Антон Мочалин. Человек и Система: размышления перед третьей "Матрицей"

З а последние полгода мир "Матрицы" значительно вырос и приобрел новые измерения. Вырос он в сознании тех людей, которые посмотрели фильм "Матрица: перезагрузка" и проект "Аниматрица" (коллекция мультипликационных фильмов, посвященных разным аспектам истории и функционирования Матрицы, а также борьбы вокруг нее) - и, может быть, еще поиграли в компьютерную игру "Enter the Matrix". Теперь мы знаем, как живут в подземном городе Зионе, последнем городе свободных людей, мы знаем, что не все машины и автономные программы Матрицы подчинены ее главной поработительной цели, а некоторые даже действуют против "администрации" Матрицы, мы знаем даже, что эта Матрица далеко не первая в истории. И еще мы понимаем, что все гораздо сложнее, чем нам казалось после просмотра первого фильма.

В целом весь проект "Матрица" перестал напоминать блокбастер с элементами философии и начал больше походить на развернутую философскую притчу (может быть - цепочку притч), богато украшенную чертами блокбастера и, после "Аниматрицы", некоторых других кинематографических жанров. Противостояние людей и машин уже не является самой существенной темой. В "Аниматрице" нам дали понять, что люди не оставили машинам другого выхода, кроме как загнать себя в Матрицу. Там же прозвучала фраза "Да будет благословенна любая разумная жизнь" - при этом из контекста понятно: "и люди, и машины", а сама фраза звучит как официальная идеология обитателей Зиона. В "Матрице-2" автономные программы Матрицы оказываются способными на самоотверженные действия и помощь людям (я имею в виду прежде всего Мастера Ключей), а сознание освобожденного, но не распростившегося с психологией раба агента Смита переходит из мира Матрицы в мир "реальный", обретя там телесную оболочку. В мире "Матрицы" теперь все совсем не однозначно, и гораздо сложнее стало проводить границу между "хорошими" и "плохими", между Матрицей и "реальностью".

При чтении обзоров второй "Матрицы", а также в частных беседах об этом фильме создается ощущение, что большинство посмотревших этот фильм людей не обратили внимания на самые важные темы, а сосредоточились на второстепенных вещах. В каком-то смысле вторая часть "Матрицы" не сильно потеряла бы, если бы там было меньше супер-современных спецэффектов и красивых боев - хотя все это оформление, несомненно, органично вписывается в общую художественную концепцию проекта. Зато "Аниматрица" - проект, похоже, сознательно не ориентированный на прокат в кинотеатрах, - четко показывает, на что нужно обращать внимание.

Можно выделить две основные идеи, заявленные на данный момент входящими в проект "Матрица" продуктами; на основе этих идей, по всей видимости, и будет развиваться действие третьей части фильма - "Матрица: революция". Первая идея: реальность и иллюзия, Матрица, - трудноразделимые вещи; в первой "Матрице" разделить их героям было проще, во второй, по мере поступления новой информации, это становится все сложнее и сложнее. Оказывается, Нео может изменять не только законы Матрицы: некоторые его чудесные способности действуют и в мире, который он и его соратники считают "реальным". Да и его противник, агент Смит, теперь действует не только в Матрице, но и в "реальном" мире.

Вторая идея - люди и машины также "вросли" друг в друга. Во второй части фильма появляется несколько намеков на то, что сам главный герой Нео, возможно, предназначен в своей роли Избранного для поддержания стабильности системы и служит, не зная об этом, целям машин. Этому посвящен очень важный для понимания идеи второй "Матрицы" диалог Нео и советника Хамана, члена руководящего совета Зиона - города свободных от Матрицы людей.

Советник Хаман говорит о том, что весь Зион зависит от машин, обеспечивающих тепло и электричество для подземного города, - умных машин, вроде бы подконтрольных людям, но настолько людям необходимых, что без них существование свободного города невозможно. Дальше он сообщает о том, что не знает сам, как работают эти машины, но представляет себе, в чем их назначение - давать тепло и электричество людям. Он не знает, как Нео совершает свои чудеса, но подозревает, что и у этой способности Нео есть какое-то предназначение.

Архитектор Матрицы сообщает Нео, что это действительно так - некий человек принимается на роль Избранного, когда необходима "плановая перезагрузка" Матрицы, не могущей долго существовать стабильно вследствие стремления людей к свободе и реальности. Нео отказывается от предложенного ему Архитектором "разумного" шага - исполнить миссию Избранного, пожертвовать жизнями людей Зиона и "перезагрузить" Матрицу, чтобы люди, спящие в ней, продолжили жить в созданном машинами виртуальном мире. Он выбирает продолжение борьбы, он выбирает попытку спасения Тринити, своей возлюбленной, хотя надеяться, кажется, уже не на что. Это решение - выражение этики главных положительных героев фильма, этики, воплощением которой является Морфеус.

Морфеус верит. Он верит не только в Нео как Избранного, который может остановить войну людей и машин. Он верит в то, что нужно что-то делать, даже если все обстоятельства складываются против людей, борющихся за освобождение. Он понимает, что возможности прямого противостояния людей машинам не существует - те превосходят людей по технической мощи и ресурсам. Он понимает, что можно делать ставку только на "человеческий фактор", скрытые внутренние возможности человека, олицетворенные Нео. Человек слаб как физическое существо, в этом своем измерении человек не может противостоять машине и так или иначе зависит от нее. Но человек силен своими внутренними ресурсами - именно благодаря им он создал машины, и именно эти внутренние ресурсы несут надежду на выживание человека, когда машины обрели разум и обратились против него. Морфеус верит и в то, что машины могут сами встать на сторону человека - он верит предсказаниям Пифии, хотя и знает, что она всего лишь автономная программа в Матрице. Вообще, после просмотра второй части фильма и "Аниматрицы" кажется, что новый союз людей и разумных машин в мире "Матрицы" возможен - возможен, наверное, именно потому, что машины, обретя разум, стали во многом подобны людям. Последний мультфильм "Аниматрицы" наглядно это демонстрирует.

Морфеус борется не с машинами самими по себе, а с тем, что люди стали рабами машин. Морфеус борется за истину, которая несет с собой пробуждение от виртуального "сна" в Матрице. Морфеус, как и все свободные люди Зиона, считает, что лучше свобода и непрерывная война за эту свободу, чем комфорт в навязанной людям стабильной Системе. Подлинный герой "философской" составляющей проекта "Матрица" - Морфеус, а Нео выступает пока в роли его необычайно талантливого, но еще не до конца нашедшего уверенность в смысле своих действий ученика. Нео творит "чудеса", но пока только Морфеус может указать ему, зачем эти чудеса нужны. И именно это понимание смысла борьбы делает Морфеуса этическим героем, в котором и заключено послание фильма зрителям. Это же делает этическими героями некоторых персонажей "Аниматрицы".

Многие сейчас говорят о том, что "Матрица" - это притча про нашу реальную жизнь. Мы так же, как и спящие в Матрице люди, завязли в "Системе". В Системе общественных и личных отношений, в Системе наших привычек и стереотипов. В Системе, которая навязывает нам свои правила, дает нам "спокойную жизнь" и "уверенность в завтрашнем дне" в обмен на нашу свободу - свободу искать истину и делать что-то новое, творить. Новизна приветствуется, только если она повышает стабильность Системы. Да, мы не можем без Системы жить - но если мы подчиняемся ей, а не контролируем ее, то наша жизнь начинает терять смысл - мы перестаем быть людьми, существами, имеющими право на свободу. Жизненная позиция Морфеуса - продолжать бороться за свободу, даже если все против тебя, - не может не приветствоваться любым, кто еще не смирился с рабством у убаюкивающих влияний Системы.

Ларри и Энди Вачовски, режиссеры проекта "Матрица", взяли на себя очень сложную задачу - донести в доступной современному человеку форме описанные выше идеи (мы не коснулись некоторых других важных тем проекта, но сейчас это не очень существенно). Третья часть фильма, судя по всему, должна будет дать какое-то разрешение тем противоречиям, которые были намечены в первых двух частях. Это противостояние людей и машин, с одной стороны, и их зависимость друг от друга - с другой; потребность в выживании и потребность в истине и свободе; способность принять иллюзию за реальность, жить внутри иллюзии - и поиск окончательной реальности. Выявить эти противоречия и продемонстрировать их публике получилось у режиссеров блестяще. Будем надеяться, что так же блестяще получится у них их разрешить, или, что более реально, показать путь, по которому можно идти, когда эти противоречия становятся условиями жизни.