Александр Церетели. Музыка в Саратове

Музыка в Саратове
Александр Церетели

Дата публикации: 29 Мая 2003

С обиновский музыкальный фестиваль в Саратовe неукоснительно и ежегодно начинается 18 мая и продолжается две недели. Нынешний - уже шестнадцатый. Не поворачивается язык назвать его "очередным" - настолько хорошо удается его организаторам всегда вкладывать новизну в устоявшуюся, апробированную и хорошо себя зарекомендовавшую форму музыкального действа.

Действительно, конструкция фестиваля прозрачна и понятна всем - от искушенных меломанов до тех, кто впервые отправляется в оперный театр. Скажем кстати, что именно это - встреча неофитов - и является главной и серьезной целью устроителей, и делается в этом направлении немало.

Первым "блоком" - открытием фестиваля - всегда оказывается нечто новое и масштабное. Здесь, во-первых, обязательная премьера оперы, затем - крупное симфоническое полотно, и, наконец, какая-нибудь изюминка для ценителей. Среди крупных полотен в разные годы присутствовали Третьи симфонии Малера и Брукнера , Реквием и " Ромео и Джульетта " Берлиоза, духовные сочинения Верди . В год встречи нового тысячелетия - когда антрепренеры всей страны изощрялись в разного рода "задумках" - в Саратове, не мудрствуя лукаво, поставили " Сотворение мира " Й.Гайдна, сказав, по нашему мнению, самое веское слово из всех возможных.

Не меньше впечатляет список премьер разных лет. " Тангейзер " и " Хованщина ", " Трубадур " и " Леди Макбет Мценского уезда ", " Вольный стрелок " в прошлом и " Русалка " в нынешнем сезоне - вот далеко не полный перечень того, что преподносит Саратовский оперный театр на фестивалях. Труд не остается незамеченным - галерея наград и дипломов впечатляет; есть среди них и "Золотая маска". Но гораздо больше воодушевляет творческая смелость театра и его художественного руководства: задачи ставятся сложные, а решение их всегда бескомпромиссно. К примеру, "Хованщина" ставилась одновременно с пафосным действом М.Ростроповича в Большом театре; результат же оказался таков, что наслышанный Борис Покровский уже после своей премьеры специально ездил знакомиться с новой постановкой в Саратов. Где теперь та столичная "Хованщина"? Где следующая?

Во втором "блоке" показывают текущий репертуар - оперный и балетный, с непременным участием именитых гастролеров. Им же предоставляется возможность для сольного выступления; в нынешнем году такими героями совершенно естественно оказались солисты Мариинки: сопрано Ольга Кондина и баритон Виктор Черноморцев.

Особняком в программах Фестивалей стоит - и привлекает значительное внимание - Конкурс конкурсов. Как явствует из названия, участвуют в нем уже состоявшиеся лауреаты, перед которыми теперь открывается возможность чисто творческого состязания. Для поддержания "чистоты эксперимента" в нем не участвуют местные, саратовские певцы, а также не выявляется единоличный победитель. Побеждают, так сказать, все - т.е., в конечном счете, побеждает музыка. Окончанием конкурса становится грандиозный гала-концерт, превращающийся действительно в настоящий праздник музыки.

Нельзя умолчать и о том, что с некоторых пор в программы Фестиваля стали включаться концерты представителей иной, так сказать, культуры. В разные годы это были Ю.Шевчук с группой "ДДТ", Сергей Чиграков - "Чиж и компания"... "Аукцыон"... В текущем году прозвучат "Звуки Му" с П.Мамоновым; программа "Шоколадный Пушкин" обозначена как "литературный вечер". В такие дни оперный театр, к ужасу персонала, подвергается сокрушительному нашествию публики (сказали бы - "контингента", если бы он не был столь неограничен!), имеющей совершенно иные представления о поведении в учреждении культуры. Руководство же театра стоически продолжает выбранную линию, твердо считая, что любым, в том числе и таким образом, этот самый контингент должен узнать дорогу в оперный театр, заподозрив существование иной культуры, далекой от столь понятной им непосредственной физической разрядки.

Параллельно всему проводятся семинары по истории оперы с участием авторитетных знатоков. Так, вагнеровскую тему комментировал Алексей Парин , немецкий романтизм - Михаил Мугинштейн . В этом году тема назвалась "Санкт-Петербургская оперная сцена: история и современность"; с интереснейшими подробностями семинар вела Елена Третьякова. Постановка задачи всегда серьезна: показываются, целиком или фрагментами, видеозаписи оперных спектаклей с подробным анализом, историей и сопоставлениями.

На каждый Фестиваль выпускается много печатной продукции. Причем не какие-нибудь хилые листочки: полноценный цветной буклет обо всем, отдельные буклеты на Конкурс конкурсов, премьерный спектакль, симфоническую премьеру. Если поет хор, то текст дадут с переводом в буклете, а также покажут на табло в момент исполнения. Кроме того, каждый участник и зритель получает брошюру с исчерпывающим сводом всех культурных акций в городе в дни Фестиваля, со всеми телефонами и фамилиями ответственных лиц. Не говоря уже о всевозможной символике в виде маек, кепок, сувениров, чайных и пивных кружек. Зритель видит значимость дела и ощущает себя участником большого дела. Надо ли говорить, что с посещаемостью в Оперном театре все в порядке?

Как было уже сказано, в этом году показали "Русалку" Даргомыжского. Этот шедевр отечественной оперы известен - и в то же время не известен, находясь как бы в тени великих полотен Глинки и Чайковского. Между тем высочайшей оценки она удостоилась именно от П.И.Чайковского, который утверждал, что мелодическая прелесть "Русалки", изящество кантилены и речитатива ставит ее "в ряду русских опер на первое место после недосягаемо гениальных опер Глинки".

Не пройдем мимо того факта, что театр и застрельщик всего значимого в нем - дирижер и художественный руководитель Юрий Кочнев - не стали фокусничать с подлинниками партитур или "аутентичными" инструментами. Скорее был избран "дягилевский" подход: произведение должно быть ярко показано и приближено к зрителю. Деликатно и разумно постановочный вариант был освобожден ото всего, что могло бы перегрузить спектакль: расстались с балетными номерами, немного сократили то, что не работало непосредственно на стержневую - трагическую идею оперы. Подчеркиваем - немного. Можно спорить и сожалеть о купюрах... Однако в результате трехактный спектакль заблистал именно музыкальными красотами, открыв нам музыкальное совершенство первоисточника, нередко пропадающее под привычной тяжеловесностью академических прочтений. Стихией музыки оказалась преодолена даже робость традиционного постановочного решения с непременной скамейкой справа, остающейся неизменной при всех перестановках действия (режиссер-постановщик и сценограф А.Сергеев), и выявлены недюжинные вокальные возможности исполнителей главных партий: сопрано С.Костиной (Русалка), баса В.Верина (Мельник) и, особенно, тенора А.Лукашевича в партии Князя.

Великолепно оказались решены хоровые сцены спектакля. Но самым важным действующим лицом оказался оркестр и его руководитель - профессор, Народный артист России Юрий Кочнев. Совершенство звучания, гармоническое единство, реалистический без преувеличений драматизм, тончайшее сопровождение сольных и массовых сцен - фундаментом всего музыкального здания оказался оркестр, послушный напряженной воле дирижера.

Далее следует сказать о симфонической премьере. На этот раз Юрий Кочнев вышел в область совершенно неизведанного и представил Пятую симфонию американца Филиппа Гласса , никогда в России не исполнявшуюся. Полное название сочинения - "Мост между прошлым и будущим. Хоровая симфония # 5 для солистов, хора и оркестра в 12 частях". Все в этом сочинении могло бы подавить слушателя: полный состав симфонического оркестра, 120 человек хора, включая детский, 12 частей, написанных на религиозные тексты от Ветхого и Нового Заветов до Корана, Бхагавад Гиты и даже Тибетской Книги Мертвых - если бы не удивительная простота и доступность музыкального языка симфонии. Кажется, это вообще свойство музыки Ф.Гласса - создавать "музыку для каждого" в лучших популярных традициях, музыку, понятную как простому обывателю, так и рафинированному знатоку, способному оценить совершенные звуковые краски, прихотливую ритмическую структуру и гармонично соединенные влияния различных музыкальных культур.

Добавим, что помимо титанической работы дирижера по подготовке и сведению воедино многочисленных компонентов огромного полотна, постановка симфонии обошлась театру в немалые деньги в валюте: соблюдение авторских прав на сегодня приобрело характер жесткой догмы, в соответствии с которой оплате подлежит решительно все, включая прокат, например, хоровых и оркестровых голосов, не говоря уже о всяческих правах на запись и трансляцию этого единственного, подчеркнем, исполнения. Радио и телевидению достались лишь маленькие фрагменты.

Наконец, последнее, на чем хотелось бы остановиться в этих кратких заметках - это концертная программа, которую мы назвали в начале "изюминкой для знатоков". Программа, названная "Басы XXI века", представлена как проект, имеет своего автора и содержит - всего-навсего - выступление девяти певцов разных городов и театров. Пусть не введет в заблуждение читателя наше "всего-навсего" - отношение к идее самое положительное. Скажем больше: нам кажется, что резервы замысла гораздо шире, чем это может показаться неискушенному взору.

Казалось бы, велика премудрость - собрать певцов и дать им петь. В Саратове, кстати, это сделали дважды: в прошлом году выступали тенора. Не все, однако, так просто. Концерт, как и любое сценическое выступление, вроде бы сопротивляется всякой состязательности. Неизбежны сопоставления, нередко создающие несправедливые предпочтения... Но на другую чашу весов ложится огромный метафизический потенциал оперного жанра, умноженный на выразительнные возможности каждого артиста. Перевес абсолютно очевиден: программа имеет оглушительный успех; публика начинает скандировать со второго номера. Сопротивляться нет никакой возможности; музыкальный материал подобран со вкусом и интеллектом; рядом с "хитами" звучат Шостакович, Прокофьев, Гершвин, Орф... Впрочем, даже из опер Верди выбраны неизбитые арии: Фиеско, Банко, да Сильва. Заканчивается все арией клеветы, которую поет "вся труппа", вызывая совершенно запредельный восторг аудитории. (Добавим, что при бисировании этой арии артисты начали "интернационально шутить": Дон Базилио запел не только на итальянском, не только на русском, но даже и на украинском языке, которым в третьем повторении порадовал многоопытный Тарас Штонда.)

Главное же, что удалось услышать и совершенно по-новому взглянуть на вокалистов самых разных амплуа, возраста и певческой манеры. Достойно показали себя "хозяева" - В.Григорьев, Н.Брятко и В.Верин, предварявший своим Мельником завтрашнюю премьеру "Русалки". Острохарактерно выступил в произведениях Россини и Прокофьева бас из Самары А.Антонов. Но самым, пожалуй, неожиданным оказалось знакомство с московскими певцами. Да-да, не удивляйтесь. В Москве вы можете сколько-нибудь сносно знакомиться с певцами, только будучи завсегдатаем какого-либо из оперных театров. Видеть их в концертной обстановке вы не можете или почти не можете. Московские театры игнорируют такую форму работы - на фоне заметной незагруженности труппы и постоянных при этом жалоб на отсутствие хороших певцов. На редкие сольные концерты в чаще всего выдвигаются не объективно лучшие, а те, кто по тем или иным причинам попадает в поле зрения телевидения или кого по неведомым соображениям начинают "раскручивать".

Между тем, как выясняется, певцы есть. Вот, например, три москвича, прекрасно выступавшие в Саратове. Это басы из ГАБТа Михаил Гужов и Александр Киселев, великолепно исполнившие не только сольные арии, но и весьма непростую сцену Филиппа и Инквизитора из " Дон Карлоса ". И это Владимир Байков, который не только блистал в орфовском Крестьянине и вагнеровском Вольфраме, но и замечательно справился с труднейшими соло на разных языках в Симфонии Гласса.

Мне могут возразить, что проект с басами прокатывается и в Москве. Да, возможно. Но как прокатывается? Можем ли мы ощутить себя одной из вокальных столиц, герои которой известны Европе и миру? Судите сами. Висит сиротливая афиша где-нибудь в Митине или Очакове. Хорошо, если поближе. В лучшем случае прозвучит информация по радио "Орфей". Где пройдет этот концерт? Скажет ли о нем пресса? Отреагирует ли зритель? Особенно, если ему 60 раз в течение часа отовсюду радостно сообщат, что, наконец, свершилось, и мы все дождались, сэр Пол осчастливил Россию, принят, обласкан и, несмотря на колоссальные политические препоны, возвратился в Советский Союз.

До той поры, пока это будет так, знакомиться с хорошими певцами мы будем в Саратове, Самаре или Перми. А также в Лондоне, Риме, Берлине... Далее везде.