| Правительство решило не секретиться Принимая вчера новый регламент своей работы, правительство все-таки не похоронило собственное постановление №98 «Об информационной открытости». Хотя, судя по всему, отдельным членам кабинета министров этого очень хотелось.
Напомним, что это постановление было принято еще при Михаиле Касьянове, стало результатом достаточно острой внутриправительственной борьбы и обязывало министерства публиковать на своих сайтах все рассматриваемые на заседаниях правительства документы, не снабженные грифом "Секретно".
Премьер Михаил Фрадков решил особых дискуссий на сей счет не разводить. Видимо, чувствовал: что ни скажи, все равно критики не оберешься. А потому глава кабинета ограничился лаконичными замечаниями о том, что документ выверен, согласован членами кабинета, но все-таки -- «не догма». И если что, то, мол, поправим по ходу дела.
Члены кабинета как один не очень-то спешили говорить что-либо по существу столь щепетильного для бюрократов документа. Все министры довольствовались, очевидно, тем, что роль аппарата правительства по новому регламенту сведена к минимуму -- до экспертной. Но при этом как-то очень быстро смирились с тем, что роль премьера как арбитра между министрами значительно выросла. Возможно, они понадеялись на то, что у г-на Фрадкова при всей его работоспособности до всех министров и разногласий между ними просто не дойдут руки.
Регламент так и прошел бы на заседании правительства в единодушном одобрительном безмолвии, если бы не его автор, руководитель аппарата правительства Дмитрий Козак, который решил побороться с опасениями СМИ. Он заявил, что регламент ни в коем случае не покушается на постановление №98. «Постановление продолжает действовать», -- заявил г-н Козак. В регламенте есть только правила рассылки служебной документации, которые, по словам главы аппарата кабинета, никоим образом не отразятся на взаимоотношениях правительства и СМИ.
Однако несмотря на всяческие усилия премьера и руководителя аппарата правительства затвердить, что на постановление №98 никто и не думал покушаться, министр финансов Алексей Кудрин тут же постарался сказать нечто совершенно идущее вразрез с предыдущими ораторами. Со свойственной ему ловкостью, коротенько -- минут на десять -- он рассказал страшную-страшную историю про неких министров, которые придумывают некие законопроекты, далекие от «линии партии и правительства», а потом вбрасывают их «на рынок». И тут, дескать, начинается «бурное обсуждение» того, чего «партия и правительство» обсуждать вовсе бы не хотели. Это плохо, считает г-н Кудрин. И признался, что вот у него «проблемы с налогами». На эту священную тему норовит поразглагольствовать каждый министр. А министры, на взгляд г-на Кудрина, в этом вопросе некомпетентны, из-за чего порождают сумятицу в головах. В общем, вредят. Так что, по словам г-на Кудрина, постановление №98, конечно, вещь важная, но поскольку аннулировать его нельзя, то надо выполнять с изъятиями. А именно, г-н Кудрин предложил, чтобы действовало «неписаное правило»: ничего не выносить на публику (соответственно, и на министерские сайты), пока правительство не одобрило. Неожиданный отпор главному финансисту страны дал министр науки и образования Андрей Фурсенко. Он страшно возмутился идее «неписаного» засекречивания работы кабинета. «Министр должен иметь свою точку зрения. Иначе мы просто будем выглядеть идиотами, -- сказал он. -- Другое дело, что не следует выдавать ее за точку зрения правительства». Г-на Фурсенко довольно решительно поддержал премьер-министр. Он подивился идее запретить что-либо обсуждать и предложил министрам разделять две вещи: свободное общение с прессой и «слив» в массмедиа служебной переписки. На том и порешили. Вера КУЗНЕЦОВА |
