Лев Сигал. Жертвоприношение

Жертвоприношение
Дело прочно, когда под ним струится кровь

Лев Сигал

Дата публикации: 18 Мая 2004

Н а тропе информационной войны линия защиты губернатора Саратовской области Дмитрия Аяцкова , которому вчера предъявлено обвинение в совершении должностных преступлений, заключается в том, чтобы публично назвать своих недругов и тем самым изобразить в качестве противоположной стороны не государство и его высших руководителей, а отдельных государственных мужей с их личными интересами и амбициями. В качестве таковых были названы: прокурор Саратовской области Анатолий Бондар , заместитель председателя Государственной Думы Вячеслав Володин и, наконец, Козьма Прутков нынешней российской власти - пресловутый "питерский клан".

Обвинения в адрес саратовского прокурора несерьезны. Тот был просто обязан заручиться согласием генерального прокурора Владимира Устинова на уголовное преследование лица столь высокого ранга. И весьма вероятно, что Устинов, в свою очередь, консультировался если не с президентом лично, то уж по крайней мере с главой президентской администрации. Версия об интригах Володина, намеренного через год участвовать в губернаторских выборах, куда вероятней. Тем не менее вполне очевидно, что никакие усилия Володина ни к чему бы ни привели, если бы они не соответствовали общей линии Кремля. Ну, а выражение "питерский клан" - это сегодня лишь эвфемизм, используемый тем, кому невыгодно прямо назвать своим оппонентом президента РФ Владимира Путина. Одним из косвенных этому подтверждений в данном случае служат недвусмысленные комментарии "Российской газеты" - официального органа правительства России.

И, судя опять же по косвенным данным, в правовом плане позиция Аяцкова выглядит очень слабой. Иначе зачем ему было в субботу отказываться от дачи позазаний "до официального предъявления обвинения" , ссылаясь, по всей вероятности, на статью 51 Конституции РФ , позволяющую гражданам не свидетельствовать против себя? Выходит, все, что он мог сказать, было бы показаниями против него? Так ли ведет себя гражданин, убежденный в собственной законопослушности? Вчера обвинение Аяцкову было предъявлено. Можно предположить, что теперь он и подавно будет молчать, так как обвиняемый вообще не обязан давать показания. И вчера же в ответ на обвинение Аяцков взял отпуск. Очень похоже на выражение готовности поторговаться об условиях своей свободы.

Пожалуй, то, что против Аяцкова выступила именно федеральная власть как таковая, очевидно не только для экспертов, но и для большинства обывателей. Почему это происходит? Ясно, что "собирание русских земель" - идефикс Владимира Путина. В 2000 году, вскоре после своего первого избрания на президентский пост, Путин добился лишения глав субъектов Российской Федерации статуса членов Совета Федерации ex officio. Однако затем наступление на центробежные силы замедлилось, уступив место компромиссу во имя более приоритетных задач. Минувшей зимой Кремль даже позволил переизбраться на третий срок Муртазе Рахимову, фактически "отозвав" его неистового оппонента Сергея Веремеенко.

Но вот теперь, после второго избрания, Путин снова принимается за укрепление центральной власти. И выборочное уголовное преследование глав регионов - один из элементов этой политической линии. Наряду, например, с планами организовать выборы законодательной власти, притом прежде всего в субъектах, исключительно по партийным спискам.

Необходимо заметить, что как по множеству объективных показателей (например монополизация федеральной властью гражданского и уголовного законодательства и т.д.), так и в восприятии большинства населения Россия лишь номинально является федерацией, а на деле представляет собой скорее унитарное государство с вкраплением автономий. Так было и есть. При этом как в 1917-м, так и в 1991 годах провозглашение федеративного государства было не чем иным, как способом решить национальный вопрос, сохранив территориальную целостность. Путин при поддержке большинства населения пытается устранить последствия этих вынужденных мер и сделать Россию в полной мере единой.

Очевидно, что в таком деле без "показательной порки" нельзя. К тому же ни один из "пострадавших" глав регионов не выглядит невинной овечкой. При Ельцине тоже, надо сказать, возбуждались уголовные дела в отношении глав регионов. Двое из них - вологодский Николай Подгорнов и тульский Николай Севрюгин - были осуждены. Но вскоре обоим объявили амнистию. У Путина, лишившего губернаторов иммунитета, которым они обладали как члены Совета Федерации, развязаны руки. Сейчас имеются уголовные дела в отношении ненецкого главы Владимира Бутова , камчатского Михаила Машковцева , а также тверского экс-губернатора Владимира Платова . Но ни один из них, надо признать, еще не осужден и не отбывает наказание. Похоже, Дмитрию Аяцкову отведена особая историческая роль стать главной фигурой, которая отправится на заклание.

И Аяцков на эту роль подходит не в пример больше, чем Бутов, Машковцев или Платов. Эти трое малоизвестны либо из-за отдаленности и малонаселенности регионов (в случае с Ненецким АО или Камчаткой), либо из-за относительной бедности подведомственной территории (в случае с Тверской областью). Зато кто же не знает Аяцкова, возглавляющего Саратовскую область уже девятый год! Когда-то любимец Ельцина, представленный им президенту США в качестве преемника, Аяцков окутан целым шлейфом скандалов, баек и сплетен. Чего только стоят его планы легализовать проституцию! Или заявление о том, как ему приглянулся Билл Клинтон и как он завидует Монике Левински, над которым весьма потешался столичный политический бомонд и давал саратовскому губернатору обидные прозвища.

Вообще Дмитрий Аяцков всегда выделялся среди глав регионов своими шикарными, несколько экстравагантными костюмами и роскошными автомобилями. А слухи о его криминальных связях стали расползаться еще в 1996 году, как только он занял свой нынешний пост. Конечно, это были лишь слухи, не подкрепленные вескими доказательствами, но, как говорится, "осадок остался" - еще с той поры.

Как пишет "отец истории" Геродот, один персидский сатрап попросил во время прогулки самосского тирана Поликрата объяснить ему, в чем состоит секрет надежного удержания власти. Поликрат свернул в поле и стал выдирать те колоски, которые возвышались над нивой.