| В Чечне выбирают нового лидера републики За ходом досрочных выборов президента Чечни в Грозном наблюдал специальный корреспондент "Времени новостей" Иван СУХОВ.
О том, что выборы состоялись, глава избиркома республики Абдул-Керим Арсаханов объявил в воскресенье уже в два часа дня. Из 585 023 внесенных в списки избирателей к этому моменту проголосовали 249 015, или 42,56% при необходимых 30%.
Рекордсменом явки на два часа дня был Надтеречный район -- 56,3%, самым отстающим -- Старопромысловский район Грозного, на который неделю назад напали боевики, -- 21,8%. В целом по Грозному явка была зафиксирована в районе 35%. Это несколько ниже, чем в целом по республике, -- в городе и раньше всегда были сильны протестные настроения. Возможно даже, что избиркомовская оценка активности жителей чеченской столицы несколько завышена.
Эти выборы в Грозном мало отличались от всех предыдущих -- большая часть участков выглядит пустынно, милиционеров больше, чем избирателей. На некоторых участках при появлении журналистов начинается суета, и мгновенно образуется массовка. На иных - избирателей организованно привозят автобусами, на полчаса возникает толпа, а после их отъезда снова наступает душное затишье -- в Грозном жаркое лето.
Справедливости ради надо признать, что, несмотря ни на жару, ни на выборы, народу в городе осталось явно больше, чем обычно в такие важные политические моменты. В октябре, например, перед голосованием Грозный почти опустел -- те, кто не уехал из города, сидели по домам, потому что в канун выборов всегда появляются слухи о вторжении боевиков. Но на этот раз отбояться успели заранее -- слухи о нападении оправдались, но произошло оно за неделю до выборов. Поэтому кое-какой народ на улицах все-таки встречался, и даже на рынках шла торговля, хотя и меньше обычного.
Однако в центре людей почти не было, и единственная обустроенная площадь с фонтаном у здания «Грознефтегаза», где раньше была резиденция правительства и президента Ичкерии, в день голосования и накануне оставалась безлюдной. Но в других местах работали магазинчики и кафе, а движение на проезжей части мало отличалось от обычного, какое бывает в выходные, когда работающие в городе жители сел разъезжаются по домам.
На пляже Грозненского моря -- водохранилища в Заводском районе -- днем можно было видеть купающихся. Вообще, надо признать, что хотя город и выглядит по-прежнему сплошной руиной, жизнь в нем мало-помалу налаживается. Грозный похож на человека, который недавно пришел в сознание и потихоньку, с опаской начинает набирать в грудь воздух.
Но к шести вечера торговля сворачивается, улицы стремительно пустеют, водители начинают торопиться домой. Как только сгущаются сумерки, город вымирает. В ночь на воскресенье, судя по звукам, хозяевами его были бродячие собаки и «люди с ружьем». Собачий лай и вой до утра чередовался с короткими автоматными очередями и редким гулким уханьем более крупного калибра. Местные жители, разойдясь по домам, с интересом обсуждали, войдут ли ночью в город боевики или удовлетворятся эффектом, произведенным ими за неделю до выборов, во время ночного рейда 21--22 августа. Так что утверждать, что горожане пребывают в полном спокойствии, не приходится.
У немногих людей, пришедших с утра в воскресенье на избирательный участок №372 в Ленинском районе, были такие напряженные лица, будто они с минуты на минуту ждут начала перестрелки. «Вообще у нас на участке по списку примерно 1100 человек, -- рассказала корреспонденту «Времени новостей» председатель избирательной комиссии Яха Гайсултанова через час после начала голосования. -- Голосуют пока не так бодро, как на выборах Кадырова, но уже пришло около 300 человек. Утром, когда избирательная комиссия открывалась, люди стояли в очереди перед дверью».
Впрочем, документально подтвердить столь высокую избирательскую активность г-жа Гайсултанова не смогла, а когда журналисты спросили ее, есть ли какие-то официальные цифры, ответила, что первые промежуточные итоги пока не подводились.
Окончание на стр. 3Окончание. Начало на стр. 1
Зато зоркий наблюдатель одного из кандидатов, пытающихся конкурировать с кремлевским фаворитом генерал-майором милиции Алу Алхановым, никаких трехсот человек не видел, а видел от силы человек 70. Сам наблюдатель по имени Захид на пенсии с 1995 года, до первой войны был важным чиновником грозненского комитета по строительству, а теперь принципиальный оппозиционер: «Пока республикой будут управлять люди, которые были с Дудаевым, Басаевым, порядка не будет». -- «А разве Алханов был с Дудаевым и Масхадовым?» -- «Он говорит, что будет продолжать курс Кадырова, значит, что он с ними. Там одни бывшие воры. А он, говорят, поклялся на Коране Рамзану Кадырову передать власть, как только тому исполнится 30 лет».
Кстати, версию про клятву на Коране корреспонденту «Времени новостей» приходилось за эти дни слышать неоднократно, хотя самой клятвы никто, разумеется, не видел. Но Захид считает, что до ее исполнения дело не дойдет: по его мнению, новый президент будет исполнять свои обязанности два-три месяца.
В части политического прогноза единомышленников у Захида немного -- большинство собеседников газеты «Время новостей» надеются, что следующий президент прервет мрачную чеченскую традицию и оставит свой пост в положенный по закону срок. Но в оценках явки Захид, похоже, прав. По его словам, никакой очереди в участке перед началом голосования не было, а для того, чтобы за час пропустить 300 человек, паспортисты должны были сверять со списками по пять избирателей в минуту. Такого наплыва, конечно, не было. Корреспондент «Времени новостей» провел около часа на этом избирательном участке и видел всего двух или трех человек, зашедших проголосовать.
Одним из них оказался человек, не нашедший своей фамилии в списках, но его тотчас внесли в дополнительный лист. Второй была Сацита Мусаева, мама Мансура, известного в республике талантливого 11-летнего мальчика -- исполнителя народных танцев. Мансур приехал вместе с мамой в национальном костюме -- папахе и черкеске. После этого все увлеклись танцами и забыли о выборах.
Танцы с песнями были и на соседнем избирательном участке №377, расположенном в средней школе №7. Утром здесь уже проголосовал один из кандидатов -- Хасан Асаков, а ближе к полудню там ждали главного героя, самого Алу Алханова. То, что г-н Алханов прописан в Ростове-на-Дону, никого не смущало -- в участковой комиссии нам объяснили, что он вполне мог получить открепительное удостоверение. То обстоятельство, что в Ростове чеченского президента не избирают, а следовательно, и открепиться оттуда нельзя, никого не смущало.
Сотрудница буфета, открытого на участке для избирателей, сообщила «Времени новостей», что сама она по месту жительства не проголосовала, но за нее это сделает ее муж, который работает там членом комиссии. Ничего странного в голосовании за другого человека почтенная буфетчица не увидела -- что уж говорить, что с точки зрения грозненцев, главный кандидат в президенты мог позволить себе голосовать где угодно хоть семь раз подряд. Явка на 10 часов -- 115 человек из 1200. Здесь в это можно поверить. Но на большинстве участков весь день то слишком рано, то слишком жарко, то наступил вечер и люди боятся выйти из дома.
Общаясь с журналистами, грозненцы свято хранят тайну голосования. Но двое мужчин, стоявших перед седьмой школой, -- Имран и Идрис -- поделились с корреспондентом «Времени новостей» своими политическими симпатиями. Идрис голосовал за Абдуллу Бугаева, а Имран -- за Алу Алханова. Алханов нравится Имрану своей идеей отнять у людей оружие и даже милиционерам оставить только резиновые дубинки. Идрис согласен с тем, что оружия в Чечне за последние тринадцать лет скопилось чересчур много, но полагает, что управлять должен гражданский человек: «Люди в погонах у нас уже были, сами видите, до чего дошел народ».
При этом оба собеседника прекрасно знают, кто победит. Сторонник Алханова Имран возмущен: «Зачем столько денег тратят на эти выборы, если все заранее предопределено? В нашем районе нужна техника для прочистки канализации. Лучше бы эти машины купили, а президента просто назначили. Причем лучше, чтобы он не был чеченцем -- чтобы не тащил везде своих родственников и не разводил бы коррупцию».
«Я не ходил голосовать и не пойду. Все равно президентом будет тот, кому Путин пожал руку. Какой смысл в голосовании? -- вторит Имрану Олег, работавший в прошлом году на выборах Кадырова членом одной из избирательных комиссий Старопромысловского района. -- В октябре на нашем участке было зарегистрировано около 2,5 тыс. избирателей. Пришло всего 146. Выборы проходили в поликлинике, и на этот случай у нас в регистратуре сидели специальные люди, которые ставили галочки в бюллетенях. Потом мы просто пригласили всех наблюдателей на обед в другое помещение, а сами поменяли урну, накидали туда все эти бюллетени, положили еще те 146, которые были заполнены по-честному, а вечером свели протокол. Никаких претензий со стороны наблюдателей не было, зато я теперь слишком хорошо знаю эту кухню, чтобы ходить голосовать».
К нарушениям избирательного законодательства в Чечне все давно привыкли -- это далеко не самое страшное из того, что здесь происходит. В 500 метрах от гостиницы, где живут приехавшие на выборы журналисты, на углу улицы Дагестанская и проспекта Победы, Олег показывает мне две лужи крови, подсыхающие на проезжей части. Одна из них слегка присыпана песком, а чуть поодаль на асфальте чернеет след от разрыва.
«Утром, в начале десятого, здесь был взрыв, -- рассказывает Олег. -- Потом тут довольно долго лежал молодой человек, по виду чеченец, в камуфляжной форме. Похоже, что у него в руках взорвалась или граната, или самодельная бомба». «Не знаю, кем он был, военным, милиционером или боевиком-шахидом, но шел он явно не с добром, -- вступает в разговор живущий в соседнем доме Магомед. -- Я как бывший офицер Советской Армии могу вам сказать, что скорее всего взорвалось самодельное взрывное устройство». Магомед показывает подобранные им осколочки металла, напоминающие оболочку жестяной банки из-под лимонада: «Эти штуки разбросаны в радиусе примерно пяти метров. Хорошо, что перекресток был пустой и никто кроме него не пострадал». Торговцы из ларьков в соседнем квартале слышали взрыв, но не пошли смотреть, что произошло: «Нас такие вещи не интересуют». Позже вроде бы выясняется, что погиб действительно самый настоящий шахид -- милиционер не пустил его на ближайший избирательный участок, он запаниковал и случайно взорвал свой груз.
Хотя глава избиркома утверждает, что никаких эксцессов, кроме взрыва на проспекте Победы, в первой половине воскресенья не происходило, в городе чувствуется тревога. Время от времени то тут, то там слышны автоматные очереди, и на фоне событий недельной давности почему-то не верится, что это от преждевременной радости палят в воздух сторонники будущего президента. Беседовал Иван СУХОВ |
