06 сентября 2004, 10:16 Общество

«Дети после произошедшего вообще перестали разговаривать»

Эля Вермишева В столичных клиниках, куда доставлены жертвы бесланской трагедии, побывал корреспондент «Газеты.Ru».

В воскресенье в Москву прилетел еще один самолет с ранеными детьми из Беслана. В московских больницах их ждали. «Ну что там — едут или нет?» — выходил во двор 9-й детской больницы имени Сперанского главный врач Петр Продеус. Остальные сотрудники больницы спускались в приемные покои, переминались с ноги на ногу, уходили и снова возвращались. Ближе к четырем на больничный двор одна за другой влетели четыре машины «скорой помощи». Они доставили в больницу четверых детей — двух 7-летних мальчиков, девочку восьми лет и 12-летнюю девочку. Дети были в сознании, но на окружающее практически не реагировали.

Лишь один из мальчиков вдруг тихо сказал, повернувшись к корреспондентам и операторам с камерами: «Все будет хорошо!»

12-летнюю Алину Цураеву сопровождала ее мама Роза Бекоева. «Она со мной в дороге все время разговаривала, но про все, что было, вспоминать не хочет», — плакала мама. У девочки перелом шейных позвонков, челюсти, сотрясение мозга.

У одного из мальчиков, по данным медиков, огнестрельное ранение черепа, ожоги, серьезно травмированы и другие дети. «Все дети с черепно-мозговыми травмами минно-взрывными, огнестрельными ранениями», — пояснил главврач больницы.

Днем раньше в 9-ю больницу были доставлены еще четверо детей, в том числе и самый маленький из всех привезенных из Беслана бывших заложников Азамат Муказов. Ему всего год и восемь месяцев. У ребенка — огнестрельное ранение живота. По словам врачей, это особенно потрясло их: «Такой малыш — и с огнестрельным ранением — в голове не укладывается, от этого совсем страшно...» В Москве мальчик уже перенес две операции, еще одну ему сделали в Беслане, но пока он в крайне тяжелом состоянии — пуля задела внутренние органы, ребенок потерял много крови.

Операции, назначенной на понедельник, ждут трое бесланских детей с обширными ожогами: 7-летняя Милана Бибоева, 12-летний Алан Кочиев и 11-летний Алан Есиев. Пока, по словам врачей, им делают перевязки. «Мы все стараемся разговаривать с ними, а мои дети мне всё свои игрушки в руки суют, просят, чтобы отдала ребятам из Беслана, утешить хотят», — рассказала корреспонденту «Газеты.Ru» медсестра. — Но им сейчас не до игрушек: они ни на что особенно не реагируют. Плохо им: ожоги 40–45% поверхности тела».

Вместе с детьми в воскресенье в 9-ю больницу приехал и глава департамента здравоохранения Москвы Андрей Сельцовскиий. Его сразу окружили журналисты. «Сегодня в Москву привезли 17 человек, четверо из них взрослые. Всех, кого доставили в воскресенье, госпитализируют в 67-ю клиническую больницу, в Морозовскую, Филатовскую и Тушинскую больницы. Все они в тяжелом состоянии с ожогами и огнестрельными ранениями, — заявил Сельцовский. — Потребуются огромные усилия врачей, чтобы сохранить им жизнь. Думаю, что в среду или в четверг в Москву снова привезут детей из Беслана.

Столичные клиники готовы их принять — хотелось бы не говорить этой фразы, но придется — в любом количестве.

Все дети прилетели с родителями, заботу о них берет на себя правительство Москвы. Здесь в больнице к ним подключатся психологи».

Психологи бывшим заложникам действительно нужны. По словам врачей, некоторые дети после произошедшего вообще перестали разговаривать, — говорят, так детский организм отреагировал на сильнейший стресс.

У больницы дежурят московские родственники раненых детей. Они пытаются разыскать близких в столичных клиниках. Женщины с заплаканными глазами, мужчины молчаливы и немногословны. На вопрос корреспондента «Газеты.Ru» удалось ли найти здесь своих, кто-то всхлипнул: «Нету здесь своих, они все – наши».

Дежурят родственники и у Морозовской больницы, куда в воскресенье доставили 11-летнего Казбека Гаджиева, 14-летнюю Диану Муртазову, 8-летнюю Илону Хубаеву и 8-летнего Михаила Мкртчяна. Двух девочек сразу забрали в операционную офтальмологического отделения – у них одинаковый диагноз: «проникающее ранение глаза». Очень переживал за Илону Хубаеву ее дальний родственник, который, узнав, что девочку привезли в Москву, примчался в больницу. «Девочка без глаза останется, — вздохнул он, но тут же перебил себя. — Хотя, что я говорю? Живая она – это самое главное».

Казбека Гаджиева поместили в нейрохирургическое отделение, Михаила Мкртчана отправили в реанимацию. «Всё у них нормально будет, – сказал один из сотрудников больницы. — К ним сейчас все врачи подключены, они их обязательно вытащат. Просто сейчас о чем-то конкретном рано говорить, ведь недавно привезли».

Вторые сутки в этом же отделении находится еще одна девочка из Беслана, Амина Качмазова. Ее прооперировали еще в субботу. По словам дяди девочки, чувствует она себя намного лучше. С ней постоянно находится ее мама.

В реанимации тушинской 7-й городской детской больницы уже два дня находится 7-летний Бекластан Худалов. Его прооперировали, но пока, по оценке врачей, состояние мальчика стабильно тяжелое. «Он подключен к аппарату искусственной вентиляции легких. Мальчик без сознания», — сообщили «Газете.Ru» в больнице. А врач реанимационного отделения сказал, что у ребенка осколочные ранения живота, грудной клетки и головы. По словам персонала, при раненом постоянно находится его отец. «Видно, что за сына он очень переживает», — говорят врачи.

Сюда же в реанимационное отделение в воскресенье привезли девочку. Еще один ребенок был доставлен в Филатовскую больницу, пока он там — единственный пациент из Беслана.

В то время как детей везли в больницы, жители Москвы шли сдавать кровь.

На станции переливания крови при Гематологическом научном центре РАМН в Зыковском проезде в воскресенье с утра стояла очередь человек в 100.

Люди терпеливо дожидались очереди. Один волновался, спрашивал у врачей: «У меня астма, вы мою кровь возьмете?» Услышав отрицательный ответ, ушел, разочарованный. «А с какого возраста кровь сдавать можно?» — спрашивала светленькая худенькая девочка. «С восемнадцати», — терпеливо отвечала главврач. «Ой, а мне шестнадцать — что же делать...» — девочка горестно всплеснула руками.

Люди идут сюда семьями. Пока жена сдает кровь, муж возится с ребенком. «Мы сюда не в первый раз приходим — и во время «Норд-Оста» кровь сдавали. Хочется помочь хоть как-то», — сказал один из доноров.

«Знаете, люди очень на такие трагедии откликаются, — рассказала «Газете.Ru» главврач станции переливания крови Гертруда Орлова. — А тем более сейчас, когда речь идет о детях!»

«Такому ребенку с ожогами, каких привозят из Беслана, требуется в день полтора литра крови от четырех доноров.»

По словам Орловой, вот уже два дня 20 сотрудников станции работают чуть ли не сутками, сдаваемая кровь проверяется на ВИЧ и венерические болезни, после этого замораживается. «Пока у нас есть запасы, по запросу МЧС мы сразу предоставляем кровь в больницы. Но пополнять их необходимо. К нам вчера 230 человек пришло, сегодня, думаю, будет еще больше. Но мы справляемся и по-прежнему ждем доноров».

Кстати, осетинское землячество организовало свою «горячую линию», куда могут позвонить родственники людей, пострадавших в Беслане. «Надо же что-то делать, — пояснил нам один из ее создателей. — Вот, хожу по больницам, информацию собираю...»

Телефоны «горячей линии»: 973-2317, 8-926-207-2111.