| Реформа правительства закончилась появлением 15-го министерства Владимир Путин недолго раздумывал над предложениями Михаила Фрадкова об оптимизации структуры федеральных органов исполнительной власти. Премьер представил новации в среду днем, а уже в четверг утром эти предложения стали указами президента.
Таким образом, спустя два месяца после мартовской реформы правительства президент и премьер провели работу над ошибками, которые во многом стали следствием спешки, вызванной стремлением Кремля продемонстрировать россиянам амбициозные устремления перед президентскими выборами.
Выборы прошли, президент переизбран, пиар-кампании утихли. Теперь все возвращается на круги своя. Похоже, по крайней мере отчасти правы те, кто в начале марта сомневался в утверждениях реформаторов. Реформаторы утверждали: структура федеральных исполнительных органов становится более компактной, более работоспособной и более управляемой, поскольку количество министерств сокращено в два раза. Уже тогда многих смущало огромное количество (62) созданных федеральных служб (ФС) и агентств (ФА). Несмотря на высочайшие заверения, не верилось и в то, что уменьшится общее количество чиновников.
Вчера сомнений стало еще больше, поскольку количество федеральных структур вновь увеличилось. Их теперь не 76, а 78. Министерств не 14, а 15, федеральных агентств 30 вместо 28. Правда, уменьшилось число федеральных служб -- с 34 до 33.
Причем если в блоке органов власти, руководство которым осуществляет непосредственно президент, структурных изменений не произошло, то в сферах подчинения Михаила Фрадкова они довольно значительные. Во-первых, разделили Минтранссвязь -- на Министерство транспорта и Министерство информационных технологий и связи. Впрочем, в таком решении президента нет ничего нового. В России всегда транспорт и связь, как говорится, проходили по разным ведомствам. Сведение этих отраслей в одно министерство два месяца назад многим показалось искусственным. Примечательно, однако, что если до начала весны в названии возглавляемого Леонидом Рейманом министерства (он, кстати, возвратился в насиженное кресло) на первом месте значилась связь, а затем информатизация, то сейчас на первый план выдвинуты информационные технологии. Если принять во внимание, что вчерашним указом создано подведомственное этому министерству агентство по информационным технологиям, а агентство по науке преобразовано в агентство по науке и инновациям (находится под управлением Минобразования), то становится понятно, что сфере «прорывных» высоких технологий президент и правительство придают особое значение. Леонид Рейман получил в управление не только новое агентство, но и еще два ведомства -- службу по надзору в сфере связи и агентство связи, которые ранее подчинялись Игорю Левитину, возглавлявшему Минтранссвязь, а теперь оставшемуся министром транспорта.
До вчерашнего дня г-н Левитин считался наиболее вероятным кандидатом на отставку. Однако Владимир Путин решил иначе, посчитав, видимо, что испытательный срок еще не завершился. То же самое можно отнести к министру культуры Александру Соколову, которого молва тоже отправляла в отставку. Причем премьер и президент нашли изящный вариант (в стиле «ни нашим ни вашим») разрешения конфликта, возникшего между г-ном Соколовым и главой агентства по печати и массовым коммуникациям Михаилом Сеславинским по вопросу лицензирования СМИ. Теперь этим будет заниматься новая федеральная служба -- по надзору за соблюдением законодательства в сфере массовых коммуникаций и охране культурного наследия.
Что до остальных министров, которые после инаугурации президента 7 мая оказались в обязательной отставке, не было никаких сомнений в том, что они сохранят свои посты. Так и случилось.
Отдельная тема -- надзорные органы. В последние два месяца в адрес правительства прозвучало немало критических замечаний. Критики указывали на то, что службы надзора не должны подчиняться министерствам, поскольку в таком случае есть реальная опасность возникновения конфликтов интересов. Похоже, до конца эту проблему решить не удалось, несмотря на создание и передачу под руководство правительства Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору. Ряд надзоров по-прежнему продолжает оставаться «под министерствами». Например, под Минсельхозом -- ФС по ветеринарному и фитосанитарному надзору, под Минтрансом -- по надзору в сфере транспорта, под Минфином -- страхового надзора и финансово-бюджетного надзора и т.д.
Впрочем, и без надзоров Белому дому есть за чем присматривать. До вчерашнего дня правительство руководило Федеральной антимонопольной службой и службой по финансовым рынкам, а теперь к ним прибавились (помимо службы по экологическому, технологическому и атомному надзору) еще две: по тарифам и государственной статистике (ранее обе подчинялись МЭРТ). Лично премьеру теперь подчиняются также агентство по атомной энергии и Федеральное космическое агентство, которые находились в ведении Минпромэнерго.
Кстати сказать, именно это министерство, возглавляемое Виктором Христенко, потеряло от повторной оптимизации больше остальных. У него «увели» две федеральные службы и столько же агентств. А ведомство, отвечающее за техническое регулирование и метрологию, преобразовано из федеральной службы в агентство.
Вчера же была восстановлена историческая справедливость: воссоздана Федеральная служба по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды (подчиняется непосредственно правительству) и Федеральная служба геодезии и картографии. Правда, последняя преобразована в агентство, почему-то подведомственное Минтрансу.
Докатилась оптимизация и до структур, подчиненных Владимиру Путину, в частности до управделами президента, которое с начала марта является федеральным агентством. Глава государства согласился с соответствующими предложениями управляющего делами президента Владимира Кожина. По словам президентского пресс-секретаря Алексея Громова, в них «учтена необходимость устранения дублирующих функций управления делами президента России, совершенствования работы данного ведомства». Более никаких подробностей не сообщается. Михаил ВОРОБЬЕВ |
