05 октября 2004, 16:33 От редакции

Удостоверение президента

«Газета.Ru» Алу Алханову надо предоставить доказательства того, что он не часть интерьера «вступившей на мирный путь Чечни», а настоящий лидер республики.

Проблемы российско-чеченского урегулирования и тем более способы их решения сами по себе мало зависят от того метода, которым был определен новый президент республики. Принципиально другое: сможет ли он договориться с местными элитами, то есть возможно ли совмещение в одном кандидате и то, что он удобен Кремлю, и то, что он способен проводить политику, которая была бы принята внутри республики. В любом случае есть ряд вопросов, без решения которых проблема останется на уровне бесконечных обсуждений. И главным образом это реальная оценка ситуации с точки зрения того, что на территории республики контролируется новой администрацией и федеральными силами и что не контролируется. Результат, возможно, не очень понравится в Кремле, но это базовое правило — перед любой корректировкой или изменением системы в заданном направлении следует точно определить ее исходное состояние. Это в равной степени касается и контроля территории, и контроля за экономикой (занятость, социальные программы и т. д.) и финансовыми потоками, и за деятельностью силовых структур — и федеральных, и местных. Если эта работа окажется под силу новому лидеру республики, то никому уже будет не интересно, каким административным ресурсом он был на свой пост поставлен.

А самый трудный первый шаг — это прекращение тумана и вранья о реальной ситуации в республике. Другого пути просто нет, и с этой точки зрения выбор действий у нового президента достаточно ограничен.

Алу Алханов вступил в должность президента Чечни. Оставим на время разговоры о том, что он несамостоятельный политик и его линия поведения существенно зависит от могущественного Рамзана Кадырова. Алханов — президент Чечни, и именно с него спрос за то, что происходит в республике. Только от него зависит, останется ли Чечня в своем нынешнем, крайне опасном и для себя, и для всей страны состоянии или же в республике наступит мир.

Алханову придется стать настоящим президентом Чечни, в противном случае участь его будет незавидна.

Прежде всего новому президенту предстоит взять под контроль всю территорию вверенной ему республики. Это непростая задача. Решить ее пока не удалось ни федеральным силам, ни лояльным к Москве чеченским формированиям. Собственно говоря, даже доподлинно не известно, что в Чечне контролируют официальные власти, а что — боевики. Налет на Ингушетию и террористический рейд на Беслан стали дополнительными доказательствами того, что боевики сильны и способны наносить серьезные удары. И, пока это так, человек с удостоверением главы республики в кармане не президент, а фикция.

Выбор у Алханова невелик. Можно просить Москву об увеличении контингента федеральных сил в Чечне. Пополнение, возможно, даже пришлют. Однако существенного положительного эффекта это не даст. Никто еще не доказал, что сегодня в Чечне не достаточно войск для того, чтобы навести порядок. Возможно, их там слишком много, поэтому возникающие проблемы решаются исключительно при помощи силы. Это крайне эффективно при ликвидации отдельных групп боевиков, но не дает ни малейшей надежды на решение чеченской проблемы в целом.

Умение искать компромисс, находить и удерживать около себя союзников — гораздо более долгий и сложный путь. Возможно, стоит вспомнить опыт осени 1999 года, когда федеральным силам удалось без боя взять под контроль значительную часть Чечни только благодаря успешным переговорам с представителями отдельных поселков и городов. Именно тогда, в 1999 году, на сторону Москвы перешли и Ахмад Кадыров, и семейство Ямадаевых, занимающееся сейчас поимкой лидера сепаратистов Аслана Масхадова. Трудно себе даже представить сегодняшнюю обстановку в Чечне, если бы в 1999 году федеральные войска полагались только на силу.

Алханову надо заново консолидировать чеченскую элиту, перетянув на свою сторону и ту ее часть, которая уже не хочет воевать за Аслана Масхадова и тем более Шамиля Басаева, но и не поддерживает пока официальный Грозный.

Для этого ему надо предоставить доказательства того, что он не часть интерьера «вступившей на мирный путь Чечни», а настоящий лидер республики.

Сделать это Алу Алханов сможет только в том случае, если он и его администрация станут реальными защитниками населения республики от силового беспредела, который уже давно не имеет никакого отношения к борьбе с вооруженными сепаратистами. Даже официальные лица — правда, в неофициальных беседах — признают, что одни солдаты воюют в горах с боевиками, а другие стригут купоны на блокпостах. Безусловно, глава субъекта федерации не может ставить вопрос о выводе войск с его территории. Однако добиваться того, чтобы эти войска вели себя не как на оккупированной территории, он обязан. Авторитет Ахмада Кадырова во многом был основан на том, что он пытался минимизировать омоновскую активность.

О деятельности федеральной группировки, как и обо всем остальном, Алханову предстоит договариваться с Москвой. Можно даже предположить, каким мог бы быть в идеале первый шаг в этом диалоге. Чеченский лидер должен прекратить практику хронического вранья о состоянии дел в республике. Существуют как бы две Чечни: одна в докладах и отчетах, другая на самом деле. Одна бодро восстанавливается и добивает последних бандитов, вторая бедствует и страдает — как от боевиков, так и от федеральных войск. Предшественник Алханова Ахмад Кадыров бодро докладывал Путину о том, что боевики разбиты и загнаны в горы, однако первого президента Чечни взорвали белым днем в центре Грозного.

Возможно, предоставление реальной информации о том, что происходит в республике, не вызовет особенного восторга в Кремле. Равно как и более жесткая позиция руководства Чечни относительно деятельности федеральной группировки войск. Но только так Алханов сможет доказать чеченцам, что он действительно представляет их интересы.

И тут уж выбор за Кремлем: какой ему нужен президент Чечни — удобный, но бессильный или своенравный, но надежный.