Через несколько лет число полей для гольфа в России увеличится в три раза. Но спорт здесь ни при чем

Я много чем занимался, но сейчас мне интересен только гольф — так говорит о себе владелец Московского городского гольф-клуба (МГГК) Игорь Малышков. Усевшись за баранку электрокара, Малышков катает меня по своим владениям — полю площадью в 22 га, расположившемуся «за спиной» шведского посольства в Москве на улице Довженко.

Таких, как Малышков, в России немного. И мест, где любитель гольфа мог бы блеснуть мастерством, фактически нет. Соревнования международного уровня следует проводить на поле в 18 лунок. Такой площадкой в России может похвастать только Le Meridien Moscow Country Club в подмосковном Нахабине, открытый еще 10 лет назад ГлавУпДК при МИД России. В МГГК, которым так гордится Малышков, — 9 лунок; турнир Masters не проведешь, но играть можно.

Прибавьте к этому муниципальный гольф-центр в Крылатском, вообще не имеющий полей — только площадки для отработки длинных ударов (драйвинг-рэйндж) и точных коротких ударов близ лунки (паттинг-грин). Не забудьте также, что Сергей Спицын, главный врач расположенного на побережье Финского залива санатория «Дюны», «хозспособом», без привлечения инвесторов, построил поле в 6 лунок.

Но можно начинать другой список — будущих полей. Площадки для гольфа строят в Москве и Тольятти, Санкт-Петербурге и Новосибирске (см. таблицу). Тот же Малышков затеял проект, равного которому в отечественной гольф-индустрии еще не было: между Москвой и аэропортом «Шереметьево-2» он разобьет 27-луночное поле чемпионского класса по проекту Ника Фалдо, знаменитого английского гольф-дизайнера и шестикратного победителя турниров «Большого шлема». Если все пойдет хорошо, за ближайшие три года число полей в России вырастет втрое.

Золотая лунка

Вопрос: означает ли этот бум, что Россия станет мировым центром гольфа? Вряд ли. До лидеров еще далеко: в развитых странах одно гольф-поле приходится в среднем на 25‑000 жителей. Чтобы дорасти хотя бы до среднеевропейских показателей, в России нужно построить не семь, а 5700 полей.

Другой вопрос: указывает ли активность инвесторов на то, что содержание гольф-поля вдруг стало сверхприбыльным бизнесом? Здесь тоже нельзя дать утвердительный ответ.

«Стоимость строительства одной лунки — около $150‑000», — говорит Игорь Малышков. «Лунка» в данном случае — игровая площадка в 5 га; она состоит из стартовой точки (tee), участка травы средней длины (fairway), через который мяч следует прогнать к «грину» — территории с идеально ровным газоном вокруг углубления диаметром 108 мм, куда при удачном стечении обстоятельств попадает мяч. От дикого поля на «лунке» ничего не остается — верхний слой почвы глубиной в 20 см полностью меняют, на глубину до метра устанавливают сложную дренажную систему. Так что за поле из 18 лунок нужно выложить под $3 млн. Это только минимальная цена работ, можно сделать еще дороже.

«Наше поле будет занимать 110 га, одно строительство обойдется в $20 млн», — рассказывает Малышков. Существенная часть этой суммы — дизайн-проект; деревья и водоемы на площадке следует расположить так, чтобы они не только усложняли задачу игрока, но и смотрелись красиво. Архитектурные звезды уровня Ника Фалдо или Роберта Трента Джонса-младшего за такую работу берут миллионы. Плюсуйте к этому еще постройку клабхауса, без которого гольф-клуб немыслим (еще $2–5 млн).

Отдельный вопрос — расходы на земельный участок под весь проект. У Игоря Малышкова, на поле которого регулярно машут клюшками высокопоставленные московские чиновники — руководитель Департамента потребительского рынка и услуг Москвы Владимир Малышков (кстати, отец Игоря) и первый заместитель мэра Виктор Коробченко, — с этим проблем нет. Участок он получил в аренду. Покупка земли может удвоить и даже утроить стоимость проекта. «100 га не дальше 50 км от Москвы обойдутся не дешевле $12 млн. Если покупать землю и строить комплекс — он не окупится никогда», — убежден директор муниципального гольф-центра «Крылатское» Сергей Шульгин.

Вступительный взнос в Le Meridien Moscow Country Club сейчас составляет $30 000, ежегодная плата — $2500. Но такие цены можно держать, если твой клуб уже проработал с десяток лет и заработал хорошую репутацию. Новичкам приходится «демпинговать». Например, в Nick Faldo International, который строит Малышков, можно будет попасть за $8000.

При таких ценах быстрой окупаемости проекта можно было бы достичь при наличии массового спроса на гольф. Но Россия только начинает знакомиться с диковинной игрой миллионеров. В одной только Великобритании проживает 980 000 любителей помахать титановой клюшкой, так ведь первый гольф-клуб здесь был открыт в 1608 году. «В СССР гольф не культивируется», — сухо сообщает нам Большая советская энциклопедия, выпущенная в 1969 году. Местная история гольфа ведет отсчет от 1988 года, когда был открыт МГГК. Специализированное издание Golf Style Next насчитало в России 3000 постоянных игроков в гольф. Малышков уклоняется от прогнозов: «Каков спрос на такого рода отдых в Подмосковье, предстоит выяснить, когда сформируется хоть какой-то рынок».

Вид на спорт

Но для авторов большинства проектов окупаемость гольф-поля — вопрос второстепенный. Они и не продают спорт; гольф скорее служит приманкой для потенциальных покупателей дорогой недвижимости, построенной вокруг спортивного комплекса. «Квартиры с видом на гольф-поле за рубежом дороже на 20–30%», — утверждает Малышков. Ему предстоит проверить, сработает ли это правило в России — в состав Nick Faldo International войдут отель на 80‑номеров, гольф-деревня и многоэтажный офисно-жилой комплекс. «Мы продаем людям возможность не играть, а жить на гольф-поле», — говорит в свою очередь Олег Кустиков, глава компании «Процион», строящей клуб в подмосковном Пестове. $20 млн, которые Кустиков потратил на приобретение земли, должны вернуться за счет продажи 100 участков под застройку.

Компания «Конти» строит гольф-клуб с 9-луночным полем для питч-энд-патта («укороченного» гольфа на меньшей площади) в составе жилого комплекса «Покровское-Глебово». Это поле обойдется «Конти» в $2,5 млн. «Традиционный» спорткомплекс по соседству, с бассейнами и тренажерами — в $20 млн. А по сравнению с общими затратами на строительство жилого района «Покровское-Глебово» ($100 млн) гольф вообще выглядит небольшой дополнительной опцией.

Частные дома будут и в гольф-клубе «Пирогово», которым занимается владелец Мытищинской ярмарки Александр Ежков, и в «Рублевка Гольф Клубе» — проекте ОАО «Знак» и ЗАО «Еврофинансовая лига». С рассказа о «пяти жилых зонах с виллами, таунхаусами и апартаментами» группа компаний ЮМАКО начинает описание проекта комплекса «Сочи Гольф и Кантри Клуб», который (может быть) будет построен в районе горнолыжного курорта «Красная Поляна».

Не планирует продавать коттеджи разве что инвестор «Императорского Бельведера», глава «Санкт-Петербургской компьютерной компании» Алексей Рыбин: арендованная под комплекс территория Лугового парка в Петродворце признана памятником федерального значения, частная застройка здесь запрещена. Но и Рыбин будет «отбивать» свои вложения в $15 млн не только за счет вступительных взносов от игроков: в составе комплекса работают гостиница и рестораны, а находящийся тут же дворец «Бельведер», построенный еще по заказу Николая I, будут сдавать под корпоративные приемы.

Итак, гольф «продает» недвижимость. Но и эта недвижимость пытается «продавать» гольф. «Клюшка в нагрузку» — плата за вступление в Nick Faldo International, к примеру, будет включена в стоимость недвижимости на территории комплекса. А обитатели «Покровского-Глебова» смогут купить билет в местный клуб дешевле, чем спортсмены со стороны. Другой вопрос — станет ли от этого гольф популярнее в России.

Полевые работы