Илья Серов: С новым политическим Гадом
Вершит народ дела свои.
Пройдохи ищут славы.
Пророки — врут, поэты — пьют,
Богатство копит знать.
Стоит над миром Год Змеи,
Все злобны, как удавы,
И каждый хочет сам
В угоду
году
гадом
стать.
Михаил Щербаков
В голове зазвенело: «Посмотрим!», «А на это господин Дракон велел сказать - „Посмотрим!“»...
Бред какой-то. Или это о «Годзилле», обещанной после полуночи? Развить ассоциативный ряд я не успел. Времени было в обрез, бутылка ко времени не остыла, а вскрытие шампанского комнатной температуры требовало сосредоточеннности...
И тут таки да - явился Дракон. Нет, с «Годзиллой» обманули - ее казали через сутки. Вместо нее на экране показался субъект, видом и манерами неотличимый от одной из трех голов заглавного персонажа пьесы Евгения Шварца.
Дракон пространно поздравил всех с наступающим. Одет он был почему-то в одолженную у Нео черную рясу.
А недавний голос из ящика, оказывается, имел в виду, что сей субъект не только по виду, но и по восточному календарю именно таков.
Но даже это не помешало нам выпить.
Хотя, возможно, правильным было первое ощущение, и голос именно что льстил. Льстил не только и не столько самому персонажу, но и всем нам. Обращение к бестиарию небесному облагораживает нашу скотобазу в глазах ее обитателей...
*****
Много что произошло за время между просто и старым Новыми Годами.
Но когда я краем уха услышал, что «Единая Россия» имеет в Думе конституционное большинство - более трехсот голосов, - то поначалу решил этот край уха помыть.
Нет, я уже привык, что седьмого декабря в результате "Атаки клонов" им удалось получить процентов тридцать пять голосов, что вместе с одномандатниками давало около половины мест. Но до двух конституционных третей голосов чуток не хватало. И преодолеть разрыв было не под силу не то что Лукасу, но и Джексону.
Кстати, были там вроде бы трое от правых и четверо «яблочников», что вместе вполне тянуло на отряд Хранителей или джедаев - кому что нравится.
В чем же дело?
А вот в чем.
На съемках Саурон-знает-какого дубля одного из эпизодов третьей части «Властелина колец» в шатер вошел Элронд, откинул назад капюшон и произнес: «Присоединяйтесь к матрице, господин Арагорн!» Под эльфийским плащом Хъюго Уирвинга скрывался костюм и грим агента Смита. Дубль пришлось повторить...
Так вот, триста депутатов во фракции единороссов - не иначе как Смиты, спецэффект из коллекции братьев Вачовски.
Сам видел, как бывший правый, кандидат в Хранители Павел Крашенинников первым побежал: - "You?" - "Me, me, me..." - "And me too!"
"Это не Америка, масса Дик - это Африка!"
Это не Мордор и не Татуин - это Матрица!Но – повторю: и тут мы себе, похоже, льстим.
*****
Сомнения и подозрения относительно истинной природы нашего мира в очередной раз зашевелились после обвинений ЮКОСа в "бессистемной случке кроликов". И что-то еще там у них было со свиноматками... В своем провинциальном рвении контрольные органы из якутской глубинки затронули основы нашего государственного и общественного устройства.
Один мой друг, ныне покойный, зачастую выражал свое отношение к окружающей действительности словами: "Урюки, скотобаза!" Эти выражения он подчерпнул в начале восьмидесятых в Средней Азии, в самой южной точке нашей бывшей родины, в Кушке. Там он проходил действительную военную службу.
"Урюки" - суть солдаты родом из той самой Средней Азии. Не стоит упрекать его в национализме - он был чеченцем, и урюками при случае называл всех, кто того заслуживал, включая своих недисциплинированных соплеменников. Таких было много – автор также был навечно зачислен в эту категорию...
Что же до "скотобазы" - она, несомненно, присутствовала "на просторах Родины чудесной" и десять, и двадцать лет назад.
Мой друг вообще особенно остро чувствовал неправду, неискренность, подмену понятий и мотивов, одним словом, Матрицу - ее он, собственно, и имел в виду. Трудно сказать, что сказал бы он сегодня - 4 октября 1999 года его "жигуленок" накрыли ракетами с вертолета. Такие люди всегда гибнут первыми - Матрица не прощает.
*****
Наша корявая и кривая Матрица написана не иначе как на языке ското-бэйсик, фильм определенно приукрашивает действительность. И не только в России, мы - мы здесь - отнюдь не исключение.
Возьмем хотя бы слова, которыми у разных народов именуют стражей порядка. По-французски - la vache, переводится этот "лаваш" отнюдь не как "хлеб", это "корова". Эбби Хоффман придерживается того же смыслового ряда, именуя полицейских словами pig и porker (на русский переведено как "свынюки"). Возможно, русские "менты" - пока все же опера из другой оперы. Но есть и старое титулование - "легавые", которое сегодня хождения почти не имеет...
Однако та сторона жизни, которая сегодня считается "публичной политикой", в последние месяцы каждодневно свидетельствовала об обратном. Наша скотобаза не только не исчезла, но получила дальнейшее развитие, разделившись на ското-базис и ското-надстройку, которые диалектически друг друга дополняли.
Надстройка отвечала на народное обожание брейнальной любовью, переходя от случки бессистемной к систематической. "Минуй нас пуще всех печалей / И барский гнев, и барская любовь", - особенно такая.
Слова, употребляемые обитателями фермы, вполне тому соответствовали.
Жириновский в схватке за главное стойло страны попрекал коммунистов тем, что-де Зюганов, чьи покои находятся этажом выше, учиняет оргии "с поросячьим визгом": "Лошадей и свиней загоняют, девочек, мальчиков..."
Другие мобилизовали электорат, играя на тоске по потерянному раю Скотного двора. Программа была проста, у Платонова в "Котловане" об этом сказано устами младенца: "Всех плохих людей нужно поубивать, а то хороших очень мало". Разобравшись с врагами внутренними, предполагалось вернуть в лоно империи провинции, отложившиеся в годы смуты. Кажется, лет десять-пятнадцать назад то же самое говорили в самих этих провинциях - теперь не могут вылезти из войн и разрухи. Вот и нас зовут туда же, в разруху и войну. Как показали итоги голосования, многие повелись на блеяние дУшных козлов - так называется эта профессия, это амплуа политика на скотобойне...
А с наступившим годом Обезьяны нас поздравил Дракон. В свете начавшейся президентской предвыборной кампании почему-то хочется назвать его по имени: Каа. "Бандерлоги, подойдите ближе... Еще ближе..."
Все это серьезно, и весьма.
Скотобаза, стремящаяся вновь стать Скотным двором им. тов. Оруэлла, использует высокие технологии, действует по системе Dolby surround - то есть "окружили и долбят".
Из мира Оруэлла выхода не было, однако другие авторы не прекращали его искать - смотри, например, "Затворник и Шестипалый" Пелевина, или же "Побег из курятника". Но что могут нам дать персонажи, написанные на бумаге или слепленные из пластилина?
*****
В самом деле, что же делать? Кё фэр, господа? Фэр-то кё? Куды бедному крестьянину податься?
Есть ли выход, серебряная пуля или что-то еще?
У меня на этот случай есть Волшебное слово. Слово настолько важное, что исчезло - или было намеренно изъято? - изо всех словарей.
Слово это чудом сохранилось в "Повести о жизни" Константина Георгиевича Паустовского. Рассказывая о путешествии через Украину в годы Гражданской, он мимоходом упоминает важную, а для нас - важнейшую часть паровоза. Помните - снизу, у самых рельсов, решетчатую штуковину? На разного рода плакатах - вроде "Наш паровоз, вперед лети!" и "Хождение по путям опасно для жизни!" - эта деталь если не самая главная, то самая крупная: искажения, вызванные перспективой...
Это - "скотоотражатель".
По ходу прогресса, развития железнодорожного транспорта и естественной убыли поголовья деталь эта отмерла.
Теперь, похоже, надлежит запастись скотоотражателями в складских масштабах. Осталось только понять - что это и где это теперь. Не может не быть способа выйти за пределы слоя бытия, выдающего себя за реальность.