогие машины и всеобщее уважение.
К тому времени у Симы и Ивана Боски родился первый ребенок, и тесть Ивана купил им квартиру в Нью-Йорке. Впрочем, никакой возможности для занятий арбитражем Боски в новом городе не нашел — его по-прежнему никто не брал на работу. Поработав год стажером в небольшой брокерской фирме, Иван смог устроиться в First Manhattan, а потом перебрался в Kalb Voorirhis, где ему впервые позволили заниматься арбитражной торговлей. Но уже через пару месяцев его оттуда уволили — Боски потерял $20 тыс. на одной из сделок, при этом грубо нарушив все инструкции компании. Потеря была больше его годовой зарплаты, но Боски счел это мелочностью и поклялся себе больше не работать на такие скупые фирмы.
После такого провала Иван смог устроиться лишь в небольшую брокерскую фирму Edwards & Hanly. Там он в обход всех традиций арбитража вел рискованную торговлю на заемные средства и даже смог заработать $1 млн для фирмы. Но потом, как это часто бывает, потерял все и привел фирму к банкротству. На этом карьеру Ивана как наемного работника можно было считать законченной. Боски решил основать свою собственную брокерскую фирму, но убедить инвесторов предоставить ему капитал Боски не удалось. На выручку опять пришли родители его жены, предоставив Ивану $700 тыс. на раскрутку нового бизнеса.
В 1975 году на свет появилась собственная фирма Ивана — Ivan F. Boesky Co. Сразу после открытия своей конторы Боски стал приезжать туда на лимузине и одеваться наподобие завсегдатаев Wall Street. Свою мечту он все-таки смог претворить в жизнь, но это было только начало его знаменитой карьеры.
Почти сразу Боски взбудоражил арбитражное общество своей манерой торговли. До его появления арбитраж считался консервативным низкорисковым бизнесом. Участники этого бизнеса знали друг друга в лицо и предпочитали не распространяться о своих доходах, дабы не создавать ненужную конкуренцию. Боски пошел по другому пути: в своих операциях он использовал максимальный рычаг, а недостающие средства брал взаймы. Такой стиль торговли сулил баснословные доходы, но был сопряжен с существенным риском. Собственно, Ivan F. Boesky Co. не раз теряла до половины своего капитала на разовых сделках, но через пять лет после открытия фирмы состояние Ивана приближалось к $100 млн.

Союз мошенников
После достижения знаковой отметки в $100 млн деятельность Боски сильно изменилась. Эпоха, царившая на Wall Street, в корне переворачивала представления о "правильном" бизнесе. Лозунгом 80-х по праву считается фраза самого Боски, с которой он начал одну из конференций: "Жадность — это хорошо". После этой эскапады зал аплодировал ему несколько минут. В те времена на рынке главенствовал принцип "выживает сильнейший". Кроме того, с 70-х годов корпоративную Америку захлестнула волна слияний и поглощений. Причем далеко не все поглощения были дружественными. Часто более сильные компании скупали акции на открытом рынке, а потом уже захватывали компанию, владея контрольным пакетом ее акций.
Львиную долю процесса поглощений брали на себя инвестиционные банкиры и брокерские фирмы. В обязанности одних входило проводить скупку акций на рынке, другие же занимались защитой. И то и другое приносило существенные доходы. Пожалуй, индустрия слияний и поглощений была самой доходной в то время.
Не остался в стороне от этих денежных потоков и Боски. Первоначально его фирма занималась вычислением недооцененных компаний на рынке. После всестороннего анализа Иван покупал пакет акций такой компании. Ставка делалась на то, что ее кто-нибудь захочет поглотить. Поглощение начиналось со скупки акций, в результате чего их цена поднималась и Боски закрывал позицию с огромной прибылью.
В этой схеме был изрядный риск, ведь компанией могли и не заинтересоваться. Тогда деньги оказывались замороженными и Боски нес убытки. Достаточно быстро он пришел к выводу, что лучше заранее знать объект будущей атаки. Еще в 1979 году Иван Боски познакомился с Мартином Сигелом, инвестиционным банкиром фирмы Kidder, Pearbody & Co. Сигел занимался как раз защитой от поглощений, но в его лице Боски нашел надежный канал информации. Позже к нему присоединился и Деннис Ливайн, инвестиционный банкир из Drexel Burnham Lambert Inc.
Теперь схема Боски стала практически стопроцентно эффективной. В этой группе он был единственным, кто обладал достаточными финансовыми ресурсами. Если один из партнеров узнавал о предполагаемом поглощении, то эти сведения передавались Боски, а тот покупал акции еще до того, как общественность узнавала о попытке атаки. Потом оставалось только выбрать — продать акции на скачке цен или дождаться совершения враждебного поглощения и продать акции по цене, в несколько раз превышающей рыночную. Это было не чем иным, как инсайдерской торговлей. Но результатом махинаций было вполне легальное поглощение, что не сильно бросалось в глаза. Прибыль от таких сделок делилась между партнерами. За первый год сотрудничества с Боски Сигел получил четверть миллиона наличными в чемодане за консультационные услуги. Сам Боски заработал десятки миллионов благодаря всего нескольким советам Сигела.
Но махинации с инсайдерской торговлей достигли действительно невероятных масштабов лишь в 1985 году, после знакомства Боски с Майклом Милкеном из отдела высокодоходных облигаций той же Drexel Burnham Lambert Inc. Майкл к тому времени получил титул короля "мусорных", или высокодоходных, облигаций. Самостоятельно создав ликвидность вторичного рынка этих облигаций, он оказывал еще и услуги по их эмиссии. К середине 80-х в руках Майкла было более половины этого рынка. Часто именно "мусорные" облигации служили источником средств для поглощений. Эти два человека были просто находкой друг для друга. Ведь Майкл, обладая огромным объемом информации, не мог сам извлекать прибыль на фондовом рынке — это сразу навело бы на него подозрения в получении выгоды за счет клиентов.
В 1986 году Боски с помощью Майкла разместил собственные облигации, увеличив капитал до $1 млрд. В соответствии с существовавшими законами он мог оперировать заемными средствами в соотношении 3:1. Даже если не учитывать того, что Боски постоянно превышал свой лимит, его официальная покупательная способность достигла $3 млрд. Союз Милкена и Боски достиг угрожающих масштабов — по меркам корпоративной Америки. Практически любая корпорация чувствовала себя неуютно под взглядом крупнейшего арбитражера Боски. Его прибыль от разовых сделок переваливала за $10 млн.

Штраф за счет государства
Вся цепочка бизнеса Боски, граничившего с криминальным, начала рассыпаться во второй половине 1986 года. Деннис Ливайн был арестован SEC по подозрению в инсайдерской торговле. Ливайн решил сотрудничать со следствием и за информацию о своих партнерах отделался сравнительно небольшим штрафом в $12,6 млн и символическим сроком заключения. После разрастания скандала Боски согласился на признание в суде и, выплатив $100 млн штрафа, получил три года тюрьмы. Милкена же осудили на десять лет со штрафом $600 млн.
На этом дело легендарного арбитражера Ивана Боски было закончено. В тюрьме он отсидел всего два года. Говорят, год с него сняли за разоблачение своих бывших партнеров. А штраф в $100 млн прошел для Боски практически незаметно, поскольку, по разным оценкам, его состояние оценивается в $1 млрд. При этом он умудрился провернуть и еще одну небольшую махинацию — $50 млн он отдал акциями, которые вскоре подешевели на $13 млн, а выплатив остальные $50 млн, добился списания налогов на ту же сумму. После тюрьмы Боски ни в каких инвестиционных проектах замечен не был. С концом деятельности Боски и Милкена закончилась эпоха насильственных поглощений в США.
АЛЕКСЕЙ БАЙБАКОВ

Журнал "Коммерсантъ Деньги" №3 от 27.01.2003, стр. 42