| Одна из самых ярких министров в новом правительстве Грузии -- это министр иностранных дел Саломэ ЗУРАБИШВИЛИ. Она из семьи грузинских эмигрантов, перебравшихся во Францию во времена СССР. И до минувшего месяца была гражданкой Франции. Более того, еще осенью прошлого года она, карьерный дипломат с 30-летним стажем, стала послом Франции в Грузии! В марте грузинский президент Михаил Саакашвили во время визита в Париж посоветовался с коллегой Жаком Шираком и принял неожиданное решение: назначить главу французской дипмиссии главой министром иностранных дел Грузии. В виде исключения ей предоставили второе, грузинское, гражданство. И вот г-жа Зурабишвили согласилась побеседовать с собкором газеты «Время новостей» в Тбилиси Михаилом ВИГНАНСКИМ.
-- Вы были последним главой иностранной дипмиссии, верительные грамоты которого принимал бывший президент Грузии Эдуард Шеварднадзе.
-- Это было за три или четыре дня до революции в минувшем ноябре, в последний его рабочий день. Хорошо помню, как я, насколько это было возможно для иностранного дипломата, призывала его выполнить свою историческую миссию, стать президентом всей Грузии, а не только лидером какой-то партии, отменить итоги парламентских выборов, назначить новые. Но Шеварднадзе целый час говорил со мной про Абхазию, про ее историю. Было ощущение чего-то нереального.
-- Насколько вам на нынешнем посту интересен опыт Шеварднадзе -- министра иностранных дел СССР?
-- Не думаю, что это может нам пригодиться. У него был большой аппарат, традиционная советская бюрократическая машина. У меня нет такого аппарата, зато есть компетентные люди, профессионалы.
-- Вы на этой неделе сопровождали президента Саакашвили в Брюссель. Уже появлялись сообщения, что в 2009 году Грузия может вступить в Евросоюз.
-- Не представляю, откуда это взялось. Ни на встречах, ни на выступлениях Михаил Саакашвили не называл конкретных дат. Только однажды пошутил, что хотел бы на момент вступления быть таким же молодым и энергичным. Возможно, кто-то отсчитал после этого пять лет. Разговор о датах невозможен. Сама Европа меняется. Нам сказали: начинайте работать над реформами и время вступления придет само. Пока мы прошли первый этап: Евросоюз для нас открыт. Важно, что нас рассматривают в этом контексте вместе с соседями -- Азербайджаном и Арменией. Это многое может принести в будущем всему региону.
-- Дата вступления Грузии в НАТО тоже не называется?
-- В Евросоюз вступить сложнее, нужны более радикальные реформы в различных сферах. Что касается НАТО, то здесь речь идет в основном о военных реформах. Мы сделали первый шаг и в этом направлении, представив в Брюсселе программу индивидуальных действий, которую должны утвердить на Стамбульском саммите Альянса в июне. В Брюсселе к нам все отнеслись очень тепло. Так бывает редко: ни негатива, ни критики.
-- Но Евросоюз и НАТО -- это завтрашний день. Сегодня Грузии необходимо упорядочить отношения с Россией.
-- Грузино-российские отношения должны быть нормализованы. Этому нет альтернативы. Это на первом этапе. А потом они должны стать дружескими. Нам нужны честные переговоры, чтобы определить интересы, красные линии, за которые нельзя переступать. До сих пор были игры -- то мы приближались к США, то нет. Никто не понимал, чего же хочет Грузия. И означало ли сближение с США дистанцирование от России? Грузия может стать местом сотрудничества России, США и Европы. Перед нами стоят глобальные проблемы. Это борьба с коррупцией, терроризмом, охрана границ, урегулирование конфликтов, стабилизация в регионе. Все это в интересах и России, и США, и Европы. Россия традиционно имеет здесь интересы, влияние. США получили это влияние в основном через экономику. Теперь черед Европы найти здесь свое место.
-- Как вы планируете работать с российскими коллегами?
-- В мае мы приедем в Москву на инаугурацию президента Владимира Путина. Но нам надо скорее приступать к переговорам по военным базам -- приближается июньский саммит НАТО в Стамбуле. До его начала можно достичь прогресса, если серьезно взяться. Другой вопрос -- рамочный договор (об отношениях с Россией - Ред.), который планируется подписать до конца года, здесь тоже надо работать в темпе.
-- Как вы смотрите на проблему российского военного присутствия в Грузии?
-- Это решаемо. Надо все обстоятельно изучить. От наших принципов мы не отойдем: суверенитет страны начинается с того момента, когда на ее территории нет иностранных военных, присутствие которых с ней не согласовано. Иметь российские базы или базы других стран на своей территории сегодня не в интересах Грузии.
-- Как же тогда курс на сближение с НАТО?
-- Сближение Грузии с НАТО -- это политическое решение, один из приоритетов, наряду с нормализацией отношений с Россией и интеграцией в Европу. Но это не значит, что мы откроем здесь чьи-либо базы.
-- Грузия на этой неделе послала 160 миротворцев в Ирак и собирается еще увеличить свой контингент. Насколько это своевременно?
--Так мы выражаем солидарность с американцами, которые поддержали нас в трудную минуту. Если хотите, это проявление грузинского характера: сейчас в Ираке сложно американцам, и мы должны быть рядом с ними. Еще один довод -- из области прагматики. Грузии на нынешнем этапе государственного строительства нужна армия, которая участвует не только в парадах. Армии нужен опыт, полученный в сложнейших ситуациях. Беседовал Михаил ВИГНАНСКИЙ |
