КОНТРОЛЬНЫЙ ПАКЕТ СИЛОВЫХ АКЦИЙ

ОБСТОЯТЕЛЬСТВА

Россия становится страной декораций. Декоративная Дума, штампующая законы по принципу Генри Форда. Декоративные партии, равноудаленные от своих избирателей. Декоративные суды, решения которых известны до начала рассмотрения дела. Теперь...

Россия становится страной декораций. Декоративная Дума, штампующая законы по принципу Генри Форда. Декоративные партии, равноудаленные от своих избирателей. Декоративные суды, решения которых известны до начала рассмотрения дела. Теперь декоративным становится и бизнес.

Система не может работать без правил. Наивно полагать, что прежде такими правилами были законы. Бизнес жил по понятиям. Новой элите на них, похоже, наплевать. Вектор развития, направленный до последнего времени в сторону цивилизованного решения конфликтов, разворачивается на сто восемьдесят градусов, к эпохе беспредела. Только если в начале девяностых мерилом успеха была золотая цепь «с гимнастом», то сейчас — звездочки на погонах.

Точкой отсчета стала атака на «ЮКОС». Жахнули по самому большому и сильному игроку. Посмотрели на реакцию бизнеса. Бизнес подумал-подумал — и… решил, что так ему и надо. С тех пор аресты и обыски, а не собственно экономические события, стали главным индикатором фондового рынка. Аресты и обыски начали воспринимать как норму жизни. Арестующие и обыскивающие это почувствовали и окончательно стерли границу дозволенного. Сегодня ни один бизнесмен не может быть уверен в том, что, придя утром на работу, он не обнаружит у дверей офиса черные авто со спецномерами и мигалками. Красные «орластые» корочки стали универсальным — и единственным — инструментом решения корпоративных конфликтов. Прикрываясь ими, силовики действуют напролом, нахрапом и напрямик. Они проходят, как смерч, задевая не только мишень, но и все, что встречают на пути. Просто так, по инерции.

На прошлой неделе сотрудники Следственного комитета (СК) МВД провели силовой захват офиса Центрального московского депозитария (ЦМД). Все прошло в лучших традициях «маски-шоу» на Дубининской. К зданию неожиданно подъехали несколько машин, из которых вышли люди в форме и с автоматами. Нейтрализовали охрану, проникли в офис, выдворили большую часть его обитателей и занялись поиском документов. Им приглянулись не только папки с бумагами, но и сервер. Погрузив трофеи в автомобили, милиционеры отправились восвояси.

Биржа отреагировала моментальным обвалом котировок, самым катастрофическим с момента ареста Ходорковского. Индекс РТС «просел» почти на 6 процентов, а ММВБ — без малого на 7. Еще бы: речь ведь шла не об отдельном бизнесе, пусть и очень крупном. Действия сотрудников СК МВД создали риск для прав собственности тысяч акционеров. ЦМД — крупнейший регистратор в стране. Он обслуживает более трех миллионов клиентов, среди которых — РАО «ЕЭС», «СИДАНКО», «АвтоВАЗ» и множество других контор, крупных и мелких. Так вот, ни к кому из них у милиционеров претензий не было. Следователей интересовало исключительно движение акций в реестре Архангельского ЦБК. Остальные оказались «в отделении» просто так, за компанию. Из-за невозможности отделить мух от котлет.

Картинка просится в учебник по так называемым враждебным поглощениям в российских условиях. Это когда бизнесмен, вместо того чтобы честно купить приглянувшийся ему бизнес, начинает отодвигать его законного владельца, скажем так, околоправовыми способами: судиться с ним по городам и весям, проводить параллельные собрания акционеров, захватывать предприятие с оружием в руках и так далее. Один из распространенных методов враждебного поглощения — взятие под контроль реестра акционеров. Это можно сделать дистанционно: по решению «неподкупного» суда перевести реестр от одного регистратора к другому. А можно — физически. Ведь это — просто бумаги и записи на электронных носителях. И то и другое можно спрятать, уничтожить, повредить. Написал поперек перечня акционеров неприличное слово, вымарал пару названий ООО — и все: документ недействителен. Соответственно, восстанавливать его придется не без участия суда. А инвестиции в мантии, как известно, самый прибыльный способ вложения денег в российской экономике.

В этом случае, слава богу, ничего подобного вроде не произошло. Через два дня ЦМД восстановил работу в полном объеме и подтвердил сохранность данных. Но прецедент показательный. Особенно в контексте отношения к праву частной собственности со стороны силовых структур.

Пресловутый Архангельский ЦБК, из-за которого разгорелся весь сыр-бор, — объект затянувшейся корпоративной войны между Захаром Смушкиным, с одной стороны, Олегом Дерипаской и Владимиром Коганом — с другой. В ее хронологии уже встречались и параллельные собрания акционеров, и судебные разбирательства, и прочие непременные атрибуты сравнительно честного передела собственности. Но то — в Архангельске. Теперь же локальная разборка стала детонатором общенационального скандала.

Конечно, мы далеки от мысли о том, что следователи выполняли заказ одной из противоборствующих сторон. Да и в превышении полномочий их никто не обвиняет: обыск прошел с формальным соблюдением всех установленных законом процедур. Просто эпидемия арестов и обысков стерла все ориентиры при выборе средств. В том числе и у самих силовиков.

Силовые ведомства по сути своей — карательная система, ориентированная на разрушение, не способная к созиданию. Поэтому, если она начинает играть главную роль в экономике, разрушается и сама экономика. В условиях, когда человек не уверен, что завтра его бизнес не будет отнят, а сам он арестован, никто не станет вкладывать деньги в долгосрочные проекты, которые только и могут вытянуть наше многострадальное хозяйство. При столь высоких рисках снова актуализируется нехитрая схема: договорился с нужным чиновником, продал товар, купил домик в Швейцарии и уехал туда жить от греха подальше — посадят еще. Без закона бизнесменам жить было не страшно и даже удобно. А вот теперь придется и без понятий…

P.S. Силовой ресурс становится ключевым фактором развития бизнеса. А любой ресурс рано или поздно конвертируется в активы. Как это ни парадоксально, в России еще осталась непеределенная госсобственность. Не за горами третья волна приватизации. Кто может поручиться, что в сложившейся ситуации на аукционах мы не услышим «одна большая звездочка на погонах — раз…»?

КОММЕНТАРИЙ ЗАИНТЕРЕСОВАННЫХ ЛИЦ

Геннадий МЕЛЬНИКОВ, начальник пресс-службы Следственного комитета МВД:

— Сотрудники ЦМД могут говорить все, что угодно. Мы неоднократно обращались к ним с запросами. Вы понимаете, я же не следователь, а ведь именно у следователей возникли трудности с получением информации. Существуют разные способы предоставления информации, можно, в том числе, «дурочку закатывать». Я никого не обвиняю и не пытаюсь уличить.

Как можно определить, имеет электронный носитель отношение к делу или не имеет? Поэтому его полностью берут на проверку. Так же и с бумагами: если нужны несколько листов из папки, вы же не будете ее расшивать, отбирать — это надо, это не надо. Ведь именно после этого нас могут обвинить в том, что мы что-то нарушили.

Да и какая уважающая себя контора заявит, что у нее возникли проблемы из-за изъятия какого-то сервера. Ведь она должна беречь свое имя! А то получается, что если у них вдруг сервер водой зальет или электричество отключат, они тут же скажут: мы стоим, мы не можем работать — и сразу на рынке паника!

С нашей стороны неправомерных действий не было: ведь это и не в наших интересах — устраивать очередное «маски-шоу». Нам тоже нужно беречь имя. Мы просто стоим на страже закона, и если кто-то его нарушает — сколько мы можем ждать? Ситуация заставляет нас так поступать, но мы все делаем по закону. Их право говорить то, что они думают, они защищают свои интересы, но и переводить стрелки на нас — это не дело.

Михаил ДЕЛЯГИН, директор Института проблем глобализации:

— У нас существует реальная проблема — изъять все, до чего дотянутся руки. Это нынешняя схема давления на бизнес. Например, приходят следователи в магазин, торгующий телевизорами, и заявляют, что в этом магазине некий преступник купил телевизор. И для расследования им необходима вся информация о сделках этого магазина.

Таким образом, бизнес привлекают в качестве свидетеля, а не обвиняемого, при этом нанося ему ущерб. Так было с «ЮКОСом», когда у них чуть не изъяли сервер, без которого остановилась бы добыча нефти.

Другая проблема в том, что со стороны сложно определить, имеет документ отношение к делу или нет. Опять же вся «лишняя» информация может быть востребована: в случае если дело будет «расширено» и привлекут новых обвиняемых.

Наша биржа сейчас просто сыпется. «ЮКОС» разбирают, при этом государство не знает, что с ним делать. Таким образом выражается как беспомощность, так и агрессия. Сейчас некоторые представители силовых структур решили: раз такое можно делать с олигархом, то с простыми людьми церемониться вообще незачем.

Нужно создавать новые правила игры: вводить компенсационный налог, легитимизировать собственность, заставлять олигархов работать на общество, чего правительство как раз и не желает. Бюрократическому аппарату выгодно держать бизнес в подвешенном состоянии, шантажировать его. Эти идиоты сами загнали себя в угол и теперь не могут из него выбраться.

Из-за этого наблюдается обострение политических рисков. Падение фондового рынка, банковский кризис, который вообще уже стал примером для учебников: кризис был сделан из ничего, на ровном месте. И теперь все понимают, что в любой момент может просто «рвануть».

Записала Наталья КОПЕЙЧЕНКО