Михаил Местецкий. Месть буффонады

В четверг, 23 октября, в годовщину теракта на Дубровке канал НТВ показал плод своих продюсерских усилий - фильм "Третий вариант" Константина Худякова. Это первая попытка говорить о "Норд-Осте" на языке кино. И на фоне очевидного замалчивания трагедии, длившегося весь год, на фоне судебных неудач жертв трагедии, на фоне продолжающейся войны это высказывание провоцирует много вопросов.

Играем в грустное

"Третий вариант" был снят в рекордные сроки. И не потому, что сам "Норд-Ост", как кажется, отгремел только что. Год для кино - это море времени. Причина в чрезвычайной малобюджетности, в том, что 2 серии за 20 дней можно снять только по отчаянной нужде, когда на 21-й день не будет денег даже купить бутерброд режиссеру.

Вот так, буквально на коленке, за копейки, работая по 16 часов в сутки, в спешке неописуемой, решая еще накануне премьеры вопрос о том, сколько будет в итоге серий в фильме, сокращая и правя до последнего, авторы все-таки закончили свой проект.

И это прекрасно. Появился новый фильм, где блистательно бузит, изображая провинциального режиссера-тирана, Сергей Маковецкий. Где Игорь Кваша, давно не появлявшийся в кино, фыркает от выпитой водки - и как всегда пронзительно точен, обаятелен...

И хочется сказать себе: "Ну ладно, ведь это лучше - когда есть фильм, чем когда его нет. Ведь чем больше будет у нас фильмов, тем вернее и скорее создастся индустрия. Ведь никому не стало плохо от этого, пусть и сделанного на коленке, кино ?"

И тут попадаешь в западню обычной деликатной и тактичной риторики, к которой привык прибегать в разговорах о нашем кинематографе.

Нет. Станет плохо.

Не все йогурты одинаково полезны, - учит нас народная мудрость. И дитя наше - кинематограф - пусть, пожалуй, тешится в доме всем, чем угодно, кроме веревки повешенного дедушки. По крайней мере, пока.

Фильм "Третий вариант" повествует не о погибших на "Норд-Осте", не о выживших - он, как это ни странно, вообще не совсем о "Норд-Осте". Он о провинциальных актерах, готовящих премьеру "Вишневого Сада". "Норд-Ост" проходит фоном, задником, декорацией. Как оказывается в конце, единственная актриса этого маленького подмосковного театрика, уехавшая смотреть мюзикл, на самом деле надула своего мужа-режиссера и просто провела ночь у любовника. А телефон выключила. А телевизор не включала. А люди в театре волновались.

Авторы даже были вынуждены чуть-чуть поторопить штурм здания, ибо их история оканчивается добром и удачной премьерой Чехова уже на следующий день после захвата мюзикла. И судя по всему, неудобно было сказать: в нашей истории все вышло благополучно, это просто оказался курьез, ирония судьбы, но "Норд-Ост" там продолжается, да-да.

Пришлось поторопить историю. Пришлось штурмовать на два дня раньше.

Вообще, сюжет этот впервые возник еще весной на страницах повести Андрея Дмитриева "Призрак театра" , опубликованной в #6 журнала "Знамя". Критика тогда очень одобрительно отозвалась о произведении, нашла в нем множество художественных удач, и скользкая тематика никем не ставилась в укор автору. Действительно, повесть Дмитриева очень литературна, весьма театральна и лишь в последнюю очередь кинематографична. Все в ней прошито цитатами из Шекспира, Чехова - мы получаем некий новый "Театральный роман", говорящий с любовью и иронией об этом бедном сумасбродном племени неказистых актеров.

Зачем нужен был "Норд-Ост" Дмитриеву - неизвестно. Однако, в "Призраке театра" Дмитриева "Норд-Осту", действительно, удается маячить где-то за пределами текста, повесть пристально и глубоко исследует своих героев, это органически затмевает далекие события, наблюдаемые с определенной дистанцией. И чувство, что кто-то решил сорвать еще один куш на этой страшной истории, лишь смутно, еле-еле теплится в душе. В повести многое может быть сглажено лирической интонацией автора, который просто решил поговорить о себе, о нас, телезрителях этого кошмара, как-то вздохнуть, охнуть. Он ничем никому не обязан и денег чужих не отрабатывает.

Что же касается фильма, то там, в силу напичканности рекламой, в силу тяжеловесной, затратной механики производства, в силу того, что это медиа, НТВ , вещающее на всю страну, - такая тематика не может быть принята без упрека в тотальной спекуляции .

НТВ уже много раз подвергалось нападкам за некоторую свою беспринципность и цинизм (достаточно вспомнить сам "Норд-Ост" и интервью в прямом эфире у лидера боевиков Бараева), так что ни им, ни нам не привыкать.

Но и в самой, скажем так, стилистики фильма есть много некорректных, просто-таки нестерпимых элементов.

Когда случился "Норд-Ост", на наших глазах реальность - бандиты, боль, смерть - ворвались в театр, и это нас шокировало, оскорбило. Как же так, закричали мы, это ведь просто веселый театр! Многие видели кадры, как произошло вторжение: пляшут какие-то солдатики на сцене, куражатся, веселятся, и вдруг появляется дополнительный солдатик, почему-то огромный по сравнению с ними , настоящий , - и сбивает всю игру.

В фильме Худякова мы видим, как театр, другой, со своими ужимками и прыжками, врывается в трагическую реальность - и мы опять оскорблены! Я имею в виду и театр как объект художественного интереса этого фильма, и как субъект высказывания, то есть само это шоу на ТВ, в четверг, в годовщину "Норд-Оста", в прайм-тайм, с Квашой и Маковецким в главных ролях.

Возмущает общая развлекательная направленность фильма, его, по сути, абсолютно утилитарный подход к событиям, потрясшим всех год назад. В конце концов, возмущает его ликующий хеппи-энд, торжество отстранения. Надо заметить, что у Дмитриева развязка все-таки трагична, фильм же кончается бравурной ретрансляцией той всем нам памятной возмутительной лжи - "штурм прошел успешно, массовой гибели заложников удалось избежать".

Театральная игра, блеф, буффонада, эти накладные бакенбарды и слезы в баночке у гримера совершенно раскалывают разум. Видимо, у авторов существовала какая-то странная задача: сказать обо всем, случившемся на Дубровке, так беззаботно, чтобы людям стало хорошо... Но почему?! Почему от разговора о "Норд-Осте" обывателю с пультом в руках должно сделаться хорошо? Снимите фильм о чем угодно - о первой любви, о маленьком Путине, о смелых русско-украинских пограничниках, пусть, действительно, народ отдохнет душой! Но при чем тут "Норд-Ост"?!

Эта история априори не забавна. Это мутная вода со страшными преступлениями внутри.

Полон недоумения, я задаю вопрос режиссеру фильма, интеллигентнейшему Константину Худякову :

- Ваше кино, как вы сами говорите, не о Норд-Осте. Но меж тем его будут показывать в годовщину Норд-Оста, в день, так скажем, общих поминок. Как это объяснить?

И Худяков тихо, максимально, как мне показалось, искренне отвечает:

- Я не вижу здесь никакого противоречия. Вы понимаете, подобные трагедии мы всегда воспринимаем чуть-чуть издалека. В этом фильме мне хотелось показать, как такое событие становится вдруг очень личным для людей, непосредственно в нем не задействованных. Вообще, вот говорят: "Кто такой интеллигент?" Интеллигент, я все-таки думаю, это тот, кто может переживать чужую боль, как свою.

- Разрешите тогда спросить, не чувствуете ли вы определенного спекулятивного интереса у продюсеров, у НТВ?

- У меня, - отвечает Худяков, - такого интереса точно нет. Ибо время подобных спекуляций прошло. Это про Брежнева можно было сказать как-то что-то - и вот уже полный триумф. Где теперь эти спекулянты?

Что же касается НТВ, то, я полагаю, это, может быть, самый неспекулятивный проект из всех, что они делают. Ну что вы хотите, ведь это художественный фильм. Спекуляцией в данном случае было бы - знаете что? "Трендеть" попусту, перетирать эту тему, не обращая внимания на то, что причиняется боль людям. Это кино, безусловно, имеет терапевтическую функцию.

...И тут, поддавшись этой режиссерской уверенности, его обаянию, я вдруг начинаю подозревать: а нет ли здесь стратегии какого-то более высокого порядка?..

О "Норд-Осте" ведь явно телеканалам посоветовали поменьше распространяться, не муссировать эту тему. Похоже, существует определенная концепция, как страна должна оправляться от таких потрясений.

Шок, шоу и выздоровление

У мирающий от СПИДа Фредди Меркури, наверно, имел в виду только все самое хорошее, когда писал ту свою злополучную фразу, ставшую девизом всего шоубизнеса. Но, в общем-то, с его призывом иной раз трудно согласиться: с момента его смерти, в особенности - в последние годы, мы стали свидетелями таких шоу, что порой уже с сомнением думаешь: а нужно ли тебе продолжение?

На хорошем телевидении такого вопроса не возникает: "Конечно, нужно".

События 11 сентября, а позже "Норд-Ост", как известно, сопровождались оглушительными взлетами зрительского интереса, рейтинги как отдельных каналов, так и всего телевидения в целом, взлетали до сказочных высот. Поэтому вовсе не удивительно, что к моменту, когда дым и газ рассеялись, перед работниками телевидения встала большая проблема: что с этим делать? Как продолжать?

Что касается американского теракта, то самым, пожалуй, шумным достижением оказался кинокапустник "11 сентября" , в котором различные мэтры бились друг с другом в странном конкурсе на изворотливость. Стянувшие их жесткие рамки заключались не столько в строгом (по большому счету - безумном) ограничении каждой из новелл по времени (11 минут 9 секунд и 1 кадр - 11.09.01), а в той чудовищной ответственности, в той опасности, которая нависла бы над авторами в случае какого-нибудь их неделикатного решения.

Ведь мир был буквально потрясен филигранной работой CNN, невероятным саспенсом, жесточайшим эффектом достоверности, по большому счету - катарсисом того "кино", в котором нам показали теракт. И никто не смог бы вытерпеть хоть малейшую попытку подражательства. Просто плевком в душу было бы сейчас выпачкать эту чистую щемящую память об остром переживании. Повторения, реконструкции зрителю пока что совсем не нужны. Меж тем какого-то продолжения на ТВ хотелось - это витало в воздухе.

В случае фильма "11 сентября", все 11 режиссеров сняли свои новеллы как бы украдкой, побоявшись подойти к самому страшному, к самому дикому, желанному, к ядру динамики и экшена - к самим башням.

И это правильно на все сто - зритель к этому пока что тоже не готов. Слишком свеж пережитый стресс - у всех, не говоря уж об Америке. Впрочем, все впереди. Такой фильм будет снят, обязательно, и еще полетят с неба люди, и еще улыбнется в кадр пожарник, бегущий наверх и зашибаемый у нас на глазах лестничным пролетом, - дело времени. Как стало делом времени для Америки преодоление страшнейшей психологической травмы Перл-Харбора - и перевод национального шока в шоу с оторванными ногами.

Надо заметить, что авторы "Третьего варианта" находились практически в том же положении. Просто у них не было продюсера Алена Бригана с его большим кошельком. А у тех 11 был.

Мы пока тоже, чего греха таить, не готовы к реальным фильмам о "Норд-Осте".

И пока авторы фильмов, вроде "Третьего варианта" или "11 сентября", стараются ходить вкруг да около, как можно дальше от сложившегося образа катастрофы. По сути дела - говорить о катастрофе и одновременно не говорить, трогать болячку (чего, на самом деле, так хочет зритель), но не делать больно. И постепенно, тихим ходом переводить выбившуюся из всех норм документальность обратно в киноформат. Отвоевывать эту территорию у бессознательного.

Тонкая работа и тонкая терапия, если уж быть честным.

Ибо кому еще лечить перекошенное от стресса население, как не ТВ и кино. Ведь именно через экран весь мир был заражен. Не отличись в один прекрасный день братья Люмьер - и стало бы падение небоскребов / захват мюзикла чем-то вроде битвы при Лейпциге, то есть отдаленным звоном неизвестно где. А теперь возвращение спокойствия, читай - здоровья, для обывателя будет равняться ситуации, когда он включает телевизор - и крупный план падающих башен его не трогает. Это уже почти произошло.

В идеале, психологическое здоровье населения - это полное истощение, выхолащивание исторической памяти. И лекарством здесь может быть только медиа.

Конечно, нет сомнений, что гуманистическая забота стоит для шоу-бизнеса в самом конце очереди, почти за дверью. И разумеется, НТВ, по старой выправке держащее мертвой хваткой все актуальные темы сегодняшнего дня, включая терроризм, продюсировало свой проект "Третий вариант" не из чистого альтруизма.

Однако надо помнить, что на телевидении работают люди с почти мессианским сознанием. Определенная спекулятивность там как бы выносится за скобки, она есть всегда, это данность медиа, и на нее никто не обращает внимания. А вот судьба человечества, счастье обывателя, гармония мира - вот это темы, которые действительно заботят серьезных телепроизводственников. И странный, косвенно терапевтический эффект фильмов, подобных "Третьему варианту", вдруг в масштабах телевидения становится центральной, неоспоримой их заслугой и гордостью. Система блюдет свои глобальные интересы и, в сущности, может быть, ей вообще наплевать, нравится кому-нибудь ее кино или не нравится... Она заваривает все каши, она их расхлебывает, это же сверхпроект! И у нее собственные планы по твоему спасению.

Ужас конспирологии окутывает усталое сознание.