| Президент Джордж Буш считает, что не несет ответственности за преувеличение масштабов иракской угрозы перед началом в марте антисаддамовской военной операции. На днях он напомнил, что вся информация о предполагаемой покупке Багдадом урана в Нигере (как выяснилось, ложная) и о других аспектах иракских военных программ была согласована с Центральным разведывательным управлением (ЦРУ). Получается, что это разведчики должны отвечать за искажение реальной картины.
Так как распределяется ответственность между разведчиками и Белым Домом? Своим мнением на этот счет с газетой «Время новостей» поделился бывший сотрудник бюро разведки и анализа госдепартамента США Грег ТИЛЬМАН, вышедший недавно на пенсию после 25 лет безупречной службы. «Служащий среднего звена одного из подразделений разведки США» (его собственные слова) считает, что главную ответственность за искаженную картину, полученную общественностью накануне вторжения в Ирак, несет все-таки политическое руководство страны.
-- Как получилось, что иракскую угрозу в Вашингтоне сочли самой серьезной?
-- Другие угрозы обсуждались в одном ряду с Ираком. Но никто не пытался честно сопоставить, какая из угроз -- Иран, Северная Корея или Ирак -- серьезнее. Хотя многим моим коллегам было очевидно, что как раз иракская угроза не самая сильная.
-- Почему все-таки три месяца интенсивных поисков следов оружия массового уничтожения (ОМУ) в Ираке так ничего не дали?
-- Я могу сказать определенно, что на конец марта, перед началом войны против Саддама, Ирак не представлял серьезной угрозы ни своим соседям, ни интересам США. Его ядерная программа достаточно эффективно была ликвидирована благодаря инспекциям ООН в начале 90-х годов. Потенциально опасные химические и биологические программы сводились в основном к поиску возможности их возрождения. Ирак, вероятно, не имел баллистических ракет, способных донести ядерные боезаряды до целей в Израиле, Саудовской Аравии или Южном Иране. Не существовало также сколько-нибудь устойчивых контактов, а тем более сотрудничества Ирака с международной террористической организацией «Аль-Каида».
-- Неужели разведка США в то время этого не знала?
-- В какой-то мере да, знала. Военная слабость Ирака, состояние его ракетной программы, отсутствие связей с «Аль-Каидой» секретом для разведслужб не были. Их оценки регулярно направлялись в администрацию и конгресс. Относительно других аспектов единодушия в разведке не было. Информации крайне не хватало, поэтому некоторые оценки в докладах разведки выглядели двусмысленными. Теперь ясно, что были и ошибки, иногда невольные, проистекавшие из добросовестного заблуждения, иногда намеренные. Но я бы не спешил наклеивать ярлыки: это ошибка, а это подлог. Разведывательный анализ -- дело очень сложное и деликатное. Некоторые нюансы теряются даже при такой простой, казалось бы, операции, как переложение разведданных на язык, понятный неспециалистам в сфере разведки. Кстати, ни госсекретарь Колин Пауэлл, ни его помощники не пытались влиять на выводы анализов, которые готовило бюро разведки внешнеполитического ведомства. Может быть, поэтому в выступлениях Пауэлла не было того, за что теперь вынужден оправдываться Белый Дом.
-- Ярый сторонник Буша, влиятельный законодатель-республиканец Том Дилэй говорит, что теперь, задним числом, конечно, легко разглядеть какие-то неточности то в одном, то в другом документе. Вы разделяете его мнение?
-- Я скажу так. Одна неточность на одной странице в открыто цитируемом документе, другая неточность на следующей странице или в следующем выступлении -- и перед нами очень скоро окажется искаженная, ошибочная картина действительности. Это ведет к ошибочным решениям и самым серьезным образом подрывает доверие к правительству США. Разведка же не связана напрямую с общественным мнением, ее материалы шли соответствующим лицам в структурах исполнительной и законодательной власти. В публичном представлении разведоценок стране представители администрации иногда просто опускали слова «предположительно», «вероятно», а иногда использовали данные только какого-то одного определенного агентства (чаще разведки Пентагона). Беседовал Николай СНЕЖКОВ, Вашингтон |
