Moscow Times: договоренность с Гусинским нарушена?

21 августа греческие правоохранительные органы преподнесли своим российским коллегам весьма неожиданный подарок, задержав Владимира Гусинского в международном аэропорту в Афинах. Причиной ареста стали отнюдь не новые обвинения против Гусинского. Как раз напротив. Бывший медиамагнат прилетел в Грецию, чтобы отправиться в праздничный круиз, однако его яхта напоролась на давно забытую, поросшую мхом мину, пишет сегодня The Mosсow Times (перевод на сайте Inopressa.ru).

Греческий сотрудник паспортного контроля, задержавший Гусинского, вероятно, почти ничего не знал о России. Он просто загнал имя пассажира в свой компьютер, обнаружил, что Гусинского разыскивают в России, и вежливо препроводил его в тюрьму со строжайшими мерами безопасности.

Не сложно догадаться, как дальше развивались события. Система правосудия, куда бы вы не отправились, почти везде одинакова: она движется по инерции. Проглотив человека, она его не выплюнет до тех пор, пока он не пройдет через всю пищеварительную систему. Пытаться вспороть живот греческой системе правосудия, равно как и любой другой, бессмысленно. Можно сколько угодно приводить логические аргументы: что обвинения против Гусинского имеют откровенно политический характер; что испанский суд отказал в аналогичном запросе еще в 2001 году; что "Газпром" отказался ото всех претензий к Гусинскому. Здравый смысл процесса не ускорит, пишет издание.

Также нет причин полагать, что греческие власти экстрадируют Гусинского. Они не станут этого делать.

И все же некоторые весьма интересные вопросы остаются пока без ответа. Во-первых, почему обычно осторожный Гусинский беспечно летит в Грецию? И почему генеральная прокуратура РФ до сих пор не направила запрос на его экстрадицию? И почему она открыто не возрадовалась задержанию Гусинского, когда оно произошло? О задержании Гусинского мы услышали только от агентства AFP спустя два дня.

Давайте посмотрим на эти вопросы с точки зрения логики, пишет The Moscow Times. Российский запрос на арест Гусинского пылился в Греции, как и в нескольких других местах, несколько лет. И Гусинский разумно предпочитал избегать посещения этих стран.

Так почему он вдруг решил отдохнуть в Греции? Что изменилось между 2001 и 2003 годами?

Главная перемена произошла в июне прошлого года, когда Гусинский продал "Газпрому" остатки своих активов в России - среди них контрольный пакет акций НТВ и 49% акций НТВ-Плюс - за 50 млн долларов. Это были те самые активы, за которые ему в свое время, когда он находился в российской тюрьме, предлагали 300 млн долларов. Тогда Гусинский отклонил это предложение. Кажется вполне разумным предположить, что если Гусинский продал за 50 млн то, что мог продать за 300 млн долларов, сделку, вероятно, должно было подсластить нечто, не связанное с деньгами.

Одним маленьким дополнением могло быть освобождение заложника: Антона Титова, начальника финансового управления "Медиа-Моста", которого в декабре 2000 года обвинили в мошенничестве особо крупного размера в отношении "Газпрома". А истинным подсластителем мог стать билет на "свободный выход из тюрьмы" для самого Гусинского.

Не успели Гусинский и "Газпром" заключить сделку, как начали распространяться слухи о том, что обвинения против него будут сняты, и что он, наконец, вернется в Россию, и что он даже уже вернулся и живет в своем доме в Чигасово. В этих слухах было нечто правдоподобное. Гусинский вел себя сдержанно, резко отличаясь от Бориса Березовского, который создал оппозиционную политическую партию и обвинял президента Путина во всех смертных грехах, в том числе и в терактах в жилых домах в Москве.

Подводя итог, можно сказать следующее: есть причины полагать, что Гусинский заключил неформальную сделку с российскими властями - он продает свои активы в России, а власти оставляют его в покое. Единственным логичным объяснением решения Гусинского провести отпуск в Греции этим летом кажется его уверенность в том, что российская прокуратура его более не преследует.

Он думал, что все уже было согласовано.

Но российские власти, по всей видимости, так не считали, резюмирует издание.