Как уже сообщал ”Ъ“, АО «Татнефть» и немецкая Mineraloel Rohstoff Handel GmbH (MRH) создали СП Tatoil Development для работы в Ираке. По мнению экспертов, российские компании имеют больше шансов участвовать в послевоенном обустройстве Ирака, чем немецкие. В середине 90-х «Татнефть», столкнувшаяся с резким истощением запасов, решила искать применение своему потенциалу не только на российских, но и зарубежных месторождениях. Особенно активно компания пыталась закрепиться в Иране и Ираке. С Тегераном медленный прогресс был налицо, но Багдад оказался крепким орешком. Едва Казани удавалось официально или неофициально договориться с кем-либо из высокопоставленных чиновников в Багдаде, как тот попадал в опалу Саддама Хусейна и терял власть, а то и жизнь. Тем не менее, в 1997 году «Татнефть» сумела открыть представительство не только в Иране, но и в Ираке, и стать одним из наиболее активных участников программы ООН «Нефть в обмен на продовольствие». «Татнефть» обменивала иракскую нефть на трактора, экскаваторы и продукцию подконтрольной «Нижнекамскшины» - только в прошлом году в Ирак было поставлено 28 тыс. автопокрышек различных модификаций. Кроме того, «Татнефть» выступала оператором в ряде контрактов на бурение скважин, которые Багдад заключил с «Зарубежнефтью». Одновременно татарские нефтяники старались договориться с иракскими коллегами о сотрудничестве без посредников. Это удалось им настолько, что с началом войны появились сообщения о потерях «Татнефти» в Ираке, которые якобы превысят $1 млрд. Компании пришлось выступить с официальным заявлением о том, что ее «реальные убытки от войны в Ираке могут быть связаны со срывом контракта на бурение 33 скважин, точнее, с потерей завезенного в страну оборудования, стоимость которого не превышает $2 млн». Кроме того, «Татнефть» прекратила поставки в рамках программы «Нефть в обмен на продовольствие» - в частности, приостановив отгрузку шин по трем контрактам общей суммой $920 тыс. Руководители компании подчеркнули, что стремятся минимизировать эти убытки или избежать их.
Очевидно, «Татнефть», как и «ЛУКойл», быстро убедилась, что сделать это, не воздействуя на новую иракскую администрацию дополнительными аргументами, невозможно. Между тем, для татарских нефтяников ближневосточное направление уже стало стратегическим: ”Ъ“ рассказывал, что «Татнефть» «не исключает для себя» участия в торгах, на которые будет выставлен контрольный пакет акций крупнейшего в Турции нефтяного холдинга Tupras. На его заводах «Татнефть» предполагает перерабатывать не собственную нефть, а сырье, добытое в Иране и Ираке. Неудивительно, что альметьевская компания принялась активно искать способы усилить свое влияние на ситуацию - в первую очередь с помощью авторитетных западных компаний.
Как сообщило информагентство Energy Intelligence, что «Татнефть» и MRH создали Tatoil Development специально для работы в Ираке. Немецкая фирма - давний партнер «Татнефти», с которой MRH в январе 1998 года уже создала СП Tatoilgas. Изначально предполагалось, что главной задачей Tatoilgas будет повышение нефтеотдачи малодебетных скважин с помощью современных немецких и американских технологий. Но уже в 1999 году этот бизнес был признан нерентабельным из-за перемен в налоговом законодательстве, и СП сосредоточилось на разработке двух нефтяных месторождений в Татарстане (в этом качестве Tatoilgas считается одной из наиболее успешных малых нефтяных компаний, которых в Татарстане создано уже три десятка). В последние годы MRH, которую связывают тесные отношение с концерном BASF, пыталась расширить свое присутствие в Татарстане, посодействовав, например, доставке газового конденсата из Западной Сибири на АО «Нижнекамскнефтехим». Но дальше намерений дело не пошло. Теперь же партнеры всерьез настроены войти в новый Ирак. По сообщению Energy Intelligence, «Татнефть» и руководство Татарстана рассчитывают, что технологический и финансовый потенциал Tatoil Development позволит ему войти в список российских компаний для работы в Ираке.
Представители MRH и «Татнефти» отказались как-либо прокомментировать сообщение. По данным ”Ъ“, переговорами и подписанием учредительных документов занимался первый заместитель гендиректора «Татнефти» Наиль Маганов, который еще не вернулся из Германии. Владимир Семаго, председатель совета директоров компании «Энергопром» (она активно участвовала в программе «Нефть в обмен на продовольствие»), считает, что немецким и французским компаниям, как это ни парадоксально, будет сложнее вернуться на иракский рынок, чем российским. По его мнению, «США сильнее обижены на своих союзников, Германию и Францию, чем на Россию, и постараются не допустить их на иракский рынок». Примечательно, что в сообщении информагентства речь идет о вхождении Tatoil Development не в американский или международный список операторов, а лишь в российский. Очевидно, что лоббирование этого списка ляжет на российские компании и официальную Москву. Так что для немцев создание нового альянса было очень мудрым шагом. А для альметьевцев - очередной попыткой из разряда «лишним не будет».
ШАМИЛЬ ИДИАТУЛЛИН, ПЕТР САПОЖНИКОВ

Коммерсантъ (Казань) №94 от 31.05.2003, стр. 12

Немцы войдут в Ирак через Татарстан