Андрей Ковалев. Аватара арт-рынка в состоянии стагнации

Аватара арт-рынка в состоянии стагнации
Андрей Ковалев

Дата публикации: 31 Мая 2004

П ервый раз я пытался посмотреть " Арт-Москву " в вернисажный день. Удалось плохо - слишком много отвлекающих моментов, вроде друзей и знакомых Кролика. В субботу сходил еще раз. На эскалаторе в метро "Октябрьская" по мерзкой журналистской привычке подслушал разговор трех интеллигентных леди, одна из которых воскликнула с пафосом - там, в ЦДХ выставка, "на которой все продают!" Ужас какой-то. Странное дело, в течении года в ЦДХ продают все, что угодно, вплоть до норковых шуб, но никого это не удивляет. Потом посмотрел на публику, которая стояла в очереди за билетами. Тоже, в общем-то, приятно. Но никакого отношения к трудолюбию критиков и прочей прессы поток народа, кажется, не имеет. Про " Москву-Берлин " тоже написали все, но Исторический музей, как говорят, стоит пустой. Современное искусство как таковое людей давно уж не интересует. Судя по интонации вышепомянутых достойнейших дам, людей в ЦДХ привела монетаристская мифология вокруг купли-продажи искусства, которая придала высочайший статус именно художественному рынку. Интересно, что экономика театра, например, никого особо не интересует, а вот глупое кентаврическое словечко "арт-рынок" по-прежнему будоражит сердца. При этом весьма солидные символические ценности, которые накопило современное искусство в девяностых, расточаются с катастрофической скоростью. Как батрак газетно-журнального рынка, могу твердо сказать - большинство редакторов как-то увядают и морщатся, когда им предлагаешь что-то написать о событии в какой-то отдельно взятой галерее. При этом они в один голос требуют всенепременнейше написать о рынке и западают на любую подставу, вроде самодеятельного русско-германского художника Николая Загрекова . И хором утверждают, что это "интересно". Порочная наклонность нашего общественного сознания к рыночно-антикварным ценностям и сегодня заиграла в полную силу - все издания в один голос отметили, что приметой времени стал мощный поток Уорхола в наши края. Но ведь это точно такой же информационный повод, что и покупка футбольного клуба на туманных островах.

Так что можно твердо сказать - взлелеянные девяностыми надежды на то, что за актуальным искусством выстроятся толпы новых меценатов, куда-то расточились. Рынок, судя по всему, не растет. Несмотря на то, что экономика в целом перегрета, а в сферу украшения жизни выбрасываются огромные деньги. Никто, кажется, пока еще и не пытался оценить размеры бедствия, можно только предположить, что на всяческие яхты, айвазовских и прочие цацки уходят миллиарды, если не десятки миллиардов, условных североамериканских единиц. Но в сферу современного искусства попадают жалкие гроши.

Покупателей очень мало, реальный контингент, кажется, довольно четко очерчен в традиционном разделе "Современное искусство из частных коллекций", который предваряет "Арт-Москву". На этот раз он назван "Женская команда" - можно только предположить, что искусство покупают по большей части скучающие барыньки, которым хочется быть модными и прогрессивными. Ничего прискорбного в этом нет - искусство на стендах представлено вполне качественное. Все хорошо, но только почему-то кажется, что прелестный покупатель такого сорта отличается несколько неустойчивыми жизненными устремлениями, которые в любой момент могут измениться. Возникает опасность, что попавшие в прелестные ручки вещи, часть из которых вполне музейного качества, могут раствориться в каких-нибудь пампасах. Точно так же, как и искусство девяностых, попавшее в корпоративные коллекции, вроде печально-знаменитой коллекции "Инкомбанка". Случайный коллекционер для искусства очень опасен, поскольку категорически не понимает ценности предметов, попавших в его руки.

На "Арт-Москве" меня человек десять спрашивали о том, какой именно стенд мне на этот раз понравился. Я отвечал крайне расплывчато - это все равно, что отвечать о психофизических кондициях старых друзей. Один зашился и стал яппи; другой, напротив, ударился в немыслимые амбиции и крушит все вокруг. Но в целом - ничего нового. Поэтому я всем отвечал, что понравилась мне как раз скука и предсказуемость. Все чистенько и аккуратненько, на своих местах, без эксцессов и провалов. Одна только проблема - ничего нового и в самом деле не появляется. Наверное, потому, что никому на самом деле и не нужно. Заминки по части предложения новой номенклатуры товаров как раз и свидетельствует о фатальном застое рынка.

Молодые критики уже успели посетовать на то, что "Арт-Москва" как-то завяла. Никто уж баранов не режет и прочих безумств не творит. Напротив, меня лично в высшей степени порадовала как раз разлитая в атмосфере залов ЦДХ скука. Ярмарка - она и есть ярмарка. Что в Коньково, что в Кельне, что в ЦДХ. Конечно, это очень печально, что времена веселого разгула канули в лету. Началась тупая взрослая жизнь в потребительском обществе. Художники пишут картинки, галерейщики картинки, инсталляции и прочие прекрасные вещи продают. Серьезные люди заняты серьезным общественно полезным делом. Только вот вся проблема в том, что даже самые удачливые галерейщики и на этот раз опять смогли только "отбить" расходы. Утешает лишь то, что наши торговцы искусством, как известно, держат свои яйца в совсем других корзинах. А на кунстбазар выходят с целью себя показать да людей посмотреть. Для чего нужны этим вполне вменяемым людям подобного рода бездоходные (или даже убыточные) бизнес-структуры, я знаю. Да не скажу. Перескажу только разговор с моей итальянской издательницей Хеленой Контовой из журнала Flash Art. Она отметила, что наш худрынок есть чистой воды симулякр. И сказала, что главный недостаток нашей ситуации - в фатальном отсутствии нон-профитных институций. На что я ей ответил, что таковыми, как это ни странно для европейского человека, и являются наши галереи. Начинали они, конечно, с энтузиазма и амбиций "построить цивилизованный арт-рынок". Хотели как лучше, а получилось как всегда - энтузиазм этих добрых людей превратился в хобби. А хобби, даже если оно отточено до профессионального совершенства, все же выведено из процедур символического обмена. Интересный все же факт - обладателями лучших собраний современного искусства являются как раз сами арт-дилеры. То есть продавцы и есть на этом странном рынке главные покупатели. Удивляться тут нечему, у нас все рынки получились какие-то кривые, не только рынок искусства. Меня трудно было бы заподозрить в том, что я - поклонник теории искусства об искусстве. Тем не менее, все же приятно подтвердить свои старые наблюдения о том, что в данной области монетаристские схемы как-то не работают.

С другой стороны, приятно, что резко уменьшилось количество виртуальных галерей, которые на свет божий появлялись только на "Арт-Москве". Тяжеловесной реальностью стали виртуальные проекты "Е.К.Артбюро", VP gallery, Artgentum. Возродился к жизни "Якут". Но материализация этих институций вовсе не говорит о появлении на рынке принципиально новых предложений, которые могли бы хоть как-то потревожить всеобщее благолепие, устроенное нашей художественной мафией. Для этого, увы, нет никаких экономических и эстетических стимулов.

И наконец, оказалось, что венок некоммерческих проектов, которые в былые годы почти затмевал скромное цветение нашего художественного рынка, стал понемногу вянуть. Можно только предположить, что лучшие из таких проектов были перенаправлены в сторону Московской биеннале , которая и в самом деле будет иметь место быть в начале будущего года. Как всегда, удручает, правда, что все опять происходит в атмосфере сугубой таинственности. Но с этим ничего не поделаешь - Виктора Мизиано и Иосифа Бакштейна уже не переделать. Происходящее у нас на глазах разделение рынка символических ценностей и кунстбазара - процесс интересный, но для меня лично очень печальный. Мне больше по душе прозрачные границы и размытые функции. А вот жесткая определенность и прочий тоталитаризм мне как-то совсем не по вкусу.