| Объединение «Газпрома» и «Роснефти» началось с конфликта Вчерашнее заседание совета директоров «Газпрома» - а, точнее, перерыв в нем - ознаменовалось беспрецедентным событием. Именно в перерыве председатель совета, глава президентской администрации Дмитрий Медведев сделал заявление корреспонденту РИА «Новости», специально приглашенному для этого в центральный офис «Газпрома»: «Создаваемая компания «Газпромнефть», в которую в конечном итоге должны войти нефтяные активы «Роснефти», станет дочерним обществом «Газпрома» и будет работать в соответствии с принятыми в компании процедурами корпоративного управления. Важная задача переходного этапа -- не допустить размывания активов, участвующих в сделке, как это уже случалось ранее в самом «Газпроме». При этом г-н Медведев не уточнил, какую из участвующих в сделке компаний он подозревает, однако несколько источников, близких к членам совета директоров «Газпрома», утверждают, что речь идет о «Роснефти». На что представитель этой компании заметил, что «вопрос не по адресу».
Ничто не предвещало такого развития событий. Совет директоров «Газпрома» всего за один час рассмотрел главный вопрос повестки, касающийся поглощения «Роснефти». Было принято решение о проведении внеочередного общего собрания акционеров компании в форме заочного голосования. Акционерам предстоит решить один вопрос -- внести изменения в устав «Газпрома», который позволит государству после получения 10,7% акций концерна не делать оферту прочим владельцам акций. Прием заполненных бюллетеней будет окончен 16 ноября. Подробного обсуждения механизма слияния с "Роснефтью" при этом не было.
Однако в перерыве заседания г-н Медведев неожиданно сделал специальное сообщение, которое стало подтверждением существования серьезного конфликта интересов вокруг объединения «Газпрома» и «Роснефти». Вопрос только в том, возник ли он внутри самого Кремля или между администрацией президента и, возможно, "Газпрома", с одной стороны, и руководством "Роснефти" - с другой. Как известно, «Роснефть» плотно курирует замглавы президентской администрации Игорь Сечин, который недавно стал председателем совета директоров этой госкомпании. А решение о передаче «Роснефти» в «Газпром» было принято без ведома руководства «Роснефти» и, в первую очередь, ее президента Сергея Богданчикова. Заявление г-на Медведева содержит явный намек на то, что после объявления о слиянии в «Роснефти» начались процессы, которые явно не нравятся председателю совета директоров «Газпрома».
Источник в «Роснефти» сказал газете «Время новостей», что предъявлять какие-либо претензии к ее менеджменту нелогично: «Действующая команда менеджеров «Роснефти» за шесть лет увеличила капитализацию компании более чем в 10 раз -- путем усиления контроля в дочерних структурах и покупки новых активов. Поэтому сейчас важно, чтобы скоропалительные решения, принимаемые другими людьми, не развалили систему, в которой работает компания, выстраиваемую много лет в соответствии с решениями представителей государства, которые входят в совет директоров».
Наличие конфликта, который вчера перешел в публичную плоскость, может серьезно затормозить процесс объединения «Газпрома» и «Роснефти» и, как следствие, получение государством прямого акционерного контроля над «Газпромом». Вполне возможно, что нарастающие противоречия могут потребовать вмешательства самого Владимира Путина. Впрочем, если это произойдет, то вряд ли информация о позиции президента сможет выйти за пределы Кремля. Видимо, то, что позволил себе вчера Дмитрий Медведев - это максимум того, что могла допустить в данный момент администрация президента с точки зрения вывода конфликта в публичную плоскость. Тем не менее, сам факт, что она пошла на этот шаг, свидетельствует о его глубине. Алексей ГРИВАЧ, Николай ГОРЕЛОВ |
