| Группа «ДДТ» в «Олимпийском» Известный правдоруб земли русской, мощный певец, ненавистник тоталитаризма и попсы, поэт (а в прошлом -- художник, профессионально рисовавший Ленина), уроженец города Уфа Юрий Юлианович Шевчук и его команда «ДДТ» дают концерты очень редко. Но очень метко. Почему? В принципе, Шевчук в нашей стране и ближнем зарубежье может давать хоть по три сотни концертов в год -- интереса публики хватит с лихвой, ведь не только не исчерпан задел популярности, набранный музыкантом в советское время, но и за последние полтора десятилетия поклонников у группы явно прибавилось. К альбомам с откровенными хитами (типа «Осени»), которые группа выпускала в начале 90-х, сейчас прибавилось «Единочество» -- две концептуальные, но очень популярные пластинки. Тем не менее играет коллектив настолько редко, что ее большие концерты показывают по телевидению.
На концерт «ДДТ» в «Олимпийском», по свидетельству фанатов, уже за две недели до события нельзя было купить билеты! На такое стоило посмотреть. И Шевчук не разочаровал. Начали с относительно новой песни «Когда един» (с первой части «Единочества»). В ней почти нет музыки, это такой «тоталитарный рэп», под который Шевчук пощипывает акустическую гитару. Затем Шевчук, опять-таки сольно, с места в карьер, переходит к старым хитам: «Дождь», «Что нам ветер». Последнюю пел весь зал; впрочем, публика выказывала свое горячее участие чуть ли не на каждой третьей песне, так что повторяться не буду. Только на четвертой композиции, «Ты не один», на сцене появились остальные музыканты группы.
Для исполнения песни «Попса» (в оригинале записан амбициозным шевчуковским проектом под названием «Рок-группа») на сцену выходят гости: Александр Чернецкий (группа «Разные люди»), Алексей Горшенев («Кукрыниксы») и Илья Черт («Пилот»). На трех мониторах в это время демонстрируется нарезка самых свежих попсовых клипов (куда за что-то попал кусочек Шнурова из клипа «Мне бы в небо»). Нарезка -- в стиле советской пропаганды о бездуховном и загнивающем Западе: бассейны, коктейли, лимузины, шикарные певички с обнаженными спинами, кривляка Михаил Гребенщиков и все такое прочее... Как это ни смешно, но в конце концерта этот «хай лайф» («долче вита») материализуется: на сцену, под песню о трехсотлетии Петербурга, выскакивают женщины в боа из страусиных перьев. На их фоне бородатый Шевчук смотрится просто уморительно.
Полтора часа хитов пролетают как одна минута.
Ко второму часу, правда, темп слегка спадает, образуются некоторые длинноты. Юрий Юлианович читает стихи, рассказывает истории, общается с залом. В целом (и в деталях -- кинохроника на мониторах, фолк-ансамбль «Радуйся» и т.д.) сценическое решение концерта очень хорошо продумано и воспринимается непосредственно и естественно. После такого мощного и профессионального концерта становится неловко за «домашние» клипы «ДДТ», типа «Белая река». На сцене же все сделано крепко, музыканты играют без малейшей лажи, поет Юрий Юлианович здорово -- рычит и надрывается, что твой Том Уэйтс. Может даже спародировать дрожащий тенорок своего друга Бориса Борисовича Гребенщикова («Поздравляем БГ с полтинником!»).
Все это, конечно, никакой не рок, тем более -- «русский рок». Дело, разумеется, не в названиях, просто жанровые клише мешают правильному восприятию. Так, когда в очередной раз Юрий Юлианович дурашливо маршировал по сцене или ругательски ругал «проклятую попсу», стоявший рядом со мной коллега раздраженно приговаривал: «Ну юродивый, блин». И был... совершенно прав! Шевчук именно что «включает дурака», говоря о серьезных вещах, и на эту идею работает все, в том числе «невозможные на рок-концерте» женщины в перьях. Другой вопрос, что делается это по-роковому мощно (что для нас большая редкость), и песни вполне можно слушать как музыку, а иные тексты даже воспринимать как поэзию. Не говоря уже о том, что и то и другое находится в идеальном балансе, практически исключающем элемент случайности, и от того воздействие Шевчука на аудиторию настолько мощно. А потешаться над ним -- дело нехитрое, он и сам готов подставляться. Поведение Шевчука -- это как детское творчество, «представление» детей, насмотревшихся телевизор. Смешная и святая детвора -- строчка из песни «Дождь». Александр БЕЛЯЕВ |
