демократический принцепс

Путин - демократический принцепс
Выступление на заседании клуба "Открытый форум"

Глеб Павловский

Дата публикации: 29 Октября 2003

Это обязывает

Я предлагаю отделить моральное возмущение происходящим от того глубоко позитивного факта, что в страну возвращается политика, которую мы - и я один из тех, кто в этом участвовал, - последние три года старались подморозить, ограничивая Кремлем. В этом состояла задача, и она была решена.

"Завинчивание гаек" - чушь. Есть ли у нас в стране машина для закручивания гаек - сильное государство? Нет такой машины. В том-то и была проблема после избрания Путина в 2000 году, что государства не было, а спрос на него был, но был - в форме реакции. Задачей было, во-первых, остановить волну реакции, которая валом нависла над страной после избрания Путина, и во-вторых - использовать энергетику реакции - прямо скажем, кому нравится, кому нет, - в праволиберальных или, что то же самое, в национально-либеральных целях. Что и было сделано! Для этого была построена медиа-машина популярности, машина, производящая популярность, как смазку проведения непопулярных реформ. Эта машина строилась большей частью обдуманно, и, я считаю, она блестяще себя проявила в 2001-2003 годах. Хотя она не крутила гаек, она производила стабильность и умиротворение в товарных количествах. Запруженная и отсроченная реакция ушла в пар, а пар крутил турбину реформ. Но как любая политическая машина, и эта имела цену и издержки.

Цена - деполитизация элит. Один из мелких симптомов деполитизации - отказ от анализа. То, что мы все привыкли отделываться от анализа прибаутками и с серьезным видом обсуждать вещи, в природе не существующие. Например, "олигархов". Мы, здесь присутствующие, сперва населили страну ведьмами и колдунами, а теперь жалуемся, когда прокурор сажает за колдовство. Это, кстати, в России тоже не в первый раз - вспомним о "буржуях", в борьбе с которыми общество развалило "империю #1", а после выяснило, что буржуины есть только в сказках Аркадия Гайдара.

Путин родился из демократического взрыва, взрыва общественного доверия. Само нынешнее двоемыслие, на которое справедливо жалуется Л.Радзиховский, не вчера возникло: оно развилось в эти три года как феномен демократического конформизма, описанный Токвилем, - из заискивания выборных элит перед мнением избирателя. Страх, о котором здесь говорилось, не перед могучим якобы государством - где оно? Страх - потерять рабочее место в системе чудовищной популярности Путина. Я утверждаю, что вся легитимность Путина действенна в этом узком демократическом коридоре. Я уже говорил здесь ранее, что, как общественный лидер, Путин - "демократический принцепс". Выйдя за конституционные пределы, его принципат потеряет свою легитимность, а тем самым и свое доминирование.

Станет ли эта эрзац-машина разрушаться? Да она уже разрушается, она разбирает саму себя, и, в общем-то говоря, я призвал бы всех присутствующих помочь ее мирному автодемонтажу. Этот временный политический механизм исчерпал свою временную задачу, и, не покидая почвы Конституции Российской Федерации, мы можем его демонтировать. Поскольку речь не идет о государственных или общественных институтах. Речь идет о медийно-политическом агрегате, сложном, но не слишком хитром. Он три года успешно заменял собой программу, заменял общенациональный политический проект, но это кончилось. Президента он не устраивает, и, боюсь, никого из членов его команды он в старом виде не устраивает. Так что негативная часть работы будет выполнена в ближайшее время его собственными силами, а мы можем сосредоточиться на позитивной. Это и значит - "помочь Путину". Сегодня пора ставить вопрос - где именно возникает поле новой политики и вокруг чего на нем развернется борьба? Вот что самое интересное.

Я думаю, что вот это вам бы имело смысл обсуждать, потому что в страну возвращается реальная политика. И с разрушением прежней элитной схемы ее старый язык стал неинтересным. Все эти заклятия, типа "компромисс с властью". С какой властью, где, каким ее представителем, чей именно компромисс и за чей счет? Или - "власть и бизнес должны понять, договориться..." - это все старый язык. Он сегодня ничего не говорит, но будет упорствовать и мешать вашему участию в новой политике. Первые политические речи здесь зазвучали, это прекрасно. Господин Надеждин, господин Радзиховский говорили рациональным политическим языком. Это не значит, что я с ними согласен, но давайте разговаривать вслух. Не надо хоронить Путина и демократию - и собственную политическую автономию заодно. Если вернуть автономию обществу удалось даже в 70-80-х годах в СССР, тем более это возможно в наше время. Ресурсы есть. Но если ничего не делать, то ничего и не будет.

Я весь октябрь твердил, что за все три цикла выборов в Думу экспертам ни разу не удавалось в октябре спрогнозировать декабрьский результат, поскольку к началу ноября вся повестка выборов меняется. Но сегодня ясно, что вот мы и вошли в "ноябрьский перелом" и теперь сможем прогнозировать повестку дня политики, а значит, и выборов 2003-2004. Совершенно ясно, что в ближайшие недели старый "ЦУП демократии" будет доломан усилиями его собственного начальства. В этом смысле, "управляемая демократия" в ее прежней форме закончится. Политические обязательства либералов перед своей "бюрократическим авангардом" исчезнут, тем самым исчезнет и связанный с ними тормозящий "дружеский шантаж", добровольная неавтономия либеральных сил и то самое "двоемыслие" также. Возникнет открытое поле состязания политических стратегий. И вот новая повестка дня - борьба за выработку основной политической стратегии следующего президентства и за то, кто именно станет субъектом, центром выработки этой стратегии - потому что Кремль уже не сможет быть этим центром.

Уже сегодня никто не ждет нового курса от Кремля, добиваясь в первую очередь подтверждения прежнего. А Кремль импровизирует, что будет вызывать самые неожиданные для всех - и для Путина также - реакции. Чтобы работать с ними, необходима политика, а не всхлипы. Чтобы не ждать ни повесток от прокурора, ни пакетов со стратегией из Кремля, надо самим действовать стратегически. Еще раз - не надо жаловаться на силу государства, которой нет. Нам нужно государство, способное закрутить хотя бы две-три гайки, государство, как мощная корпорация, которая что-то способна сделать. Вы видели такое государство, оно у нас есть? Это проект, записанный в Конституции и обещанный стране Путиным, но Путин не обещал же, что все сделает сам! Прочитайте его речи, его ежегодные послания, - он много раз поклялся, что сделает это вместе с обществом. Прекрасно, - на этом основании общество вправе взять процесс демократии в свои руки, вежливо объяснив своему лидеру Путину, что именно ему надо делать. Вежливо, но твердо. Потому что, например, ни один Президент Российской Федерации не имеет политического права цитировать нам из наркома Ежова, как он сделал это вчера. Вчера Владимир Владимирович Путин буквально процитировал известный афоризм наркома Ежова, он звучит следующим образом - "Пускай хлюпики и нытики не кричат об угрозе закону, на страже которого стоит советская прокуратура! Но если даже прокуратура в чем-то и ошибется, советский суд, несомненно, восстановит закон и справедливость". Эти слова были сказаны за три года до того, как его самого и его жену убили по приговору суда, а его дочь с ее бабушкой заморили голодом.