| В Большом театре снова пойдет «Леди Макбет Мценского уезда» Шостаковича В последний раз роковая для карьеры и творчества Шостаковича опера «Леди Макбет Мценского уезда» (именно по ее поводу в «Правде» появилась статья «Сумбур вместо музыки») шла на сцене Большого почти семьдесят лет назад. Потом ставили переделку -- «Катерину Измайлову». Теперь наконец решили вернуться к легендарному тексту, давно уже ставшему популярным репертуарным названием во многих оперных театрах мира.
По словам главного дирижера театра Александра Ведерникова, речь идет о возвращении долгов и восстановлении исторической справедливости. Кроме того, новую «Леди Макбет» театр рассматривает как подготовку к столетию Шостаковича в 2006 году, когда на афише Большого можно будет увидеть идущие одновременно все принципиальные оперные сочинения композитора и все три балета. Ну и, наконец, своим вниманием к шедевру, который до сих пор поражает воображение нетривиальностью форм и языка и вызывает бурные споры, театр в очередной раз показывает, что одним из своих главных репертуарных направлений он считает русскую оперную классику, в том числе уже классического XX века.
Между тем интрига нового спектакля не ограничивается сюжетом о моральных обязательствах и исторических долгах. Упрямо привлекая на свою сцену известные режиссерские имена, Большой на этот раз соблазнил главрежа БДТ и Тбилисского театра им. Марджанишвили, с не очень давних пор превратившегося в опытного оперного постановщика, Тимура Чхеидзе (его оперным дебютом был «Игрок» Прокофьева в Мариинском театре). Сперва режиссеру предложили в Большом другое название, но Чхеидзе отказался: «Не могу, -- говорит, -- ставить просто оперное зрелище, если нет активного драматургического материала. Я должен интерпретировать музыку и вскрывать драматургию, по-другому мне не интересно. Я должен искать неожиданные решения -- не ради оригинальности, поймите меня правильно. Я не ищу оригинальности. Но чем неожиданнее решение, тем интереснее. Не только мне, публике (о публике я почти не думаю), но артисту. Это очень важно. Артист должен быть увлечен, он должен понимать, что почему происходит».
Судя по всему, в спектакле действительно будет много неожиданного. Чхеидзе намеревается не подчеркивать ни зубодробительного эротизма сочинения (что в свое время убедительно сделал Ростропович), ни политических ассоциаций (особенно модных в западных театрах). Ожидается напряженный психологический театр с подробной и нетривиальной проработкой эпизодов. По словам режиссера, дирижер спектакля венгр Золтан Пешко в этом ему очень помогает.
Пешко уже выступал на сцене Большого театра с музыкой Малера. С русским музыкальным наследием у него особенные, близкие отношения. До такой степени, что он решился закончить и записать недописанную Мусоргским оперу «Саламбо». Что касается Шостаковича, в юности музыкант его недооценивал. Так что нынешнюю реабилитационную работу театра дирижер, проживший «30 лет при двух диктатурах», считает и личной заботой -- реабилитирует партитуру «в себе самом». Насколько удачной окажется глобальная терапевтическая затея, можно будет узнать на премьерных представлениях 19, 21 и 23 ноября на Основной сцене Большого театра. Юлия БЕДЕРОВА |
