Мемориал концлагеря в Освенциме разрушают жители окрестных деревень

Разрушение мемориальной железной дороги в Освенциме практически завершилось, пишет газета Corriere della Sera, перевод статьи которой публикует Inopressa.ru.

Железнодорожная ветка пролегала примерно в 800 метрах от концентрационного лагеря. От нее осталась лишь дорожка, теряющаяся в кустах вдоль железнодорожного полотна, заржавевших и искореженных кусков рельсов, разбитых шпал, целого ряда бараков, за которыми начинается мемориал Освенцим-Биркенау. Прибывающие сюда посетители опускают глаза, некоторые надевают кипу. Когда-то ее называли Judenrampe - еврейская рампа. "Это была широкая платформа, освещенная прожекторами", - рассказывает Примо Леви в "Если это человек". Здесь останавливались запломбированные вагоны, именно здесь вдоль перрона прохаживались Рудольф Гесс и доктор Йожеф Менгеле в ожидании 1022 евреев, депортированных из Рима 16 октября 1943 года. Назад вернулись лишь 17. "Если быть точным, то на Judenrampe было отсортировано до 800 тысяч депортированных", - рассказывает Марчелло Пеццетти, историк из Еврейского архивного центра и один из крупнейших экспертов по Освенциму в мире.

Теперь здесь нет ни одной надписи, ни одной мемориальной доски. Но хуже всего, что в ближайшее время тут вовсе ничего не останется, утверждает историк: "Мемориальный центр демонтируется". Пеццетти недавно вернулся из Освенцима, он беседовал с руководством музея и с мэром Бржезинки.

"В течение последних двух месяцев разрушение носило систематический характер, виновато местное население, фрагмент за фрагментом Если бы мы не начали протестовать раньше, то не осталось бы даже того, что когда-то было железнодорожными путями", - рассказывает он.

Однако трудно что-либо предпринять, считает Пецетти: "Говорят, что земля и 20 бараков принадлежат государству и польским железным дорогам, что нет денег для восстановления мемориала, что охрана будет стоить дорого и так далее".

На протяжении многих лет Пеццетти настаивает на том, чтобы Judenrampe была включена в программу посещений и стала частью мемориала, "но теперь главной проблемой является ее спасение: я обращаюсь к Европейскому союзу и председателю Европейской комиссии Романо Проди, поскольку это часть европейской истории, это память о римском гетто, итальянских евреях, всех европейских гражданах иудейского вероисповедания, которые были истреблены в Биркенау".

Железнодорожная ветка, проходящая через ворота лагеря, была построена нацистами в мае 1944 года перед "венгерской акцией", чтобы ускорить уничтожение 400 тысяч евреев венгерской общины. Но Освенцим начался с Judenrampe: лагерь в Аушвице был построен в 1940 году по приказу Гиммлера, в начале 1942 был разработан окончательный вариант. Осенью 1941 неподалеку от основного лагеря было начато строительство того, что стало самым крупным концентрационным нацистским лагерем, сердцем "шоаха": Биркенау, "Березовый лес", где расположены общие могилы, самое большое еврейское кладбище на планете.

Judenrampe использовали с марта 1942 по май 1944 года. "Из миллиона трехсот - миллиона четырехсот тысяч евреев, доставленных в Биркенау, по меньшей мере 800 тысяч были отсортированы здесь".

Первыми прибыли евреи из Верхней Силезии, из Словакии, из крупных польских гетто, а также из других европейских стран: Франции, Нидерландов, Бельгии, Югославии, Норвегии, Германии, Греции, Италии.

Шломо Венеци - один из восьми оставшихся в живых из состава Sonderkommando, группы заключенных, работавших в газовых камерах и выносивших оттуда трупы. "Недавно я там побывал вместе с Марчелло. Все исчезает, и это несправедливо", - вздыхает он. Его привезли в лагерь 11 апреля 1944 года. "Было темно, холодно, был туман, тогда в последний раз я видел свою мать и сестру".

Сабатино Финци рассказал Пеццетти о судьбе римских новорожденных, "я был в центре толпы, немцы завернули детей в простыню и бросили их в последний грузовик". Историк говорит: "Это Judenrampe, и нет более важного места. Бараки должны стать частью музея, чтобы люди поняли, что же тогда произошло, и могли восстановить историю депортаций. Поэтому я обращаюсь к председателю Проди: Европа должна строить новое, не пренебрегая памятью".