| Вторая пекинская встреча шести стран по Северной Корее завершилась заявлениями о ее «конструктивности», надеждами на будущие переговоры, отсутствием реального прогресса в ядерном разоружении КНДР и обвинениями Пхеньяна в адрес Вашингтона в «нежелании договариваться». Результат предсказуемый -- ведь отправные позиции КНДР и США так и не изменились.
Пхеньян хочет обменять свою ядерную военную программу на американские гарантии безопасности, на исключение из списка стран, поддерживающих терроризм, а также на экономическую и энергетическую помощь. Вашингтон считает, что предварительным условием нормализации отношений должно стать доказательное прекращение обеих ядерных военных программ КНДР -- как на основе оружейного плутония, так и на базе обогащенного урана. Наличие последней Пхеньян то невнятно признает, то отрицает, оставляя себе пространство для маневра.
Китай, Россия и Южная Корея склоняются к пхеньянскому варианту обмена. Япония стоит ближе к жесткой позиции США. Опасность реализации северокорейского варианта выхода из ядерного кризиса состоит в создании прецедента, демонстрирующего результативность блефа и шантажа в ядерной сфере. Минусы есть и у американской позиции: Вашингтон чрезмерно фокусируется на симптоме болезни -- ядерном кризисе, упуская возможность заняться ее причинами и связать нынешний кризис с проблемой корейского объединения в целом и задачами рыночной трансформации КНДР.
Сторонники обмена не совсем правильно оценивают роль Пхеньяна на шестисторонних переговорах как партнера, имеющего равные права с остальными участниками. В вопросах ядерного разоружения КНДР выступает как сторона, создавшая угрозу распространения ядерного оружия. И эта угроза должна быть устранена. Равноправным партнером для пятерки собеседников в вопросах нормализации отношений с внешним миром Пхеньян может стать лишь после возвращения в режим нераспространения.
Северокорейский режим делает ставку на военные факторы обеспечения собственной безопасности, он оправдывает тотальную милитаризацию внутренней жизни страны наличием внешней угрозы или поддержанием мифа о таковой. Партнерам Пхеньяна надо сознавать, что любой вариант полной нормализации отношений КНДР со своими «врагами» вступает в противоречие с внутренней логикой функционирования правящего режима.
В Пекине свои тактические задачи Пхеньян решил. Сам факт переговоров уже есть выигрыш политического времени -- например, в надежде на победу демократов на президентских выборах в США, ведь с представителями этой партии КНДР уже удавалось договориться десять лет назад. Уже полученная от Китая и обещанная Южной Кореей в награду за участие во встрече экономическая помощь поможет КНДР закрыть прорехи в хозяйстве накануне весенней посевной. Пхеньян немного улучшил свой международный имидж, показав готовность к переговорам. С другой стороны, он сохранил образ «внешнего врага» для внутренней пропаганды.
Остальные участники консультаций остались лицом к лицу с нерешенной северокорейской ядерной проблемой. Дело не в том, что общий итоговый документ в письменном виде так и не был принят. И не в том, что точная дата продолжения переговоров установлена не была. И даже не в том, что договоренность о создании (пока еще не само создание) рабочей группы «низкого уровня», которая должна будет заседать между встречами шестерки, может обернуться не более чем дипломатической бюрократизацией переговорного процесса. Проблема прежде всего в том, что у пятерки собеседников Пхеньяна все еще нет ясного представления о том, как реально обеспечить ядерное разоружение КНДР.
Пекинский переговорный процесс требует более широкого и скоординированного в рамках пятерки подхода к КНДР. Возможно использование следующей совместной схемы.
-- Возвращение КНДР в режим нераспространения, доказательное сворачивание обеих ядерных военных программ и полномасштабные инспекции должны стать предпосылкой дальнейшего дипломатического торга.
-- Предоставление КНДР со стороны пятерки гарантий безопасности, экономическое содействие и снятие американских санкций должны осуществляться в обмен на реальные рыночные реформы, политику открытости и демилитаризацию стратегии развития Северной Кореи.
-- Энергетическая помощь Пхеньяну должна быть предоставлена в обмен на его отказ от мирной атомной программы.
-- Шестисторонний переговорный формат надо сохранить. Однако регулярные встречи, на которые неизменно приглашается КНДР, следует проводить и в том случае, если Пхеньян отказывается от участия в них.
-- Нужно установить временной «дедлайн» для возвращения КНДР в режим нераспространения, за которым последует введение пятеркой полномасштабных экономических санкций.
Последний ход повышает планку требований к Пхеньяну и тем самым расширяет для пятерки пространство для маневра на переговорах. Василий Михеев, член-корреспондент РАН, руководитель программы «Азиатская безопасность» Московского Центра Карнеги |
