Практическое применение ходулям нашли только американцы: в Штатах продаются промышленные модели для электриков. Очень удобно, когда надо поменять много лампочек, не надо каждый раз стремянку перетаскивать. Во всех остальных своих проявлениях искусство хождения на приставных ногах так же бессмысленно и прекрасно, как жонглирование, канатохождение и пускание мыльных пузырей. Чем и мило моему сердцу.

В Европе ежегодно проводятся крупные фестивали, собирающие ходулистов со всего мира. Зрелище феерическое – сотни Гулливеров в немыслимых костюмах расхаживают по улицам, танцуют и играют в футбол. В Москве на ходулях умеют ходить человек 60, люди все цирковые, промышляют тем, что устраивают шоу на презентациях и праздниках. Новичков со стороны этому не обучают – травматично, да и желающих почти нет. Всем кажется, что расплатой за первый же шаг будет гипс на ноге. А это совсем не так.

После долгих поисков я нашел парней, которые ставят на ходули своих друзей и, в принципе, не против обучать этому всех интересующихся. К назначенным 11 вечера приехал на «Алексеевскую», встретился с Пашей и Рафом, которые провели день в торговом центре, где с целью заработка бегали на ходулях наперегонки с детишками.
Мы вяло добрели до двора Пашиного дома, вышли на детскую площадку. Паша достал из длинной сумки метровые ходули:

– Главное – поймать темп: пара шагов вперед, пара назад, останавливаться нельзя. Сейчас поймешь, залезай на лестницу.

Я сажусь на ступеньки торчащей из песочницы детской металлической лесенки, и Паша широкими ремнями крепит к моим ногам ходули. Уже становится страшновато...

– Теперь держись за ступеньки и топчись на месте. Ноги в коленях сгибай, поднимай выше, как будто маршируешь.

То, что я вдруг стал великаном, – это даже не главное. Ощущения, не то что давно забытые, а просто напрочь стертые из памяти: я снова не умею ходить, ноги не слушаются и каждый шаг дается с трудом. Поднимаешь ногу, начинаешь заваливаться и еще крепче вцепляешься в лестницу, как в поручень детского манежа. Чтобы разжать пальцы, требуется волевое усилие.

Минут через пять топтания я начинаю коряво ходить вокруг лестницы, готовый в любую секунду вцепиться в нее снова. Через полчаса решаюсь на первый самостоятельный переход и с минуту маленькими шажками топаю 15 метров до качелей. Вслед летят наставления:

– Повыше ноги поднимай, чтобы не споткнуться. Мы тебя, конечно, страхуем, но если будешь падать – приседай, группируйся и заваливайся набок, иначе колени выбиваются на раз, а если на руки упадешь – кисти вылетят.
Все, качели. Дошел! Передохнув, возвращаюсь к лестнице и, сняв ходули, спускаюсь на землю, где продолжаю топтаться на месте в прежнем темпе – пара шагов вперед, пара назад.

– Эти ходули мы сами делали, из алюминия, они полтора килограмма весят, а мы учились на стальных, по десять кг каждая. И ты сейчас тут бродил, тебе никто не мешал, а представь: подбегает ребенок и вцепляется в ходулю или ни с того ни с сего бьет по ней ногой. А когда мы в Катаре выступали, вообще случай был отличный: местный детина, килограммов так 150, обхватил Рафа, поднял на метр над землей – и держит, смеется. На землю только минут через пять поставил. Ладно, смотри, что на них делать можно.

Паша надевает ходули и бежит в другой конец двора. Картина завораживающая, как будто не из нашей реальности. Двор с несущимся по нему в ночи существом на огромных ногах – похоже на фрагмент галлюцинации или сна. Паша возвращается и начинает прыгать на одной ноге, зажав другую за спиной.

– Самое сложное – по лестнице подниматься, но здесь это показать негде.

ОБУЧИТЬСЯ ХОЖДЕНИЮ НА ХОДУЛЯХ

Ассоциация ходулистов www.stiltwalker.net, Паша, 282 11 68, 8 903 545 70 24

Синдром Гулливера