Промышленники критикуют новый документ

природные ресурсы

Сегодня Минэкономразвития должно внести в Белый дом очередную редакцию нового Лесного кодекса. Проект пишется не первый год, но количество претензий к нему со стороны лесопромышленников не уменьшается. Они предупреждают, что лесную отрасль после вступления в силу этого документа ждет передел ресурсов.
Разработка всех новых кодексов по природным ресурсам, за написание которых поочередно брались Минприроды и Минэкономразвития, чтобы позже объединить свои усилия, давалась очень тяжело. Более или менее готовыми можно считать два: Лесной и Водный кодексы, а споры о концепции нового Кодекса о недрах идут до сих пор. Однако Лесной кодекс вызывает активное сопротивление лесопромышленного лобби даже несмотря на то, что разработчики обсуждают законодательные новшества непосредственно с лесопользователями. Новшеств немало, и все они радикальны. Так, последний проект кодекса (он имеется в распоряжении Ъ) предусматривает только один способ распределения прав пользования лесными ресурсами — аукцион. Действующие сейчас конкурсы и административный способ передачи права аренды лесных участков (по решению региональных властей) отменяются. Это, по словам заместителя руководителя департамента имущественных и земельных отношений экономики природопользования Минэкономразвития Всеволода Гаврилова, приведет к приходу в отрасль нового капитала. "Мы приветствуем присутствие нового капитала, который увеличит конкуренцию и приведет к повышению прозрачности и эффективности бизнеса",— подчеркивает господин Гаврилов. "Прогрессивным и менее бюрократизированным" считает новый вариант кодекса глава Федерального агентства лесного хозяйства Валерий Рощупкин. "Многое построено в нем на доверии к лесопользователю. Например, больше не потребуется проходить долгую процедуру получения лесорубочного билета — будет достаточно заявить, что и как лесопользователь собирается делать на участке, то есть взять на себя обязательство, а к концу года отчитаться",— заметил глава агентства. Главным нововведением кодекса он называет долгосрочную аренду до 49 или 99 лет. "Когда приходит арендатор на один год, это временщик. Крупный же бизнес, вкладывая деньги в долгосрочную аренду, берет на себя обязательство вскармливать свой лесной участок и заботиться о нем",— заключил господин Рощупкин. Уточним, что новый кодекс провозглашает и право частного владения лесными ресурсами, однако эта норма по аналогии с Земельным кодексом будет применяться только после принятия специального закона об обороте лесных земель.
Лесопромышленники, со своей стороны, обращают внимание на совсем другие аспекты. Больше всего их заботит то, что разрабатываемые ими участки, право пользования которыми получено не на аукционе (а две трети договоров заключено по решению местных администраций), придется выкупать на аукционах заново. При этом никто не гарантирует, что освоенный участок с развитой инфраструктурой непременно достанется прежнему хозяину. "Мы не против аукционов, но зачем разрушать только-только сложившуюся структуру отрасли? Почему нельзя выставить на аукционы новые, никем не освоенные участки? К тому же в кодексе начисто отсутствует система компенсаций по уже вложенным в инфраструктуру инвестициям, а ведь многие компании вынуждены прокладывать дороги, строить и содержать школы и другие социальные объекты в леспромхозах",— поясняет директор по развитию Архангельского ЦБК Наталья Пенягина. Кроме того, по ее мнению, кодекс предполагает "двойной счет": арендная плата, с которой будут начинаться торги на аукционе, изначально завышена, туда уже включены расходы и на лесовосстановление, и на другие природоохранные мероприятия. Между тем, считает госпожа Пенягина, все заботы по лесовосстановлению и охране лесов государство перекладывает на плечи арендатора. "Крупные компании, которые располагают всей производственной цепочкой — от заготовки до переработки леса и получения готовой продукции, конечно, вытянут эту ношу, но мелкие и средние лесозаготовители (а таких в России 75%, и деятельность их в большинстве своем убыточна) просто разорятся. Так что это просто передел ресурсов",— делает вывод госпожа Пенягина.
С ней солидарен и представитель российской ассоциации лесопромышленников "Бумпром" Сергей Ветчинин. "На аукционах, где, кроме наибольшей суммы, никаких дополнительных требований к арендаторам не предъявляется, лес сможет скупить кто угодно: и финансовые спекулянты, и наши конкуренты из других стран, например из Китая. Им нужно будет только зарегистрировать в России свою 'дочку'. При этом может оказаться, что мощности наших лесоперерабатывающих комбинатов будут простаивать, либо те же участки придется втридорога брать в субаренду",— высказывает опасения господин Ветчинин. Он предупреждает, что история с лесными аукционами может окончиться так же печально, как и история рыбных аукционов. По его словам, прибыль государства от лесных аукционов предположительно оценивается в 2 млрд рублей, в то время как отечественная лесная отрасль сейчас производит продукции на $8-10 млрд в год, хотя могла бы — на $100-120 млрд.
АЛЕНА Ъ-КОРНЫШЕВА

Газета «Коммерсантъ» №179/П от 27.09.2004, стр. 14

Лесной кодекс рубят на корню