Игорь Манцов. Бойцы метафизического фронта
Игорь Манцов
Дата публикации: 16 Августа 2004
К то говорит? Да вот они: писатель Сергей Лукьяненко, режиссер Тимур Бекмамбетов, продюсеры Эрнст и Максимов. Спрашивать "кто говорит?" учил, кажется, Ницше. Умница Ницше : его вопрос сильно прочищает мозги. Никакого абстрактного "качества" не существует. Допустим, некто заинтересован в том, чтобы электробритвы почаще выходили из строя, потому что этому некту сильно нравится продавщица электротоваров.
Так и с "Ночным дозором" . Я рад ему по множеству причин. Например, сводив в Киноцентр малознакомую девушку, изучил таким образом особенности ее дыхания и устройство ее мозгов. Еще: на протяжении месяца становился центром внимания в любой компании, ибо все посмотрели "блокбастер" и желали сравнить свое мнение с мнением "критика". Еще: сейчас воздвигну на чужом фундаменте конструкцию своего текста.
"Погоди, не увиливай! Все-таки хорошее кино или нет?" - Мне-то какое дело? Где оно и где я ? Понимаешь ли ты, насколько твой вопрос не имеет смысла? Более того, разве это вопрос? "Кто говорит?" - вот вопрос. "Стоит ли это смотреть?!" - не вопрос . Если есть кого выгулять, если есть свободное время и свободные деньги, если, наконец, современное кино не кажется тебе диверсией дьявола, тогда иди и смотри. Не следует преувеличивать значение художественного творчества, красота мир не спасет. По преданию, падший мир обречен. Меня неизменно забавляют надутые от важности щеки мастеров искусств и наученных ими обывателей. Главное - не париться, спасаться самому, в индивидуальном порядке.
Итак, говорит известный русский писатель Лукьяненко . Писатели опять в моде. Некоторое время страна заинтересованно следила за новым русским, либералом и киллером, но потом решительно забраковала всех троих: легкомысленны, склонны к поспешным решениям, к аффектам. Потребовался испытанный тип: старый добрый русский писатель. Этот, напротив, размышлял о судьбах мироздания с пеленок. Тужился и наконец выстрадал мировую правду. Более того, грамотно пресловутую правду записал. В назидание современникам и потомкам.
Еще в середине 90-х я предсказал то, что ныне происходит на наших глазах: экспансию писателей в киноиндустрию. Достоевский и Сорокин, Толстой и Шукшин, Булгаков и Пастернак, Пушкин и Хрюшкин: погодите, скоро вся наша действительность будет сведена к их грамотным фантазиям. Считается, что люди с улицы спасти разрушенную перестройкой киноиндустрию не могут. Однако не только во всем цивилизованном мире, но даже в ортодоксальном Иране кином занимаются небумажные люди! Нет, в России не так. Власть боится русского человека с улицы, потому что этот человек по определению свободен . Никому не обязан, не связан корпоративными обязательствами, смотрит на мир в упор, а вдруг скажет полную, убийственную правду? Не дай бог, сделает это весело, с огоньком?! Пускай лучше безобидные писатели. Вот она, очередная Великая Книга: проверена временем, поедена молью, убита .
Я слышал, картонный сериал "Идиот" пользовался успехом разных слоев населения. Какое, милые, тысячелетье на дворе? "Идиот" - это благонравный, безнадежный канон : взгляд назад. Те, кому нравится, в сущности мертвецы. Вечер за вечером сверять глянцевое телекино с книжечкой, изданной миллиардным тиражом, - форменное безумие! Да, страна больна грамотой. Страна боится жить.
А между тем улица корчится безъязыкая. А между тем страна потихоньку оживает и ждет соучастия, сопереживания, адекватных речевых жестов. Навсегда запомнил момент, когда впервые за полтора десятка лет мертвецы дали слабину. Девятого мая 2002 года, возвращаясь из гостей, завернул в тульский парк культуры и отдыха, где проходили праздничные гулянья. Год назад, день назад ничего подобного не обещалось, зато теперь в вечернем воздухе был разлит давно позабытый страной биологический восторг! Еще недавно по грязным улицам ходили вялые, угрюмые, бесполые дегенераты. Как вдруг: воля к жизни, плавно переходящая в томление плоти. Пили иначе, чем вчера. Улыбались, целовались и разговаривали - иначе . Растворившись в толпе знакомых и незнакомых людей много моложе себя, я бормотал что-то вроде: "Еще не все потеряно, еще есть шанс. Последний".
И вот этим молодым, этим взыскующим жизни девушкам и парням в качестве языка самоописания, в качестве образца для подражания предлагается некрофилическая история про то, как два закомлексованных чудака братаются над окровавленным и, значит, бесполезным телом красавицы Настасьи Филлиповны! Хуже того, молодым предписывают испытывать чувство неполноценности в случае, если они не пожелают с чудаками идентифицироваться! Эту элитарную фабулу тиражируют на всю страну, впаривают в лучшее телевизионное время.
Одновременно молодым подбрасывают невменяемую картину "Займемся любовью" , где под видом кальки с американского кино осуществляется ревизия всех мыслимых жанровых клише. Положительный, по мнению наших продвинутых авторов, паренек трахает свою бывшую подружку прямо на ее свадьбе, в белом платье, в туалетной кабинке, оставляя в дураках доверчивого жениха, Бандита Боксеровича. После того как жених закономерно наказывает ублюдочную парочку, авторы не устают транслировать свое слезоточивое сочувствие изменщице и соблазнителю! Где, в каком "бездуховном" американском мейнстриме вы видели что-нибудь подобное?! Нигде, никогда.
Жрецы литературного канона, знатоки "Идиота", ругающие "стиль MTV" и презирающие американские молодежные комедии, делают одно дело с деконструкторами жанрового искусства, якобы приобщающими нашего человека к западным ценностям. Трахать чужую невесту в туалете - это не западные ценности, а ваши местечковые. Пускай те и другие не сядут за один стол, не подадут друг другу руки, что с того? Они в равной степени блокируют живое .
Достоевского с Шукшиным жалко не меньше, чем оскорбленного Боксера Бандитовича, жениха. В сущности, зачем элитарным писателям-классикам телевизионная аудитория? Зачем случайные потребители? Ни денег, ни здоровья не прибавляют. С Лукьяненко несколько проще: тут никто не виноват, он сам пришел . За Лукьяненко искренне радуюсь. Не Акунин, конечно, но пускай тоже заработает.
Однако там, где большие деньги, там массовая культура. А там, где предусмотрен массовый зритель, логично ждать выполнения всех жанровых обязательств . Еще раз: писателю - канон, кинематографисту - жанр, не путать. Что в этом фильме симптоматично и нестерпимо? То, что канон подавил жанр. То, что глобалка заместила текучку .
Итак, говорит Тимур Бекмамбетов . В 90-е он сделал тысячу рекламных роликов. А что такое реклама ? В антропологическом смысле это воплощенное женское "хочу". Вспышка света, каприз, своеволие и необязательность. Даже самый никудышный мужчина заранее знает, чего ему надо. А женщин приходится подталкивать, соблазнять. На что они в конечном счете ведутся, клюют? Никогда доподлинно не известно. В этом страшная, убийственная сила женского . Мужчина ставит на деньги, на внешность, на обаятельный треп. Однако сегодня женщина рассчитывает на иные деньги, на другую внешность, на молчание, в результате полный провал. Человек, привыкший идти на поводу у женского "хочу", теряет нить жанрового повествования.
Ведь что такое жанровое кино? Это мужское "надо", дисциплина, полная определенность. Если автор выносит имя героини в название ( "Водитель для Веры" Павла Чухрая ), то он за героиню отвечает, не имеет профессионального права бросать героиню на растерзание подонкам. Если фабула основывается на том, что главный герой пожелал любимой и ее нерожденному ребенку несчастья ("Ночной дозор"), значит, у автора должны быть очень серьезные основания два часа возиться с этим героем, позабыв, позабросив ту самую любимую, словно проказливую собачонку, словно персонажа массовки. Тот, кто рассматривает "Ночной дозор" и картину Чухрая в качестве адаптации западного жанрового кино, жестоко ошибается. Адаптирована технология изображения, картинка . Все остальное незаемное, свое. Не случайно, говоря о стремлении создать "моду на российскую действительность" , Бекмамбетов называет единственно "стулья, стены, машины" . Он мыслит в категориях комфортного дизайна.
Итак, писатель Лукьяненко приобщил команду успешных дизайнеров к традиции русской духовности, к вечному. "Достоевский" в режиме высоких технологий - вот что такое "Ночной дозор". Тем заметнее пренебрежение авторов к человеческому содержанию, к "малым сим".
Подчеркиваю, уточняю: мое расхождение с современной российской действительностью носит сугубо эстетический характер , я не настолько самоуверен, чтобы рисковать состязаться в духовности с кем бы то ни было. В конечном счете я для этого слишком мал . Напротив, не в первый раз требую от "наших" внимания к азам, прописям, азбуке. Оставьте достоевское Пушкинскому дому и многочисленным филфакам. На достоевском топливе страна далеко не уедет (никуда не уедет!). До сих пор в демократической России не проработан основной, базовый сюжет мироздания. Лицом к лицу встречаются юноша и девушка, мужчина и женщина. Как меняются их взгляд и дыхание, куда тянутся руки, чего требуют слова? Неизвестно. Мы не видим этого, не знаем. По улицам Тулы, по улицам Москвы, по диким степям Забайкалья ходят миллионы юных, которые хотят наконец жить . Если их не травмировать некрофильскими сюжетами, если им верить, если их любить , они откроют все десять заповедей заново.
Однако их не любят. Им не верят. Их боятся. Их подозревают в самом худшем, глушат "нравственностью" старые грешники! Не случайно едва народившемуся герою "Ночного дозора", подростку, назначено быть плохим, темным, служить силам Зла. Так устроили старшие товарищи: "дневной дозор", "ночной дозор", все эти бессмысленные бойцы метафизического фронта.
Советское ханжество сменилось пошлой скороговоркой. Вместо слишком человеческого на повестке снова утопия, поиски земного рая и философского камня. В результате героиня "Ночного дозора" выброшена на помойку сюжета, а героиня Чухрая застрелена. Базовые жанровые задачи не решены. Новая песня Сергея Шнурова удачно стилизует постсоветскую антропологическую норму: "Замечательный мужи-ик меня вывез в Геленджи-ик!" Вывез, а потом бросился в метафизическую воронку спасать мир.
Посадить напротив друг друга парня и девушку. Держать сцену десять минут, полчаса - вот актуальная задача. Как в гениальном , презираемом нашими мыслителями MTV-шном сериале "ФАКультет". Пускай "ночной дозор" бегает наперегонки с "дневным", пускай "темные силы нас злобно гнетут". Главное, чтобы этим двоим понравилось быть вместе.